Оборотная сторона (СИ)

— И уговаривать не надо, с ложечки кормить, достаточно денёк голодом поморить.
Если сию секунду не перестанет обижать меня, наброшусь с вилкой. Уже близка к закипанию. Намеренно цепляет зачем?
— Доедай и в душ, поможешь мне вымыться.
Чуть не подавилась.
— Сам себе поможешь.
Придвигается ближе приподнимаясь сесть. С трудом проглатываю и знаю, отошью, чего бы мне это не стоило. Через голову стаскивает футболку, забирает вилку, так близко, что чувствую запах кожи, уже знакомый, даже помню на вкус.
  
— Я неизвестно на чьей стороне, возможно не на твоей, — упираюсь ладонью в грудь, удерживаю дистанцию.
Поцелуя не будет. Настаивать не стал, поднялся и демонстративно окончательно разделся. Гад, силюсь смотреть на аппетитные куски мяса, они ещё тёплые, а глаза желают любоваться сильным телом. Ощущать эти руки… Дура! Остынь!
Пока купался, я закончила ужин, запивать пришлось водой. Бросил полотенце, стащил покрывало и рухнул посередине. Сразу уснул.
  
Глава 33
 
Проснулась с трудом и только потому, что мучила жажда. Мысль о воде мгновенно отошла на второй план. Руки о которых грезила ночью, крепко обнимают прижав к груди, дышит еле ощутимо в шею чуть ниже уха. Мурашки спазмом пронеслись по спине. Сжал сильнее, легонечко коснулся губами, прошибло током в районе поясницы, чудом не застонала. Чувствую как касаясь кожи, улыбается.
— Прекрати, пожалуйста, — шёпотом прошу.
— Себе не доверяешь?
— Тебе.
Перестал целовать, но не отпустил, откинул голову назад. Судя по позе спим так давно. Накануне после того как он уснул, я ещё долго скиталась. Сама себе перевязала ногу, боль конечно это не сняло, казалось вроде полечила, попытка заглушить самообманом. Прекрасно понимаю бинт не нужен, полазить без спросу и поискать пластырь, плохая идея. Столько наглости набрать в себе не удалось.
В результае постирушек, под футболкой я как и он, в чём мать родила. Так понимаю знает об этом, давно задралась моя импровизированная сорочка. Если продолжит растекусь блаженной лужицей через секунду. Просто обнимает, а я чуть не дрожу от нетерпения, почти мечтаю о продолжении. Захотелось горько взвыть. Жуть, когда тело и разум не в ладах.
— Что мы будем делать? — жалобно спрашиваю.
Успела подумать, что мой вопрос можно истолковать по-иному в данном положении, он ответил правильно понимая смысл.
— Поедем к остальным. Достанем твою машину и поедем. Таков план был вчера. Только выяснилось, что железяка эта бесполезная, до сих пор мёртвая.
Встрепенулась вырваться, пыл предаться разврату испарился.
— Она не мёртвая!
Положил голову мне на плечо, стискивая до боли.
— В сервисе не просто тебя ждут и поэтому тянут. Она действительно мёртвая и причину не нашли. Только кучу непонятной электроники, которой там не должно быть.
— Я знаю как её завести, без меня они этого не сделают, — выдавливаю с трудом, дышать не дают стальные тиски из его рук.
Мой монстр привстал заглянуть в лицо. Боже… Мы, мой… Меня несёт опасно на поворотах.
— Только надо к ней попасть и думаю получится. Теоретически я знаю.
Выпустив из рук, садится резко, потирает сонное лицо. В порыве коснувшись спины, не знаю зачем оправдываюсь.
— Я ничего не знала и сейчас не понимаю, это Машка с Игорем…
— Знаю, — обрывает жёстко. — Надо с ними связаться, а то вернутся, мы задерживаемся сильно.
Рывком с кровати, вздрогнула отдёрнув руку. Сожаление защемило в груди, знать бы ещё о чём. Умывшись, одевается, из сумки достаёт планшет, подключается к местной сети и быстро набирает текст. Стоит посреди комнаты каменным изваянием, с кем-то пишется, мне ни слова. Обидно так стало, до слёз. Поправляю футболку на себе, вскакиваю и мимо него. Думала проскочу, нет, ухватил, успел, за локоть, притянул к себе грубо.
— Что за настроение?
