An ordinary sex life

Это началось, когда я вернулся в дом, сладко улыбнулся своей девушке и заключил ее в теплые объятия и нежный поцелуй. «Я люблю тебя, Адриенна», сказал я с чистым сердцем.
«Я тоже люблю тебя, Бен», удовлетворенно ответила она.
«С Днем Рождения», сказал я тем же теплым голосом.
«Спасибо».
Только тогда моя поза изменилась, когда я встал прямо, строго взглянул в ее теперь смущенные карие глаза и посмотрел угрожающе. «Адриенна!» Я рявкнул командным тоном.
Она отпрянула, ее плечи поднялись, когда она собралась, как будто ожидая удара. «Да сэр!» она рефлекторно захныкала, долгое время не слышав от меня этого тона.
«Сядь», приказал я тем же тоном, и она тут же упала на диван в гостиной. «Оставайся на месте», холодно заявил я, а затем подошел к другому стулу.
Только сейчас Адриенна начала оправляться от своего кратковременного шока и гадала, что, черт возьми, происходит. Она начала вставать, чтобы посмотреть, что я делаю на что я развернулся и резко рявкнул: «СЯДЬ!»
Адриенна дернулась и снова села, ее нижняя губа дрожала от искреннего страха. В последний раз, когда я делал это, она была в очень странном психическом состоянии, почти оргазмически подчиняясь каждой моей команде. Хотя у нее больше не было такого состояния, по прошлому опыту я знал, что в ней есть немного покорной личности, и ее мгновенное подчинение моим командам эту точку зрения, казалось, подтверждало.
Внезапно я оказался рядом с ней, встал на колени на подушку дивана. «Релааакс, Адриенна», чуть ли не прошипел я, тоном, который был более успокаивающим, но все же насыщенным властью. Ее нижняя губа задрожала, и она не расслабилась, но успокоилась и не сводила глаз. «Дело не в силе, а в доверии», произнес я, надевая ей повязку на глаза. Это был не просто стандартный платок, а изготовленная на заказ повязка из черного бархата с удобными ремешками, которую Кенди приобрела для меня.
Почти сразу Адриенна расслабилась.
«Дело не в боли, а в контроле», произнес я тем же гипнотическим голосом, когда натягивал на запястья Адриенна наручники на меховой подкладке. Им не нужны были замки с ключом, только правый выключатель, который Адриенна, вероятно, могла бы активировать сама, если бы достаточно сильно постаралась. Их тоже использовали, что заставило меня задуматься, какой сексуальной жизнью жила сама Кенди.
Адриенна почувствовала, как ее запястья сжались, и начала задыхаться. Я видел, как ее грудь поднималась и опускалась, когда она тяжело дышала, и ее стоячие соски начали проталкивать ткань ее тонкого верха.
«Доверься мне, Адриенна», сказал я мягко, накидывая ей на шею кожаный ошейник с D-образным кольцом, к которому был прикреплен кожаный поводок. Затем, взявшись за поводок, я подтянул свою девушку до положения стоя, а затем подошел к ней, проводя руками по ее рукам, пока она слегка дрожала.
Я нежно держал ее лицо в руках, прижимаясь губами к ее губам в нашем фирменном медленном поцелуе любви. После этого я наклонился, пока мои губы не были прижаты к ее уху и прошипел: «С днем рождения, детка». А потом я протянул руку и злобно шлепнул ее по левой ягодице.
«Ууннннгх!» Адриенна застонала от боли и возбуждения, прижимаясь ко мне. А потом я потащил ее на поводке наверх в свою спальню.
За этим последовало то, чего я раньше ни с одной девушкой не делал. У меня просто никогда не хватало духа доминировать над кем-то; это не в моем стиле. Конечно, я терял контроль над сексуальным животным внутри меня и довольно жестоко трахал кого-то раньше, включая Адриенну. Но преднамеренное использование и жестокое обращение с кем-либо — это то, чего у меня никогда не было. Не было предусмотрительности, чтобы спланировать это, или девушки, которая добровольно подчинялась бы все таким образом.
Но сегодня я сделал все возможное.
