Тёмная Вестница (СИ)

‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍ 
– Ты играешь?
– Да, конечно, – я осмотрелась и прошептала: – Ты же сказал, что мы как бы не знакомы?
– Именно так, – широко улыбнулся он, – и сегодня мы как бы впервые видимся. Познакомимся поближе?
В комнату вошла следующая пара, и мы прошли дальше, в следующую комнату, где было довольно много гостей. Часть большой компании толпилась полукругом вокруг рояля, за роялем сидел выступавший сегодня молодой пианист и что-то рассказывал, активно размахивая руками, все внимательно слушали. Алан посмотрел на меня, вопросительно указывая взглядом на один из свободных диванов, я отвела глаза и не замедлила шага – нет, я этого кузнечика уже сегодня наслушалась, он и разговаривал так же, как по клавишам лупил, второй пианист мне понравился гораздо больше.
Алан повёл меня в следующую комнату, потом в следующую, в итоге мы прошли половину галереи и остановились в маленькой комнате с узкими окнами от пола до потолка, выходящими на балкон с видом на реку, там было свежо и тихо. Алан осмотрел парочку у перил балкона, и не стал туда выходить, посмотрел на меня с загадочной улыбкой:
– Как тебе концерт?
– Я получила удовольствие...
«...примерно от половины услышанного.»
Мне хотелось очень много чего ему сказать, но когда мы оказались наконец-то наедине без свидетелей, я поняла, что не могу построить фразу. Что я ему скажу? «Отцепись от моей подруги»? – так он ничего, по факту, не делал предосудительного, пока ещё. «Что за фигню ты нам преподаёшь под видом ПДП?» – так это было только первое занятие, оно имеет право быть ознакомительным. «Не трать моё время впустую, я тут по делу»? – и как это будет звучать...
– Принцесса Лея? – он заглянул мне в глаза, чуть улыбнулся: – Ты хорошо себя чувствуешь?
«Отвратительно.»
Я помолчала, потом кивнула:
– Да, спасибо.
Опять повисла тишина, он смотрел на меня, я смотрела на бокал.
«Эльфы не пьют спиртное, как можно этого не знать...»
В комнату заглянул кто-то, кто не стал подходить, а просто махнул Алану и вышел, я не видела его, потому что стояла спиной, но Алан ему кивнул. Посмотрел на меня и шёпотом спросил:
– Когда мы увидимся в следующий раз?
– Завтра, на второй паре, – мрачно ответила я.
Он усмехнулся и понизил голос:
– А в отеле?
Я попыталась прожечь его гневным взглядом, но быстро отвернулась – на него было сложно злиться, когда он стоял так близко. Предельно серьёзно сказала:
– Чтобы ни единого слова ни единой душе о моей работе в отеле, ясно?
– Хорошо. А ты не подходи ко мне во время учёбы, это правда важно. И всегда зови меня «Деймон».
Я усмехнулась и опять на секунду посмотрела ему в глаза:
– Как скажете, профессор.
Мне не хотелось даже думать о том, что за аферу он здесь проворачивает, у меня были свои проблемы, и на их решение было слишком мало времени.
«А кое-кто тратит его так бездарно.»
Я с намёком посмотрела на Алана и уточнила:
– Ты никуда не торопишься, «Деймон»?
– Почему ты меня всё время отсылаешь? – он делал вид, что шутит, но прозвучало с долей обиды, я понизила голос и ответила:
– Я не знаю, чем ты здесь занимаешься, и знать не хочу, но я точно знаю одно – всё тайное рано или поздно становится явным. Твой...
«...обман с паспортом...»
– ...то, что ты делаешь, раскроется. И когда это случится, ты найдёшь способ выкрутиться – раз уж ты до сих пор не попался, значит, ты в этом деле эксперт. Но я – нет. И я не хочу иметь к этому отношения.
– Я не делаю ничего плохого, – он выглядел потрясающе уверенным в своей правоте и честности, я усмехнулась и отвела глаза.
«Да, конечно. А тюрьмы полны невиновных, они же все так говорят.»
– Тебе пора, Алан... Деймон. Тебя ждут, – я указала ему глазами на дверь, он постоял молча пару секунд, потом поставил бокал на столик и вышел из комнаты.
