Тёмная Вестница (СИ)

Он махнул рукой и надел очки, вздохнул:
– Долго рассказывать, а ехать ещё дольше. И таких комфортных вагонов в маршруте пока не было, и уже не будет, так что надо пользоваться, пока есть возможность. Доедай, – он кивнул на булочки и джем, – они вкусные, пока горячие.
– Спасибо.
Он достал себе подушку и одеяло, устроился полулёжа и открыл один из моих журналов, по бизнесу, прочитал пару страниц и уснул, плавно опустив журнал на грудь. Я пыталась на него не смотреть, изо всех сил пыталась, даже отвернулась и села так же, как он, но всё равно видела его краем глаза, тем более, что моя серая книга, которую я решила дочитать вопреки всему, скатывалась по шкале унылости всё ниже.
И наконец, я её закрыла.
Чай закончился, булочку я доела, а вторую брать не решилась, читать не хотелось, музыка закончилась и пошла по второму кругу, взгляд притягивала глянцевая обложка, и я, немного подумав, сдалась.
Книга пахла чем-то нездешним, и на ощупь была очень странной, а внутри оказалась такой, что я забыла даже о спящем рядом Алане – меня как будто похитили, украв моё сознание из тела и поселив в другом мире, где я тоже училась в пансионе, но совсем другом, и тоже была девушкой, но совершенно другой, такой, какой не могла себе позволить быть в старом мире и старом теле. Она тоже была единственной дочерью в семье, и у неё были проблемы с финансами, но она решала их сама, действуя смело и где-то даже дерзко. Её работа предполагала такие вещи, за которые на Грани Эль на всю семью повесили бы ярлык неблагополучности, и через время я поняла, что в её Мире тоже, но она до поры умудрялась скрывать свой источник доходов. И у неё была любовь, едва начавшаяся, как у нас с Кори, и он тоже носил очки, как Кори...
В моей памяти вдруг мелькнул другой парень в очках, гораздо симпатичнее Кори, я пока не думала о нём в этом смысле, хотя, по идее, это должно было бы быть первым, о чём должна думать молодая здоровая девушка при виде такого мужчины, как Алан. Но, наверное, я всё же в глубине души всегда помнила, что мне нужно замуж, хотя и поклялась себе выбросить это из головы на время поездки и просто жить текущим моментом, получая от него удовольствие, но расслабиться полностью не могла. Книга вытащила меня из этого напряжённого состояния, подарив блаженное не-присутствие в моей собственной жизни...
«Ровно до первого очкарика. Чёрт.»
Нет, я не рассматривала Кори в качестве будущего мужа, никогда. С его наследственностью, иметь от него детей не хотелось – я не настолько жестока и эгоистична, чтобы подарить своему ребёнку букет болячек с рождения, да ещё и в комплекте с генами гномов и людей. В Кори очень большой процент человеческой крови, в сочетании с моей, это может сделать моего ребёнка маложивущим, а наблюдать, как старится и умирает мой ребёнок – это вообще что-то за гранью. Эльфы не одобряли любое кровосмешение, а уж такое, которое калечило детей с рождения, не одобряли даже на Гранях. А переехать ради Кори на Вершину я не смогла бы, я пока ещё не сошла с ума, чтобы так радикально менять свою жизнь всего лишь из-за мужчины.
«Наверное, я его не люблю. А может быть, даже вообще не умею любить.»
В книгах девушки от любви капитально теряли рассудок, делали совершенно безумные вещи, рисковали здоровьем, жизнью и репутацией, и никогда об этом не жалели, потому что «оно того стоило». Я не могла себе представить вообще ни единой вещи в мире, которая бы этого стоила.
«Наверное, я какая-то неправильная. Или просто мама права, и "одолевающая страсть" бывает только у мужчин, а женщины её просто изображают, учась по книгам. Надо и мне учиться.»
Я опять открыла книгу, там прекрасная танцовщица учила героиню врать мужчинам о своей любви и страсти без слов, жестами, взглядами, улыбками.
«Полезная всё-таки книга. Хоть и не для тех отношений, которые я планирую, но изучить всё равно стоит. Может быть, однажды пригодится. Когда-нибудь.»
***
  
