An ordinary sex life
Еще две струи вылетели из меня, немного забрызгали ее нижнюю часть лица и начали спускаться к ее подбородку. В этот момент Адриенна затолкала меня обратно в рот, мышцы ее горла, очевидно, работали, когда она проглотила остаток моего семени. Ее пальцы сжимали мои яйца, собирая все больше и больше моей соленой спермы. И не в силах больше сдерживаться, я буквально упал на кровать, когда каждый мускул в моем теле превратился в кашу.
«Мммм…» Адриенна, глотая, промурлыкала, и это звучало более блаженно, чем если бы она испытала захватывающий оргазм. Даже когда я начал становиться мягким, ее язык лизал нижнюю часть моего члена, продлевая ощущения, пока она собирала все до последней капли спермы. И только когда я был полностью опустошен, она наконец подняла голову и ухмыльнулась мне.
«Я забыла, насколько вкусной может быть твоя сперма», пошутила она, взяв шарик со своего подбородка и сунув его в рот. «И не забывай, что ты единственный мужчина, который у меня когда-либо будет до конца моей жизни».
Я просто застонал и слабо кивнул, измученный силой моего семяизвержения.
Хихикая, Адриенна скользнула по моему телу, вытерла щеки, а затем наклонилась и поцеловала меня, на этот раз одним из медленно обжигающих поцелуев. И после того, как она весьма довольно напевала нам в рот в течение минуты или двух, она отстранилась с озорной ухмылкой. «Хорошо, ТЕПЕРЬ ты можешь напомнить мне, что ты так же хорош в поедании кисок, как и любая из этих глупых моделей, которых я поимела».
* * *
Не было времени для романтики; в ней не было необходимости. В тот момент, когда мой вновь затвердевший член соединился с лоном Адриенны, она сделала выпад бедрами, чтобы схватить меня.
Смазанная тремя оргазмами, полученными орально, киска Адриенны превратилась в ад горячей влаги. Но в наших движениях не было никакой спешки. Не было сознательной мысли о том, как лучше всего удовлетворить нашего партнера. Вместе мы с Адриенной просто двигались.
Сначала Адриенна прижимала меня к телу, удерживая меня всеми четырьмя конечностями, чтобы мой член находился на полной глубине, пока она кипела от ощущений того, что я нахожусь на ней, я вновь нахожусь в ней. У нас был еще один приятный сеанс поцелуев, на этот раз без всякой одежды. И действительно, гораздо веселее целоваться с горячей малышкой, пока ваши чресла так же переплетены, как и ваши языки.
Постепенно мы ускорились, интенсивность наших поцелуев нарастала органично по мере того, как выражения привязанности расширялись от поцелуев до ласк и ритмичных движений. Я оторвал голову, чтобы покусать ее шею. Она впилась ногтями в мою задницу, чтобы заставить меня прижаться сильнее. И спустя целых десять минут после того, как мы соединились, Адриенна впервые застонала: «Трахни меня».
Медленно я втягивал член, как завязку банта, создавая напряжение с каждым дюймом. Когда внешние выступы моей грибовидной головки дернулись за внутренние края ее входа, я отпустил струну, запустив свой член, как стрелу, прямо в ее ядро, погрузившись обратно.
«АХ, ЧЕРТ!» Адриенна взволнованно хмыкнула, счастливо усмехаясь. «Сделай это снова!»
Наружу, внутрь.
«Трахни меня, Бен!»
Наружу… ВНУТРЬ.
«ТРАХИ МЕНЯ, БЕН!»
НАРУЖУ… ВНУТРЬ.
«ТРАХНИ МЕНЯ!»
Адриенна подбрасывала ноги вверх и наружу, а я переместил руки под них так, чтобы ее икры были зацеплены моими бицепсами. Это распростёрло ее ноги широко подо мной, и изменения в положении её бедер позволили мне окунуться еще глубже в то время как мои руки схватили ее за талию.
Это была старая знакомая позиция. Она не могла пошевелиться. Она не могла отвернуться. У меня был полный контроль. И с ее совершенно беспомощным телом, прижатым ко мне, я продолжил разорять влагалище Адриенны без страха и сдержанности. Я трахал ее так сильно, как никогда никого в своей жизни, и все же мы занимались любовью.
Это было по-нашему.
В это не было особо много размышлений. Никаких пьес, никаких схем. Я не считал позвонки и не искал узлов удовольствия. Я просто держался за бедра Адриенны и трахал её до беспамятства. Она кричала и выла достаточно громко, чтобы объявить всему дому, что я трахал ее до бесконечности, и нам обоим было на это наплевать. Итак, было два часа дня. Итак, трое наших сестер и двое родителей были прямо внизу. Какая разница? Я снова держал Адриенну на руках и вокруг моего члена.
