An ordinary sex life

Раздался глухой звук, когда Аврора, очевидно, уронила телефон. Я хихикнул и подождал, услышав безумную возню, прежде чем Аврора подняла его и поднесла обратно к уху. «Бен, скажи мне, что все в порядке!»
«Все в порядке. Брэнди не говорила тебе об этом?»
«Нет! Я не видела ее пару дней!» воскликнула Аврора. «А моя мама ничего мне не рассказывала об оружии или стрельбе! В тебя стреляли?»
«Да, но я в порядке, все в порядке», заверил я ее. «Я немного волновался из-за Адриенны на минуту, но все в порядке. Эмма осталась нетронутой, а Адриенна только порезалась».
«Что случилось с Адамом?»
Я сделал глубокий вдох. «Он мёртв».
Аврора снова уронила телефон.
Когда она пришла в себя, я рассказал ей остальную часть истории, которая кончилась на появлении копов в нашей гостиной этим утром. Хотя Аврора, безусловно, имела в своей жизни некоторый травмирующий опыт, на самом деле она никогда не сталкивалась с чем-либо, похожим на насильственную смерть, и ей было трудно с этим справиться. Она все еще не могла поверить, что в меня действительно стреляли.
В конце концов, я попытался сгладить ситуацию, сказав: «Я в порядке, Ави. Что ж, возможно, я не смогу поплавать с тобой, когда мы доберемся до лагеря, потому что раны все еще заживают; но во всём остальном — я совершенно здоров».
«Ох, Бееен…» отчаянно простонала Аврора, и это звучало так, как будто настал конец света.
«РеЛАКС», подчеркнул я. «Все хорошо».
«Нет, дело не в этом», простонала Ави в том же тоне. «Я собиралась сказать тебе сегодня: я не поеду в лагерь».
Теперь настала моя очередь уронить телефон. Моргнув несколько раз, я наклонился, поднял его и поспешно поднес обратно к уху. «Подожди, что?» Аврора и я были в лагере каждый год на протяжении всей нашей жизни. Мы были там вместе восемнадцать лет.
«Я знаю, что этим летом мы не особо старались, ища места для стажировки, но компания Дайны ищет дополнительных стажеров, и она порекомендовала меня. Это оплачиваемая стажировка, я получу много хорошего опыта, и, в частности, это действительно поможет мне поступить на программу бакалавриата по бизнесу. Они сделали предложение, и я уже согласилась».
«Ты не едешь в лагерь?» Я жалобно простонал.
«Мне очень жаль. Но нет».
Мой лучший друг. Меня только что подстрелили, а теперь она меня бросала. Когда мне нужно было на кого-то опереться, я опирался на нее. Но она больше не собиралась быть рядом со мной. Она отправилась заниматься своим делом. И после такой эмоционально изматывающей недели я просто не имел внутренних ресурсов, чтобы справить ещё и с этим.
Чувствуя себя обиженным, я просто нажал кнопку «END» на телефоне и уронил его на кровать. Секундой позже я тоже упал на кровать.
Через три секунды мой телефон включился. Мне не нужно было смотреть на экран, чтобы понять, что это Аврора. Я снова нажал «END», а затем просто перевернулся на живот, чтобы дуться.
Это была действительно дерьмовая неделя.
 ИЮЛЬ 2003, ЛЕТНИЕ КАНИКУЛЫ 
Все мое тело болело к тому моменту, когда я поменялся местами с отцом, позволив ему взять на себя управление автомобилем на последнем отрезке пути до лагеря. В то время как вся моя семья, включая Адриенну, мирно спала, мне приходилось сохранять бдительность, пока я вёл семейный фургон по пустынному участку шоссе № 5.
Удерживать свое тело в одном положении часами подряд уже было достаточным, чтобы у кого-нибудь заболело тело, но я с самого начала был довольно напряженным. У меня не было эякуляции несколько дней, и у меня даже не было времени добиться ее самостоятельно, прежде чем мы сели в машину. А для такого парня, как я, не кончать больше 24 часов — это верный способ быть напряженным. То, что я не кончал в течение 48 часов, сделало меня несчастным.
На самом деле, у меня даже не было бы даже ЭТОЙ эякуляции несколько дней назад, если бы Брук не взяла на себя обязанность принести мне некоторое облегчение. И даже тогда она прокралась ко мне, чтобы сделать быстрый минет, просто чтобы снять остроту и дать мне хотя бы одну ночь хорошего сна. Это говорило о том, что, хотя на самом деле никто не был в настроении для секса, моя младшая сестра любила меня достаточно, чтобы делать что-то исключительно для того, чтобы я почувствовал себя лучше.
  
Дело в том, что секс между братьями и сестрами происходит только тогда, когда все другие потребности и желания удовлетворены — когда больше не о чем беспокоиться. Секс между братьями и сестрами — это не поддержание или построение отношений, как секс с девушкой. Обычно речь идет не о любви, привязанности или поддержке. Нет, секс между братьями и сестрами — это просто развлечение ради удовольствия. Мой член и язык стали любимыми игрушками Эдем и Эммы.
Но близнецы больше не были в настроении для игр. Эмма все еще была в ужасе от того, что ее похитил жестокий, страшный взрослый мужчина, который держал в руках пистолет и в конечном итоге умер. Для 13-летней девочки это было слишком много. Эдем было ненамного лучше. Да, ее не похищали, но её ПРЕСЛЕДОВАЛИ и она столкнулась с виной выжившего близнеца, которого не поймали. Дело в том, что игра с моим членом больше не была их приоритетом, и мы еще не дошли до того момента, когда близнецы будут рассматривать секс как метод утешения.
К тому же мое настроение не располагало сексу. Я тратил всю свою положительную эмоциональную энергию на то, чтобы поддерживать Адриенну, рассказывая ей, какая она классная и храбрая, что напала на человека с заряженным оружием и, вероятно, спасла наши жизни. И, расставляя приоритеты, мне пришлось похоронить свои собственные печали и желания. Я проводил все свое время не с Адриенной, пребывая в задумчивом темном облаке, определенно не в настроении для нежности или привязанности. Так что, хотя Брук была затронута этим достаточно незначительно — и, следовательно, не была так травмирована, она дала мне немного пространства и держалась от меня на расстоянии. Будучи моей младшей сестрой, ее работа не заключалась в том, чтобы починить меня, и я не собиралась давить на неё, будучи не в состоянии справиться с этим сам. Секс между братьями и сестрами мог происходить только тогда, когда ОБЕ стороны хотели получить от него удовольствие, по правильным причинам.
Но по крайней мере на одну ночь Брук решила, что ей нужно что-то сделать. В среду вечером она проскользнула в мою комнату, молча подошла к кровати, а затем наклонилась и начала стягивать мои шорты.
«Брук, ты не должна», мягко сказал я, ощущая чувство вины. Мой член не был согласен со мной; он сразу начал затвердевать.
«Я знаю», тихо сказала она. «Просто позволь мне сделать это для тебя».
Мы оба знали, что секс не может снова сделать меня счастливым. Это не совсем исправило суматоху в моей голове. Но эякуляция могла вызвать у меня краткий момент экстаза, несколько секунд, когда мне не нужно было бы думать о своих проблемах. Так что я не сопротивлялся, когда Брук несколько раз погладила мой обнаженный ствол, прежде чем приоткрыть губы и медленно запихнуть мою головку себе в рот.
Брук все еще не могла глубоко заглотить меня. Ее рвотный рефлекс был слишком сильным, и она делала это только в особых случаях. Это был один из них, и я захныкал от удовольствия, когда ее губы прижались к основанию моего члена.
«О, Брук…» пробормотал я, взяв ее за голову и запустив пальцы в ее волосы. Ее единственной реакцией было откашляться, когда она отстранилась, вдохнула, а затем снова подалась вперед, чтобы проглотить мой член на всю длину.
Я всю неделю не занимался сексом ни с кем, кроме правой руки. Моя последняя возня с близнецами была семь дней назад. Шесть дней назад произошло похищение. С тех пор моими единственными эякуляциями были случайные эякуляции, вызванные самим собой, в отчаянной попытке найти достаточно спокойствия, чтобы спать по ночам. Итак, после недели, когда я не чувствовал тепла девичьего рта, киски или задницы, обернутой вокруг моего члена, я был готов взорваться. И всего через пару минут после того, как Брук начала минет, мои руки сжались в ее волосах, и я предупреждающе хмыкнул. «Я кончаю!»