2-5
  
Книга настолько меня увлекла, что я не заметила, как село солнце, и долго не могла понять, почему всё труднее даётся чтение. Когда буквы стало окончательно не видно, я встала и размяла спину, потянулась вверх, не сразу поняв, что делаю движения из разминки, которая в пансионе была каждый день.
«Насколько глубоко это во мне сидит...»
За спиной зашелестела ткань, я опустила руки и обернулась, улыбнулась Алану:
– Утречко. Как отдыхалось, я не мешала?
– Нормально, даже отлично, – он потянулся и сел, потёр глаза под очками, посмотрел на меня одним глазом: – А почему «утречко», если вечер?
Я улыбнулась и развела руками:
– Моя подружка постоянно так говорит, «когда проснусь – тогда и утро».
Он рассмеялся и встал, я уступила ему дорогу к уборной, он вошёл, там зашумела вода, я решила выйти, чтобы не смущать его, громко сказала:
– Я схожу за газетой, скоро вернусь.
Вышла, медленно прогулялась до вагона-ресторана, поймала заинтересованный взгляд немолодого мужчины за одним из столов, он понял, что я заметила, и быстро спрятал глаза за газетой. На первой странице был крупный заголовок, начинавшийся с «Джи-Транс», дальше я не стала читать, и газету себе брать передумала.
Дошла до бара, поговорила с румяным полугномом, который угостил меня чашечкой кофе за счёт заведения, я не стала отказываться, села у стойки и несколько минут проговорила с ним ни о чём, он улыбался, я с удовольствием наблюдала, как ловко он управляется с маленькими чашками своими крупными руками.
«А у Кори руки изящные, это у него от эльфов.»
Чем ближе поезд подъезжал к Грани Тор, тем чаще я думала о Кори – скоро мы увидимся, я скучала по нему три бесконечных месяца в пансионе, и, наверное, даже захочу поцеловать, когда увижу.
«Ездить быстро, целоваться медленно. Алан, наверное, знает в этом толк.»
Я целовалась один раз в жизни, с Кори, это было ужасно. Я не умела, и он, как оказалось, не умел, и, как оказалось, это не что-то такое, что получается само собой. Я почему-то была уверена, что лично мне делать ничего не нужно, и всё сделает он, но то, что он сделал, не понравилось ни одному из нас, это было очевидно. Нам было так неловко, что мы сразу попрощались и разбежались, и потом ещё долго не рисковали друг к другу даже подходить, а когда через время начали снова общаться, то сделали вид, что этого эпизода не было.
Девочки говорили между собой об этом, я часто слышала вещи, не предназначенные для моих ушей, из-за того, что на Грани Тор мало кто понимал, насколько хорошо слышат эльфы, это было полезно. Чаще всего, неопытные девушки искали отношений с опытными парнями, недолгих и несерьёзных, чисто для того, чтобы научиться. Где учились парни, оставалось загадкой, я подозревала, что у профессионалок.
Если бы Кори сходил к кому-нибудь опытному и научился, а потом пришёл ко мне делиться опытом, я была бы не против – ревность была мне знакома исключительно по книгам. Но Кори это не приходило в голову, а я считала неуместным ему на это намекать, так что всё просто оставалось как есть.
«Ну и пусть. Всё равно мы уже не будем вместе.»
В вагон-ресторан вошёл Алан, в свежей рубашке и тёмных очках, улыбнулся мне, я улыбнулась в ответ и приподняла чашку с кофе, приглашая присоединиться, он указал на пустой столик, изобразил обаятельно-нагловатую улыбку мужчины, уверенного, что я, конечно же, приду, как будто точно знал, что ни одна женщина в мире не в силах ему отказать, когда он улыбается. И он был прав.
Я оставила свой кофе на стойке, улыбнулась бармену и пошла за столик к Алану. Новая рубашка была тёмно-фиолетовой, с таким странным игристым блеском, что я не могла угадать, из какого мира эта ткань, но ощутить её кончиками пальцев хотелось сильно.
Официант отодвинул для меня стул, вручил меню и оставил нас, Алан открыл меню с конца, в первую очередь изучив винную карту, я просто наблюдала и получала удовольствие от зрелища – он выбирал так, как будто от этого зависит его жизнь. В полумраке вагона-ресторана, среди складок тяжёлой ткани и блеска резного дерева, он казался драгоценным камнем в оправе, фиолетовый в золоте, совершенный в каждой грани. Я пыталась отвести глаза, честно пыталась – блестящие жёлтые шторы и скатерти, тёмное дерево столов и стенных панелей, сверкающий блеск столовых приборов и улыбки официантов – всё как будто заворачивалось спиралями, рано или поздно возвращая мой взгляд к Алану, и я перестала сопротивляться – к чёрту, он слишком красив для того, чтобы упускать даже секунду. Я буду на него смотреть, пока могу, в этом нет ничего незаконного.