An ordinary sex life
Ким была анальной девственницей. Я знал это точно, хотя раньше у неё был опыт использования маленьких вибраторов и анальных пробок. Как я уже говорил, Ким не любила боли. Когда бы я ни шлепал ее, она не скажет категоричного «нет» и не откажет мне. Но она будет скулить и терпеть, а хороший Мастер всегда осознает пределы своего сабмиссива.
Я полностью осознавал этот конкретный предел, но меня это раздражало. Виктория неоднократно говорила мне, что Мастер никогда не должен отдавать команду в истинном гневе, потому что тогда кто-то действительно может пострадать. Но мне было все равно. Я подумал, что, по крайней мере, ЭТО заставит Ким действительно ответить мне.
«Ты хочешь это?» мягко спросил я, держась за грибовидную голову, на мгновение надавив, растягивая её анус.
«Я твоя, Мастер», тихо ответила она неглубоким голосом.
«Ты хочешь это?» повторил я.
«Это не мой выбор», заявила она.
Это был тот же отказ, который Ким давала мне последние полчаса. Я не собирался бить ее так сильно сегодня вечером. Это был наш четверг, правда. Но последние две недели были более спокойными и, по моему мнению, более приятными для нас обоих.
Но я все еще пытался понять, что двигало Ким. Я не понимал менталитета сабмиссива, и поэтому у меня были некоторые проблемы с истинным пониманием, необходимым для того, чтобы быть ее Доминантом. Конечно, я играл роль с Викторией, но все, что я тогда действительно делал, это делал с ней все, что, черт возьми, я хотел, не задумываясь о ее потребностях.
«У меня есть разрешение войти в твою задницу, Ким?» резко спросил я.
«Тебе не нужно мое разрешение на что-либо, сэр», ровно ответила она.
Я закатил глаза. Я хотел думать о потребностях Ким. Но для того, чтобы делать это, мне нужно было выяснить. КАКИМИ БЫЛИ её потребности. Принятие решений за нее и доставление оргазма, которого она не ожидала, просто не соответствовало моему представлению о том, как люди проживают свою жизнь в этом мире. Может быть, некоторые люди были утилитаристами, а может, некоторые были эгоистами. Но я просто не мог осмыслить кого-то, кто просто не искал активно собственного удовлетворения или даже не предпринимал никаких действий, чтобы защитить себя от такого причинения вреда.
Чувствуя разочарование, я увеличил интенсивность. «Я собираюсь разорить твою тугую задницу, Ким. Я получаю удовольствие от твоего тела, не заботясь о том, нравится тебе это или нет. Я буду трахать тебя так сильно, что ты не сможешь утром нормально ходить. Я могу шлепнуть тебя по заднице несколько раз по пути, и это может оставить травмы. Ты с этим согласна?»
Она не колебалась. «Я твоя, Мастер».
АААРРГХ! В течение более тридцати минут, она упорно отказывалась дать мне тем или иным способом ответ о том, что она на самом деле хочет. Каждый раз, когда я спрашивал, она просто заявляла, что выбор за мной. Вначале я изображал раздражение в надежде, что она попытается доставить мне удовольствие и расскажет то, что я хотел знать. Но сейчас?
Теперь я был очень раздражен.
И должен я был принимать решение в гневе или нет, я схватил ее за бедра и протолкнулся внутрь.
Прижавшись щекой к скрещенным рукам, Ким закрыла глаза и заставила себя расслабиться и позволить мне войти. Я не зависел полностью от моей предыдущей эякуляции для смазки я был смазан Astroglide. И, короткими толчками, мне удалось протолкнуть головку члена в ее прямую кишку. Как только моя головка оказалась внутри, я не колебался. Я просто схватил Ким за бедра и протаранил свой член внутрь ее задницы одним мощным толчком. Она закричала от внезапного проникновения, чувствуя, как почти восьмидюймовый член вторгается в ее кишечник.
Когда я полностью погрузился в ее задницу, я остановился и уперся руками в матрас, чтобы удержать свой вес. Ким тяжело дышала, но дышала неглубоко, просто пытаясь приспособиться к инородному присутствию такого большого тела, растягивающего стенки ее анального желоба. Её лицо было повернуто в сторону, и я мог видеть слезы боли, катящиеся по ее щекам.