Ответить не могу, наружу рвутся только слёзы и отборный мат. Ему всё равно кого обнимать и целовать за ушком, абсолютно плевать кто спит рядом, а то и в его руках, ли ж бы кто-то был. Сердце болезненно несётся, периодически сжимаясь в пульсирующий комочек. Все девки для него одинаковы и я одна из них. Дура!
— Можно как-то без тупых сцен? Сейчас не до этого.
Стиснув зубы, рвусь на волю из наглых, волшебных рук монстра. Отпустил и бросил в спину.
— Побыстрее, нам ещё позавтракать надо.
Хлопаю от души дверью и реву, неторопливо распинаю его и жалею себя идиотку. Несправедливо было запасть на этого самодовольного придурка. Плевать что он там слышит, рычу сквозь зубы отборные оскорбления.
— Чтоб тебе оглохнуть. Провалиться… Сгинуть… — продолжаю бурчать под нос, плеская в лицо холодной водой.
Знает он, а сам обижает. Зачем⁈ Как можно быть таким гадом?
Выхожу, а он до сих пор в планшете, валяясь на животе посреди кровати.
— Да неужели, — прилетает ядовито.
Изображаю равнодушие, стягиваю через голову футболку, не вижу, но чувствую смотрит. Одеваю купленный мне сарафан, поиздевался урод. Действительно еле прикрывает задницу, грудь обрисовывает так, что страшно выйти будет на люди. Хорошенький, но размер бы посвободнее, да бюст не помешает поддеть. Хлопаю по лбу ладошкой, плюхаюсь на постель, снимаю бинт. Он оказывается уже приготовил пластырь, протягиваю руку, не отдаёт, опускается на корточки. Вскакиваю, обойдусь.
— Сядь, — приказывает.
Отказываюсь повиноваться, поднимает глаза, обязательно пробежавшись по груди. Одарила природа проблемой, вечно мужики видят во мне одно, ходячий третий размер.
— Хорош выпендриваться. Не беси меня. Русским языком сказал, я хочу позавтракать.
Упираюсь, пусть злится, плевать. Подставляю раскрытую ладонь. Впечатывает в неё пластырь и берёт подготовленный шприц.
— Не надо! — ору с перепугу.
Пожимает плечами равнодушно, выбрасывает в урну.
— На выход, — командует.
Обувшись понимаю какой ад меня ждёт. Если босиком я аккуратно наступала, не полностью и могу ходить, то в сандалиях обречена ползти на четвереньках. Солнце слепит, щурюсь ковыляю на улицу. Он широкими шагами спешит вон со двора комплекса. Машины то нет, на которой приехали, спрашивать бесполезно, пустому месту не дадут ответа.
Разве не может идти медленнее, получи дура. Ему плевать, настолько, что он видит твои страдания и усложняет задачу. Выходя из ворот чуть не врезаюсь в него, ждёт оказывается. Шагает вальяжно, а я всё равно не поспеваю, силы иссякли. Сейчас сяду и разревусь.
— Всё бы ничего, только вот хромая, — качает картинно головой.
Прячет пакостливую ухмылку, наблюдая как подхожу к нему. А мне сейчас всё равно, я в агонии пылаю, дальше и шагу сделать не смогу. Сердце так колотится бешено, пульс бьёт по вискам. Неожиданно подхватывает на руки.
— Сама…
— Закрой рот уже. Я с тобой с голоду сдохну.
Надувшись молчу, несёт долго и даже не запыхался. Бесчувственный амбал! Прищуривает на меня глаза.
— Продолжаешь обзываться?
Внутри вздрагиваю от неожиданности. А это паразит ослабляет руки и я соскальзываю, хватаюсь мертвой хваткой за шею. Лыбится и тащит дальше, довольный собой.
Не понимаю, разве нельзя было при гостинице в кафе позавтракать, чёрти куда пришли. Небольшое, уютное, коричневая мебель под дерево, массивные балки, цветочки, зелень везде. Приятное место. Усаживает, сам напротив. Девушка в чёрных джинсах обтягивающих как вторая кожа подскакивает к нам с улыбкой.
— Здравствуйте, чем вас сегодня удивить?
Вскидываю брови, не сдержалась. А Влас ей так улыбается, сравнить не с чем, вижу подобное впервые на его лице.
— Яичницу с беконом, кофе как обычно и что-то на твой вкус, как обычно.
Официантка обращает горящий взгляд на меня.
— Кофе, — цежу сквозь зубы.
Кивает и собирается нестись за заказом.
— Мариш, подожди, — останавливает монстр. — Помимо кофе, что-нибудь для поднятия настроения на завтрак.
Небрежно кивнул на меня. Девушка улыбнулась и умчала, а этот в наглую провожает обтянутую задницу пока не исчезнет.