Все еще будет (СИ)

— Ага, витаминов, — Алёна покачала головой и вышла из кухни.
А буквально через пять минут вернулась с тестами на беременность.
— Мы когда ребёнка планировали, я закупилась по полной! — сказала она, вручая их мне.
— Ты что хочешь этим сказать? — не поняла я. — Что я беременна?
— Думаю да! — уверенно ответила она. — Но мы этого не узнаем, пока ты не сделаешь тест. Так что вперёд.
— Алёна, — я посмотрела на неё.
— Иди! — она указала мне на ванную.
И вот я уже сижу в ванной и смотрю на четыре теста, которые уверенно показывают две ярко-красные полоски. А один даже приблизительный срок 10–12 недель.
— Лиза, — стучится в ванную подруга, — ты там живая?!
— Ага, — бубню себе под нос я, открывая ей дверь.
— Ничего себе! — реагирует Алёна на мой результат. — Вот твой муж обрадуется!
— Думаешь? — начинаю сомневаться я.
— Конечно, он же любит тебя! Дочку тебе вернуть помогает! Конечно он будет рад, что у вас будет ребёнок! — делает вывод подруга.
— А что если узнав, что у нас будет ребёнок, он прекратит расследование? — испугалась я.
А что? Всё возможно. Чтобы вернуть мне дочь, нужно пройти ещё очень много испытаний. А так, у Алексея будет свой ребёнок, зачем стараться для чужого. Понимаю, что это бред. Но это бред закрался уже в мою голову и червячком сомнения грызёт меня.
— Так, глупости всякие не выдумывай! — цыкнула на меня Алёна. — У тебя замечательный муж.
Я хотела было возразить, но в это время вернулись Денис и Алексей. Я быстро сгребла тесты в охапку и спрятала в ящик. Поняв, что сейчас я мужу говорить ничего не собираюсь, Алёна лишь покачала головой.
После ужина мы все вместе решили прогуляться. Мы просто гуляли по посёлку, разговаривали, смеялись шутили. Маленькая Лиза спала в коляске, которую вез её братик. А мы с Лёшей и Алена с Денисом шли парами.
В это момент мимо нас прошла женщина с полными пакетами продуктов. Мы с ней поравнялись, и едва столкнулись взглядами, как она резко опустила глаза и прибавила шаг. А я замерла как вкопанная, настолько она мне показалась знакомой.
— Что случилось? — поинтересовался муж, моей внезапной остановке.
— Я её знаю, — задумчиво ответила я, усердно гоняя воспоминания в голове.
Что-то мне подсказывало, что я непременно должна её вспомнить. Что это что-то очень важно для меня. Но сколько бы я не пыталась, не могла понять, почему мне эта женщина так знакома. И почему она так испугалась встречи со мной. А то что она испугалась, не было никаких сомнений. Она и глаза опустила, и шаг прибавила, словно и не было в её руках тяжёлых пакетов.
«Думай, Лиза, думай!» — мысленно командовала я себе.
Внезапно в моей голове, ожили воспоминания, словно кадр из фильма. Такие ярки и красочные.
— Я вспомнила! — выкрикнула я. — Это она!
— Что ты вспомнила? Кто она? — тут же спросил Алексей.
  
Глава 32
 
Елизавета
— Кто? Кого ты увидела? — спросил Алексей, но я уже побежала за той женщиной.
— Следователь Карпова, она вела моё дело! — ответила я, продолжая бежать.
Поняв, что я её узнала, женщина бросила пакеты и бросилась в бега. По моим подсчётам ей было немного за пятьдесят. Она всегда была подтянутой женщиной, в хорошей форме. Но сейчас она постарела что ли. Выглядела она намного старше своих лет. Некогда тёмные волосы были покрыты сединой, лицо исполосовали морщины. Да и вообще она выглядела очень болезненно. Поэтому нам легко удалось её догнать.
— Что вам нужно? Кто вы такие? — пошла на попятную она, делая вид, что не узнала нас и вообще не понимает в чем дело.
— Вот только не надо, Мария Олеговна, делать вид, что вы меня не узнали! — пытаясь отдышаться, сказала ей я. — Вы прекрасно знаете, кто я такая.
— Я вас впервые вижу! — стола на своём женщина.
— Да? А чего же вы тогда побежали? — спросил Алексей, протягивая ей пакеты с продуктами.
— Да кто ж вас знает, кто вы такие! Может преступники, ограбить меня решили! — включила дурочку Карпова.
— Грабители с двумя детьми и с коляской, — усмехнулась я. — Мария Олеговна, вы себя слышите?
 