«Я насильно лишил тебя последней девственности», прорычал я, пытаясь звучать угрожающе.
«Я рада отдать её тебе», промурлыкала она, легкая улыбка тронула уголки ее губ, несмотря на то что она продолжала плакать.
Черт возьми, она вгоняла меня в фрустрацию. Оттягивая себя до тех пор, пока только корона не осталась в ловушке ее ануса, я стремительно рванул вперед всем своим весом, вонзив свой член в заднюю дверь Ким и выбивая из нее воздух. Прежде чем она смогла прийти в себя, я отступил и сделал это снова. И снова. Она была анальной девственницей. Ей не нравилась боль. И я знал, что лучше не трахать ее так сильно, так быстро. Но я был очень зол.
Я уже кончил один раз, и мне не грозила опасность кончить слишком рано. Я не пыталась сдержать оргазм. И я всерьез пытался выебать из нее всё дерьмо.
«Тебе нравится эта грубость?» Ахнул я, не сбавляя обороты.
«Мне нравится, когда тебе это нравится, Мастер», захныкала она, тяжело дыша, немного запыхавшись от напряжения. Слезы продолжали падать.
АААРРГ! Я раздраженно закричал внутри. И тогда сексуальное существо внутри меня взяло верх.
Я давно не расслаблялся. Больше года у меня не было причин, чтобы ярость овладела мной. Не думаю, что Ким сделала что-то особенное, чтобы освободить животное. Возможно, это было просто скопление множества вещей, неприятностей, которые, хотя я и не осознавал, беспокоили меня, которые просто накапливались и накапливались до тех пор, пока их не потребовалось высвободить.
Какой бы ни была причина, я потерял контроль. Я не помню всего, что произошло, но кое-что врезалось в мою память.
Я помню, как словно сумасшедший трахал задницу Ким, мои глаза горели, и слюни текли по моему подбородку, брызгая на ее обнаженную спину. Я помню, как мясистые удары моего таза встречались с ее костлявой задницей. И я помню ее воющие вопли от боли и удовольствия, когда я входил и выходил из ее ануса быстрее, чем это казалось возможным для человека.
Фраза «Бери это! Бери!» казалась знакомой.
Фраза «Кончи, сука, КОНЧИ!» также звонила в колокольчик.
Я помню тот самый момент, когда тело Ким полностью обмякло, вся сила покинула ее ноги и туловище, когда ее позвоночник прогнулся внутрь под действием силы тяжести, ее лицо качнулось вперед без какого-либо сопротивления со стороны рук, когда я буквально втрахал ее плашмя в кровать.
Я не переставал трахать ее даже после того, как она потеряла сознание. Нет, я помню, что, по крайней мере, целую минуту я продолжал вводить свой член в задницу Ким, мои сильные толчки вдавливали ее безжизненное тело в матрас и позволяли кровати толкать ее тело обратно на меня.
И я помню блаженный спад давления, когда я обрызгал ее кишечник потоком семени, проливая волна за волной обжигающую горячую сперму на толстую кишку Ким, пока я выл в небо своим мужским ревом завоевания.
Когда мое сознание вернулось в мир рационального, мой член все еще был в заднице Ким. Ее глаза были закрыты, и на простынях вокруг ее лица образовалась лужа слюны. Меня мгновенно охватила волна вины. Мои времена потери контроля с Адриенной и Гвен научили меня, что, хотя девушка может и не ненавидеть меня за то, что я сделал, я все же мог выйти за рамки ее добровольного согласия.
Нежно поцеловав Ким в щеку, я прошептал свои извинения, а затем медленно вытащил свой член из ее задницы. Она спала мирно с улыбкой на лице, которая немного смягчила мою вину. Но как только я набрался сил, я пошел в ванную за теплой тряпкой, чтобы вымыть ее.
Сегодня вечером Ким снова и снова повторяла, что ее тело принадлежит мне, и я могу использовать ее для собственного удовольствия. Несмотря на то, что я сделал именно это, мне все равно было немного не по себе. Она была права: я был слишком чутким. У меня не хватило отстранённости, чтобы действительно быть Мастером.
И даже более того, теперь я ДОЛЖЕН был понять, что ею двигало.