Я смотрела на вереницу пузырьков, которые кружились, поднимаясь со дна вверх, а потом лопались с тихим шорохом, и пыталась убедить себя, что я всё сделала правильно, приключения – это не для меня, мне нужно просто решение проблемы, это не так уж плохо.
 
В соседней комнате играл рояль, кто-то смеялся, на балконе молодой мужчина разливался соловьём, превознося свои таланты в бизнесе, его дама послушно восхищалась.
«Какая молодец.»
Я поставила бокал и пошла в следующую комнату, дверь была не заперта, так что я решила, что это помещение тоже открыто для гостей, но когда вошла, то увидела библиотеку с рабочим столом, за которым сидел второй из выступавших сегодня пианистов, «старый», я не запомнила его имени. Он читал какие-то документы, и судя по пустым тарелкам, перекусывал, я тут же опустила голову и смущённо сказала:
– Простите, не хотела вам мешать. Дверь была открыта...
– Что ты, милая, входи! – он театральным жестом отбросил бумаги, явно позабавленный моим смущением, вытер губы салфеткой и встал, щедрым жестом указывая на кресла, развёрнутые к большому окну: – Я как раз поужинал, а тут и десерт подоспел!
Я смутилась ещё сильнее, он рассмеялся и открыл один из ящиков, доставая два бокала и початую бутылку вина, отточенным движением налил ровно столько, сколько нужно, протянул мне:
– Развлеки старика беседой, прекрасное создание! Я для тебя сегодня два часа играл, неужели не заслужил?
Я улыбнулась и взяла бокал, признавая:
– Вы были великолепны.
Он отмахнулся так, как будто я ему льстила, но улыбался как мастер, который точно знает о своём заоблачном уровне и давно привык к комплиментам, хотя и не перестал в них нуждаться. Мы устроились в креслах, он сделал глоток вина и задумчиво посмотрел на город за окном, я тоже посмотрела – по реке плыли лодки в огоньках, на дальнем берегу переливалась набережная. Маэстро вздохнул и тоном «переубеди меня немедленно» выдал:
– Я не особенно хорошо выступил...
– Очень хорошо, – убедительно кивнула я.
– Я допустил пару неточностей...
– Я тоже отпускаю педаль в «Рассвете феи».
Он резко обернулся ко мне и даже наклонился ближе:
– Да ладно?
Я сделала невинные глаза и шепнула, как секрет:
– Если не отпускать, то получается, как будто фея летела себе, выписывая «бочки», а потом вдруг уснула на лету. Феи так себя не ведут.
Он рассмеялся, от избытка эмоций колотя ладонью по подлокотнику, я немного полюбовалась вином и добавила уже серьёзным тоном:
– Моя дорогая наставница говорила, что в те времена, когда создавался «Рассвет феи», была мода завершать именно так, поэтому в оригинальных учебниках того времени так написано, но спустя буквально лет десять, даже сам автор от этого отказался – она была знакома с ним лично, так что я ей верю. Называла его «минорный проказник», за умение испохабить баллады ритмом, не меняя ни ноты.
Маэстро посмотрел на меня внимательнее и спросил:
– Тебя учила Тириана эль Карит?
– Вы знакомы с моей наставницей?
Мы с ним смотрели друг на друга одинаково удивлённо, он медленно качнул головой и с ностальгической улыбкой прошептал:
– Бывают же такие приветы из прошлого, а... Вот это да. – Помолчал, сделал глоток вина и улыбнулся мне: – Прекрасное создание, пообещай, что ты мне сыграешь?
– Я в этом не очень хороша, – я опустила глаза, изображая вежливое враньё – я была в этом хороша, но перед профессионалом следовало держаться неуверенно.
– Обещаю, я смогу это пережить! Здесь во втором крыле есть превосходный...
Его перебил стук в дверь, на пороге появился «молодой» пианист и вежливо кивнув мне, обратился к маэстро:
– Дядя, время.
– Ох уж это время... Иду. Дай допить, – он показал юноше бокал, тот понимающе улыбнулся и вышел. Маэстро посмотрел на меня и сказал, как тост: – Увидимся после концерта в золотом зале, и ты мне сыграешь.
– Я буду ждать вас внизу, – немного смущённо сказала я, он нахмурился, потом уточнил: