Этому научу тебя Я (СИ)

Эти парни были идеальны, и я сейчас не о внешности. Стоя позади них, я не видела лиц, но понимала, что они почти в два раза выше меня и до жути накачанные, с широкими мускулистыми спинами и узкими бедрами. Прямо, как герои моей книги. И обсуждали они практически все то же самое, что происходило на моих страницах. Точнее то, что должно было происходить, если бы еще я знала как об этом написать…
Мне бы послушать их еще пару минут, потому что как будто сама судьба послала этих парней мне в помощь, как друг в моем кармане завибрировал телефон и раздалась громкая мелодия.
Ну, очень громкая. Я постоянно забывала телефон в разных местах, неоднократно его теряла, поэтому звонок стоял такой, чтобы я во всей округе могла определить, где его приткнула.
В одночасье все разговоры стихли, и все парни, как по команде, повернулись в мою сторону.
Закусив губу от смущения, одной рукой придерживая ноутбук, второй я полезла в задний карман шорт, чтобы сбросить вызов.
Кабину лифта пронзило звенящее молчание. И жуткая, просто дичайшая неловкость. С моей стороны.
— Ну, и сколько ты слышала, кучерявая коротышка? — надо мной нависал красивый брюнет, чье тело было полностью покрыто татуировками. И, судя по голосу, это и был тот самый успешный самец вечера, хваставшийся перед остальными количеством своих ночных побед.
Набрав в грудь воздуха, я втянула шею в плечи и попыталась спрятаться за ноутбуком, крепко прижатому к груди.
— Что? Я ничего не слышала, — только и смогла пропищать я в ответ и, подняв глаза, заметила, как парень пристально на меня смотрел, не отрывая взгляда, — совсем ничего. Честно-честно! — я снова попыталась заверить его в своих словах, но не думаю, что у меня получилось, потому что парень проговорил:
— Не дай бог ты сольешь это прессе, я тебя найду и тогда ты точно больше ничего не услышишь. И, тем более, никому ничего не расскажешь. Усекла, шмакодявка? — прозвучала очень вкрадчивая угроза, которая произвела на меня нужный эффект.
Честно говоря, я не понимала кто он такой и зачем мне нужно было что-то рассказывать прессе. Поэтому без промедления и с небывалым энтузиазмом я закивала так, что раз даже ударилась лбом об угол ноутбука. Было настолько больно, что потом я еще пол дня проходила с красным пятном чуть выше виска.
— Пошли, Ллойд, не пугай эту мелочь, она и так от страха дар речи потеряла, — заржал один из друзей этого самого Ллойда, когда двери лифта открылись на этаже, где располагался ресторан.
Чуть позже я узнала, что человеком, чей разговор я подслушала был Картер Ллойд — популярный британский футболист, выступающий за парижский футбольный клуб. Действующий чемпион. Золотой мальчик. Сын богатых родителей, развлекающийся в компании несметного количества подружек, вечеринок и алкоголя, дорогих авто и… просто очередной идиот, прожигающий свою жизнь.
В то время он серьезно встречался с дочерью владельца своего футбольного клуба, и эта дурочка была в него так влюблена, что не замечала ничего дальше своего носа, а именно то, что слова «моногамия» и «Картер Ллойд» писались параллельно и никогда не пересекались. Ни в одном языке. Ни в одной вселенной.
А еще чуть позже я узнала, что именно Картер прошлым вечером наблюдал за мной, когда я переодевалась, с балкона своего номера. Как оттуда, где проходила та самая шумная вечеринка.
Больной извращенец.
Парни, как и я, направлялись в ресторан, а я лишь семенила следом. Все так же опустив голосу и, смотрела себе под ноги. Юркнув за самый отдаленный угловой столик, я открыла меню, поставила его книжечкой на стол и, спрятавшись за плотным картоном, стала изучать блюда.
Сделав заказ, я отложила меню и попыталась включить ноутбук, но меня ждало разочарование: батарея полностью села, поэтому я сползла под стол, чтобы найти розетку.
— Что вы делаете? — послышалось сверху, но я была так увлечена поисками, что не сразу обратила внимание на сказанные слова, — Девушка! — это было произнесено гораздо громче, что я даже испугалась и от неожиданности подпрыгнула на месте, ударяюсь головой о столешницу.
 
Что тут поделаешь, голова, судя по всему, была моим слабым местом, и не только потому, что сегодня на нее сыпались все удары.
— Я ищу разъем, куда бы я могла подключить свой ноутбук, — проговорила я, вылезая из-под стола и оглядываясь вокруг. Ситуация была на столько смешной и неловкой, что привлекла внимание всех постояльцев гостиницы, находившихся в тот момент в ресторане.
— Простите, но здесь вы ничего не найдете, — вежливо ответил официант, — если хотите, то можете пересесть вот за тот столик, — и жестом указал на свободное место, находящееся по соседству со столом тех парней, так же с интересом наблюдавших за моим маленьким представлением.
— Нет, спасибо, я останусь тут, — извиняющееся пробормотала я в ответ, после случившегося, не желая снова оказаться рядом с этим Ллойдом, который еще совсем недавно мне недвусмысленно угрожал в лифте.
В тот момент я готова была пережить отсутствие рабочего ноутбука, только ради того, чтобы этот человек перестал бросать в мою сторону грозные взгляды и переключился на что-то другое.
И когда я уже думала, что этот татуированный кобель практически убил меня взглядом, в ресторан вошли «Lacolombe». Почти полным составом, чем привлекли всеобщее внимание. Однако, я сразу заметила, что Стефана среди них не было. Он подошел спустя несколько минут, чем вызвал еще больший ажиотаж и на время полностью переключил на себя внимание друзей обтатуированного.
Бросив быстрый взгляд в мою сторону, парень незаметно кивнул и подсел к своим товарищам, а я тем временем вернулась за свой столик и пыталась слиться со стенкой пока ждала свой заказ.
Спустя несколько минут на мой стол опустился бокал шампанского. И в тот момент я могла с уверенностью сказать, что это была за марка и кто мне его послал. Я не питала большой любви к алкоголю, но от бокала «Дома» не могла отказаться даже днем, когда обедала вне дома, и Стефан об этом прекрасно знал.
Пока я несла бокал к губам, я так же незаметно поблагодарила друга подмигнув в ответ. Сделав первый глоток, резким движением вытащила карандаш из волос, тем самым позволив им обрушиться на мое лицо и плечи. После чего принялась самозабвенно делать заметки о том, что услышала сегодня в лифте на уже исписанных листах.
Мой главный герой был отчасти похож на этого потаскуна из лифта на столько, что я то и дело поглядывала в сторону дальнего столика, чтобы, словно художник, нарисовать портрет Ллойда словами. Приправив это его же фразочками о проведенной ночи.
Я так самозабвенно писала, пытаясь как можно красочнее выразить свои мысли на бумаге, смешивая увиденное с услышанным, что снова не заметила, как кто-то подошел к моему столу и сел напротив.
— Слышишь, мышь серая, — его голос звучал очень тихо, пока парень, откинувшись на стуле, сидел и смотрел мне прямо в глаза, прожигая насквозь. Буквально через секунду сложив ладони вместе, начал потирать руки, наклонившись ко мне, — забудь, что ты слышала и видела меня сегодня тут? Усекла, крошка?
Я призвала все свои внутренние силы в попытке сохранить самообладание, когда Картер потянулся к моему шампанскому и, сделав глоток, спросил:
— Тебе не рановато еще пить, ты же еще мелкая совсем? — пренебрежительный тон меня немного разозлил ведь парень был не на много старше меня, ну, максимум лет на пять.
— Не рановато! — огрызнулась я в ответ, и, заправив волосы за ухо, склонилась над своими пометками. Тем самым ясно давая понять, что разговор исчерпан.
— Что это у тебя там? — и не успев даже толком договорить, парень сделал резкое движение вперед и вырвал из моих рук исписанные листы. Сразу принялся их читать.
— Отдай! — я тут же соскочила со своего места и подбежала к Ллойду. Вот только отобрать бумаги сразу так и не получилось. Парень одной рукой удерживал меня на расстоянии, не давая приблизится, а потом вообще встал со стула. Подняв руку с моими записями чуть выше, стал для меня просто недосягаемым.