— Что вам от меня нужно?! — уже более серьёзно спросила она.
— Мне нужна ваша помощь! — ответила я.
— Я бывшим зэкам не помогаю! — грубо отрезала она.
— Вот и память к вам вернулась, да, Мария Олеговна. — тут же нашёл что сказать мой муж. — Ничего нам рассказать не хотите?
— А что мне вам рассказывать? — стала играть она другую роль. — Она в тюрьме сидела, за то что дурь продавала. Больше мне сказать нечего.
— А то, что меня подставили, и дело было это вы рассказать не хотите?! — начала выходить из себя я. — О том, что свидетели появлялись неизвестно откуда и все как в один голос подтверждали мою вину?
— Ну раз ты виновата, вот и подтверждали! — стояла на своём одна.
— Мария Олеговна, — вступил в разговор Алексей, — вы прекрасно понимаете, что Елизавету подставили и она не законно отсидела свой срок. Вы прекрасно знаете кто это сделал. Нам нужно это доказать.
— Так доказывайте, я тут при чём!? — отмахнулась она.
— После того, как Лизе вынесли приговор и она отбыла в колонию. Вы и все остальные, кто хоть как-то был причастен к этому делу исчезли. Кто продал своё жильё и уехал, а кто просто сбежал. Ни сотрудников, ни свидетелей, никого. — Объяснил муж. — Да и сейчас вы не спроста от нас убегали. Вам есть что скрывать, и вы боитесь, только вот кого?
— Что вы от меня хотите? — спросила женщина, устало опустившись на скамейку. — Даже если я вам всё расскажу, ничего не изменится.
— Я отсидела пять лет по ложному обвинению, у меня ребёнка забрали. Я не знаю как мне вернуть дочь. А вы говорите, что ничего не изменится? — взмолилась я.
— Расскажите всё, — спокойно попросил Алексей, — тогда и вам станет легче. Вам больше нечего будет бояться. Ведь сейчас же вы боитесь?
— Уже нет, — вздохнула она. — Тогда боялась, а сейчас уже нет. Мне сына нужно было спасать, ему операция нужна была дорогостоящая. Вот я и согласилась им помочь, взяла грех на душу. Но правильно говорят, на чужом несчастье, счастье не построишь. Не помогли моему Максимке эти деньги. Я тогда бросила всё и уехала куда глаза глядят.
— Не далеко же вы уехали! — сделал вывод Алексей.
— А куда я далеко поеду, у меня сыночек там похоронен, за могилкой приглядывать нужно. Мы же с ним вдвоём жили, после того, как муж мой погиб. — говорила она, а по её щекам ручьями текли слёзы.
Эта женщина вроде и принесла мне много бед и несчастий, но сейчас мне было её безумно жаль. Жаль как мать, потерявшую своего единственного сына. Господи, я даже представить боюсь, что она испытала. Какую боль пережила. Ещё совсем недавно я думала, что ненавижу её, а сейчас понимаю, что я её жалею.
— Помогите мне, пожалуйста, — я села около неё на скамейку и взяла её за руки. — Без вас я не смогу вернуть дочь.
— Идёмте ко мне домой, — согласилась Карпова, — я вам всё расскажу.
Женщина устало поднялась со скамейки, взяла свои тяжёлые пакеты и поплелась в сторону двухэтажных домов очень старой постройки.
— Проходите, — пригласила она нас, когда мы вошли в квартиру.
Жила она довольно бедно. Квартирка была маленькая, тёмная. Воздух был прохладным, пахло сыростью.
— Не разувайтесь, — попросила она, — пол холодный. Да и в доме холодно. Вчера у соседей батарею прорвало, чинят. Весна, уже морозов нет, вот никто и не торопится. — рассказала она. — Проходите в комнату.
Несмотря на всё бедность и холод, в квартире было всё чисто и аккуратно.
— Это всё твой муж задумал, — начала она заветный рассказ. — При чём ещё задолго до того, как стал им. Максимке моему операция была нужна срочная, он видимо как-то об этом узнал. Он пришёл ко мне как-то ночью, домой. Предложил деньги, хорошие деньги. Сказал что делать нужно.
— И вы согласились? — спросила я.
— Не сразу, — она тяжело вздохнула. — Сначала я послала его куда подальше. А он настойчивый был. Свой телефон оставил, сказал, что если я вдруг передумаю, то могу позвонить. Я не собиралась ему звонить, мы стояли на очереди. Нас должны были прооперировать бесплатно, нужны бы были только деньги на лечение. Но у меня были кое-какие сбережения, да коллеги собрали. Но спустя пару месяцев моему сыну резко стало хуже. Ждать уже не было времени. А операция стоила огромных денег. Счёт шел на часы. Тогда я согласилась.