Эволюционер из трущоб. Том 10 (СИ)

— Я сказал, нет. Я не буду с ней работать, — обиженно выпалил он.
— А если она извинится? — спросил я, хитро прищурившись.
— Тогда я подумаю, — буркнул Макар, уставившись в окно.
— Отлично. Скажу ей, что ты согласен, — хлопнул я в ладоши и вернулся к трапезе. — Конечно, бабушка у меня строгая, но не жестокая. Просто ей надо объяснить, что ты парень чувствительный, — подмигнул я ему, стараясь смягчить напряжение. — И не приемлешь трёпки ушей.
  
— Очень смешно, — передразнил меня Макар. — Ладно, попробую ещё разок. Но только если она извинится! И запомни, хотя бы раз она дёрнет меня за уши, я сразу же брошу это дело к чёртовой матери, — решительно заявил он.
— Договорились, — улыбнулся я, понимая, что делец-то из Макара паршивый.
Услышав детали соглашения, бабушка тут же найдёт лазейку. Нельзя дёргать за уши? Ну и ладно. Про волосы-то он ничего не говорил. Нельзя дёргать за волосы? Тоже не проблема, можно отвешивать подзатыльники. И так до бесконечности.
— Поверь, Макар, из тебя получится отличный финансист. С твоей природной хитростью и умением лавировать между угрозами и возможностями, успех обеспечен, — заверил я друга, радостно орудуя ложкой.
Макар неохотно кивнул. Он выглядел весьма напряженным, хотя в глазах поблескивал огонёк воодушевления. Ну что ж, его, и правда, ждёт битва с драконом, а не урок финансовой грамотности от моей бабушке.
— Ладно. Жуйте, оболтусы. Пойду готовиться принимать извинения, — улыбнулся Макар и вышел из-за стола.
Мы проводили его взглядом, а после Сергей снова захохотал:
— Ну ты даёшь, Мих! Бедный парень… Я бы с радостью посмотрел на их занятия, но боюсь, что и мне прилетит!
— Всё будет нормально. Макар справится, — вздохнул я, бросив взгляд на окно, по которому по-прежнему струились капли дождя.
Набив живот, лениво потянулся и встал из-за стола. Настало время перейти к более серьёзным делам. Попрощавшись с Серым, я направился на встречу с Егорычем.
Мелкий дождь стучал по крыше администрации, создавая мягкий и почти убаюкивающий фон. Войдя внутрь, я поднялся на второй этаж и прошел мимо комнаты, где жила мама. Нужно её навестить, но немного позднее.
Я остановился у кабинета с тяжёлой дубовой дверью. Чувствуя, как внутри меня медленно нарастает смутное беспокойство, я толкнул дверь. Внутри было тепло, пахло кофе и старой бумагой. В кабинете за массивным столом сидели Егорыч, Барбоскин и Гаврилов.
Первым меня заметил Гаврилов. Он вскочил, отбросив стул назад, и с возмущением выпалил:
— Михаил, мать твою! Ты совсем ошалел, что ли⁈ На месяц пропал! Твоя мама с ума сходит! Ни одной весточки, ни звонка! Совесть есть⁈ — капитан подбежал ко мне и попытался влепить затрещину, однако он был на порядок медленнее того же Егорыча, я с лёгкостью увернулся. — Ах ты… — прошипел он и погрозил мне пальцем.
— Ах ты, глава трёх родов, ты хотел сказать, — улыбнулся я, невольно отступая назад, а заодно поднял руки в защитном жесте. — Тише, капитан. Я и так почти оглох от твоих воплей. Если ударишь меня, то я могу и дурачком стать, — я скорчил рожу и высунул язык.
— Ха-ха! Стервец мелкий! — захохотал Гаврилов. — В твоём возрасте я таким же был. — Капитан приобнял меня и повёл к столу. — Идём, расскажешь, как всё прошло.
— Конечно расскажу. А что до совести, так она в полном порядке. — Я сел за стол и передо мной тут же появилась кружка дымящегося кофе. — Благодарю, — кивнул я, сделав глоток терпкого ароматного напитка. — Что ж, перейдём сразу к делу. Предложил я.
Тут Барбоскин, до этого молча наблюдавший за перепалкой и ехидно улыбавшийся, подал голос:
— Ну что, Михаил Константинович, уже можно поздравить вас с графским титулом или ещё рано?
— Да, рейдерский захват прошел успешно, хотя и с определёнными шероховатостями… — Перед глазами появилось лицо умирающего Черчесова. — Я побывал в Хабаровске и меня признали наследником рода Черчесовых, а также Багратионовых. Вот только княжеский титул не дали. Сказали, что сперва мне нужно вырастить хотя бы одного абсолюта.