Это не было рабством. У меня не было ни кнутов, ни кляпов, ни других игрушек. Ошейник никогда не снимался, но повязка на глаза и наручники часто снимались. И даже не все было жестоко и агрессивно. Несколько раз в течение дня я делал паузы и делал с ней очень нежные и ласковые вещи. Но дело было в том, что это всегда было «с ней», а не «вместе с ней». Я все контролировал. Адриенна была бессильна сопротивляться, и в любом случае она бы не стала сопротивляться. Не сегодня.
  
Я начал с того, что зацепил наручники Адриенны веревкой и крючком, намотанным на изголовье кровати. Моя великолепная девушка-подросток была склонена раком, когда я срезал ей трусики-стринги ножницами. А затем я продолжил шлепать ее несколько раз, пока обе половинки задницы не стали полностью розовыми.
Когда сексуальная блондинка должным образом тяжело дышала и стонала от смеси боли и возбуждения, я разделся догола, а затем встал на колени у ее лица, схватив ее за подбородок и направляя ее, пока она практически не заглотила мой член до корня. Я трахал ее лицо и заставлял ее многократно глубоко сосать меня, пока я не приказал ей остановиться, чтобы не пролить себя слишком рано. Затем, обойдя ее за спиной, я встал на колени между ее раздвинутыми коленями, схватил ее покрасневшие ягодицы и жестоко засунул свой член в ее мокрую, мокрую пизду.
«Аааааааа!» Адриенна закричала. И она не переставала кричать до конца дня. Я удивлен, что сосед не прибежал посмотреть, кого убивают.
При каждом мощном толчке Адриенна визжала, как банши, и подталкивала бедра мне навстречу. Она выгнула спину и завыла в какую-то далекую точку неба, все ее тело корчилось и дергалось, как дикий мустанг. Я схватил ее за гриву золотистых волос, обвил ею свое запястье, пока я просто держался и продолжал бить ее по ягодицам снова и снова. Не прошло и трех минут после начала траха, как она была настолько невероятно мокрой, что мне казалось, будто я скольжу туда-сюда без трения, хотя она определенно чувствовала растяжение.
Каждый раз, когда мне казалось, что она начинает слишком сильно сопротивляться, чтобы я мог удержаться, я приручал зверя, снова шлепая ее по ягодицам. Они уже были красными и болезненными, поэтому каждая пощечина была чрезвычайно болезненной и обычно была достаточной, чтобы запугать ее передо мной, по крайней мере, на время, достаточное для того, чтобы сделать несколько хороших толчков.
«О-о-о-о-о-о-о-о-о…» повторяла Адриенна снова и снова. «Трахни меня, Бен… ЕБИ МЕНЯ».
Она приходила три раза… я думаю. Даже при всем моем сексуальном опыте было довольно сложно отделить оргазмические крики Адриенны от криков просто так. Ее тело вздрагивало и напрягалось, а киска сжималась столько раз, что я мог предположить, что она кончила двадцать раз и был бы прав. Но, по крайней мере, я думаю, что спазмы вокруг моего стержня сопровождались тремя отдельными потоками жидкости. И она меня тоже чуть не довела.
Но не совсем. У меня были еще планы.
Единственное, чего Адриенна не могла знать, это то, что веревка, к которой были привязаны ее наручники, была на шкиве, а другой конец был в пределах моей досягаемости. Теперь, когда я приближался к собственному оргазму, я схватился за этот конец и дернул за него, резко потянув Адриенну вперед, так что она упала, взвизгнув от удивления, лицом на кровать. Так как в то время я сдерживался, это также сорвало ее с моего члена, и я рявкнул на нее: «Что ты делаешь, сука? Вернись сюда и трахни меня!»
Изо всех сил карабкаясь, со связанными запястьями, я ослабил веревку, чтобы Адриенна снова встала на колени и начала вертеть своей задницей, ощупывая мой член своими ягодицами и отчаянно пытаясь втянуть меня в себя. Я позволил ей немного покачаться, прежде чем схватить свой член и направить его в ее киску. А потом со вздохом облегчения она попятилась и снова погрузила мой член глубоко внутрь себя.
Я делал это еще дважды, трахая Адриенну до предела своего физического истощения, а затем снимал её с моего члена прямо перед тем, как переступил пределы своей эякуляционной выносливости. Оба раза она кричала от резкого рывка, а затем пыталась вернуть меня внутрь себя, хотя в последний раз она двигалась заметно медленнее. Я потерял счет, сколько оргазмов она уже испытала.