«ТРАХАЙ! МЕНЯ! ТРАХАЙ! МЕНЯ!» Адриенна пела, пока я бил ее так сильно, что все ее тело сотрясалось от каждого удара. Ее массивные сиськи подпрыгивали, кружились и покачивались по шатким орбитам. Ее голова моталась из стороны в сторону, когда наши движения заставляли дрожать всю кровать.
«ЕБААААТЬ! она выла, когда достигла кульминации. Мышцы ее киски сжались, вынудив меня приложить гораздо больше усилий к моему брюшному прессу, чтобы продолжить движение через ее более узкий туннель. Ее голос внезапно оборвался, когда ее рот открылся в беззвучном крике, впервые за долгое время она замолчала.
Звук не вернулся, когда ее оргазм прошел, хотя ее тело расслабилось и стало несколько обмякшим подо мной. Адриенна откинула ноги назад, заставив меня отпустить их и позволить ей снова скрестить лодыжки за моей задницей. Новое положение удерживало меня в ней еще крепче, так что я не мог продолжать длинные выпады. Вместо этого я крутил бедрами по кругу, а она снова подняла руки к моему лицу.
«Я люблю тебя, Тигр. Навечно и навсегда», напевала она.
Что-то лопнуло во мне от ее слов, но это был хороший щелчок. Мысленно я ВСЕГДА сдерживал собственный оргазм в тщательно запечатанном пакете, в котором хранились мои извержения, чтобы я мог доставить ей все удовольствие, которое я хотел ей доставить, прежде чем, наконец, сдаться и позволить себе кончить. Сказав три слова, Адриенна так быстро вскрыла печать, что я даже не осознал этого. И внезапно я застонал, когда моя жидкая любовь излилась из меня в ее тело.
Глаза Адриенны расширились, когда она поняла, что происходит. Она тоже была удивлена тем, что я кончил без предупреждения, но ее улыбка говорила мне, что ей было очень приятно произвести на меня такое впечатление. «Навечно и навсегда», задушевно повторила она, задыхаясь, когда почувствовала, как возобновившийся поток моей эякуляции вливается в нее. «Навсегда и всегда», напевала она еще раз, а затем яростно сжала меня, когда мое тело рухнуло поверх нее, вся сила покинула мое тело, когда я просто позволил галлонам спермы хлынуть из меня.
Спустя долгое время мир вернулся ко мне. Я не был уверен, потерял я сознание на самом деле или нет. Моя эякуляция не была настолько взрывной, чтобы вырубить меня, и все же я не мог ясно вспомнить, что случилось со мной в течение последних нескольких секунд.
Это не имело значения. Адриенна прижала мою голову к изгибу шеи, и все четыре конечности по-прежнему обвивались вокруг моего тела. Это было все, что действительно имело значение. Я просто вздохнул от восторженного удовольствия, расслабил шею, снова закрыл глаза и наслаждался райским блаженством момента.
* * *
— ДЕКАБРЬ 2004, ТРЕТИЙ КУРС -
«Бен? Земля Бену?»
Я дважды моргнул и посмотрел вверх, чтобы увидеть красивое лицо, смотрящее на меня, ее лицо было ориентировано под углом 90 градусов к моему собственному. Она усмехнулась, сверкнув двумя рядами жемчужных зубов. И ее мерцающие волосы ниспадали каскадом вниз, свежесорванные цветы вплетались в грязно-русые локоны, свисающие над ее ушами.
«Куда ты ушёл?» весело спросила она, сверкнув зелеными глазами.
«Никуда», пробормотал я, довольный тем, что остался лежать на коленях Шевел Моррисон.
Это было не совсем так. В сотый раз за последнюю неделю я вернулся в тот день Благодарения в спальню Авроры, лежа в постели с Адриенной и размышляя о том, что могло бы быть.
Не то чтобы я был влюблен в Адриенну. В этот самое время она отправилась в новое приключение на Багамах на съемках журнала Sports Illustrated. И я был очень, ОЧЕНЬ счастлив быть со своим Рассветом. Я не сожалел о разрыве с Адриенной, и моя приемная сестра не представляла угрозы для отношений, которые я строил со своей второй половинкой. Вместо этого я больше думал о том, какой была бы жизнь, если бы Адриенна все еще была здесь, в Кэле, с нами, и о том, насколько ЛУЧШЕ была бы моя жизнь, если бы она была в ней чаще.