— Да это ерунда. Думаю, ты и сам абсолютом станешь через пару лет, — отмахнулся Егорыч. — Княжеский титул — вопрос времени, — Егорыч пригладил бороду и улыбнулся.
— А вместе с титулом ты получишь и татуировку. В виде мишени на лбу, — задумчиво проговорил Гаврилов.
— Увы, так и есть, — кивнул Барбоскин. — Никто не любит князей, так как им дозволено на порядок больше, чем прочим. Тем более, что все аристократы — от графов, до баронов — платят налоги именно князьям, а уже те передают часть от доходов в Имперскую казну.
— Звучит неплохо, — усмехнулся я. — Сможем быстро поправить своё финансовое положение.
— А ещё удастся увязнуть по шею в интригах, родовых войнах, а заодно, станем псами на привязи у Императора. Не жизнь, а мечта, — заключил Гаврилов.
— Нам не обязательно оповещать Империю о том, что у нас появился абсолют, — пожал я плечами и потянулся к вазе с конфетами. — Главное, что графство Черчесова теперь в нашем распоряжении. Как и его гвардия численностью в двадцать тысяч человек.
Наступила абсолютная тишина. Лица троих вояк одновременно вытянулись. Барбоскин чуть не подавился своим кофе, а Егорыч, который до этого улыбался, резко посерьёзнел и удивлённо уставился на меня.
— Двадцать тысяч⁈ — первым очнулся Егорыч. — Михаил Константинович, я, конечно, всякого от тебя ожидал, но чтобы такое…
Гаврилов медленно покачал головой, всё ещё не веря:
— Ну ты даёшь… Двадцать тысяч… У твоего отца армия была на порядок меньше.
Я наклонился вперёд, глядя прямо в глаза Егорыча:
— Да, армия весьма внушительная. Вот только, судя по отчётам, что мне предоставили, она рассредоточена по границе графства и едва справляется с удержанием позиций.
— Ну, это немудрено. Большие территории Черчесова заставляют двадцать тысяч человек тонким слоем размазывать по границе, вот и возникает подобная проблема, — со знанием дела заявил Егорыч, почесав за ухом.
— Поэтому я к вам и пришел. Нужно организовать управление армией. Вышвырнуть к чёртовой матери лентяев, бездельников, разжиревших прапоров, прошерстить склады, повесить всех казнокрадов. Егорыч, я предлагаю тебе занять пост Главнокомандующего. Первым делом проверишь боеготовность подразделений, а затем начнём зачистку территории от Югорска до Кунгура. Нам нужен прямой маршрут в графство, это позволит наладить снабжение и укрепить линию фронта с аномальной зоной, — неторопливо проговорил я, размахивая в воздухе фантиком от конфеты.
Егорыч задумался всего на секунду, затем решительно кивнул:
— Если свобода действий будет полной, я не против. Не люблю, когда всякие умники начинают нос совать, куда не надо.
— Разумеется, свобода будет полной, — подтвердил я серьёзно. — Главное, чтобы был результат. А там ты волен сам решать, какие методы достижения этого результата использовать.
— Тогда договорились, — хищно оскалился Егорыч; так он улыбался всегда, когда был удовлетворён результатом переговоров.
Я расслабился и откинулся на спинку стула. Тут мне в голову пришла ещё одна мысль, и я внимательно посмотрел на Егорыча:
— Кстати, а как переселенцы? Сколько народу решило вернуться в Верхнечусовское?
Егорыч усмехнулся и махнул рукой:
— Да никто не хочет возвращаться. Мы тут, пока тебя не было, отлично время провели. И пострелять успели, и забуха… — Егорыч кашлянул, поняв, что сболтнул лишнего. — Гхм… В смысле, отпраздновать маленькие победы. Одним словом, люди прижились. Уходить никто не собирается, им и здесь хорошо.
Эта новость оказалась весьма приятной. Значит, мои старания не прошли даром. Хоть что-то шло так, как надо.
  
— Рад это слышать, Егорыч. Очень рад, — улыбнулся я.
Тревога, которая давила на меня всё это время, внезапно ушла. Хоть вокруг и было полно проблем и угроз, я знал, что не один. И пока рядом есть люди, готовые поддержать, все трудности можно с лёгкостью решить. Главное, держаться вместе.