An ordinary sex life
Так что я направил член между ее половыми губами, а затем сделал выпад бедрами вперед, вставляя первый живой горячий член, который Адриенна почувствовала за четыре месяца.
Она ВЗБЕСИЛАСЬ.
Адриенна завопила, словно баньши, и подалась бедрами, чтобы встретить меня, наши тазовые кости почти болезненно столкнулись друг с другом, когда я полностью погрузился в нее с первого же удара. Она выгнулась так сильно, что на матрасе остались только ее руки, ноги и голова, а она взвыла, казалось, всем её существом, а ее тело корчилось и дергалось, словно необъезженный дикий жеребец на родео.
Рухнув обратно на матрас, Адриенна быстро схватила меня за голову и потянула вниз, чтобы поцеловать меня своим запатентованным ядерным поцелуем. Ее рот был таким активным и агрессивным, что мне казалось, будто она пытается откусить мне губы. Но едва начав, она отстранилась и схватила меня за руки. Прежде чем я осознал это, она прижала мои руки к своим запястьям, так что я держал ее руки со сведёнными вместе запястьями за её головой, будто удерживал жертву изнасилования. Слезы текли из глаз Адриенны, сияющих тем самым блестящим золотым цветом, который я так обожал.
«О-о-о-о-о-о-о-о-о-о…"Адриенна напевала, широко раскрыв глаза и мотая головой из стороны в сторону. В конце концов, ей удалось взять под контроль свое лицо на достаточно долгий срок, чтобы взглянуть прямо на меня и прорычать: «Трахни меня, Бен… ТРАХНИ МЕНЯ».
Я толкал, толкал и толкал.
«Ты мне нужен, Бен. Меня не волнует, как и почему. Ты мне нужен. Трахни меня. Наполни меня. Кончи в меня», — выдохнула она, пока ее глаза блестели от выступающих слезинок. «Просто держи меня и никогда не отпускай».
Я сжимал ее запястья и смотрел в глаза, вкладывая всю свою энергию в то, чтобы вонзить в нее свой толстый член. Я чувствовал повторяющиеся удары ее массивных сисек, сжимаемых между наших грудных клеток с каждым толчком. Я чувствовал напряжение в ее ногах, когда она вдавливала их в мои ягодицы, стараясь заставить меня проникнуть в неё еще глубже.
«Унннгх!» Адриенна снова выгнула спину, простонав с закрытыми глазами. «Так чертовски хорошо!»
Я вернул свои руки назад, взяв ее за запястья, которые она выдернула, выгибаясь. Я снова прижал ее запястья к матрасу рядом с ее головой, удерживая ее, в то время как я наклонил голову ниже, чтобы обхватить губами сосок.
«Соси мои сиськи, Бен! Укуси их!
Я хотел использовать руку, поэтому, отпустив запястья, я просунул её под плечи Адриенны и дернул ее, так что она оказалась ближе к середине кровати. Моя футболка лежала на подушке и, взяв ее, я схватил Адриенну за запястья. Быстро завязав вокруг них свою рубашку, я скрепил их одним узлом. Она могла бы легко высвободиться из этого, если бы действительно захотела, но, когда я закинул ей руки за голову, Адриенна проворковала мне в ухо и оставила свои руки скованными там, где я оставил их.
Теперь, освободив руки, я работал над массивными молочными железами Адриенны, сдавливая, сжимая и царапая их зубами. И пока мои бедра все еще толкались в ее влагалище с чрезвычайной силой при каждом толчке, я довел кричащую, трясущуюся сексуальную богиню до неистового оргазма.
«АААААААААГГГГГГГГХХХХХХХ!» Адриенна кричала, пока ее горло не начало хрипеть. И когда она снова посмотрела на меня, в ее глазах было что-то, что умоляло меня о еще большем.
Я должен был ЕБАТЬ ее. ЖЁСТЧЕ. Дело было не в любви. Дело даже не в оргазмах. Мне нужно было ОВЛАДЕТЬ ею. Мне нужно было РАЗРУШИТЬ ее. А Адриенна позволила мне делать с ней все, что я хочу.
Выдернув свой член из ее судорожной хватки, я схватил Адриенну за бедра и швырнул ее на живот, не слишком нежно и не заботясь об ее комфорте. Ее руки все еще были связаны в запястьях, она немного шаталась, пытаясь встать на колени и поднять задницу в воздух, но, не раздумывая, я шлёпнул её по правой ягодице, ЖЁСТКО, заставив ее взвизгнуть. А затем левой рукой я хлопнул ее по пояснице, прямо над двумя изгибами ее задницы, и повалил ее тело на матрас.
«СТОЯТЬ!» — прогремел я.
Откуда, черт возьми, ЭТО взялось? Брук, например, очень любила, когда я ее шлепал. Когда она была в настроении, моя младшая сестра действительно сходила с ума от грубого секса. Но я никогда не бил ее так сильно, как только что отшлепал Адриенну. На покрасневшей ягодице 17-летней блондинки все еще чётко был виден белый отпечаток руки. И я был довольно груб с ней, когда разместил ее на кровати так, как мне хотелось, оставив ее обнаженное, вспотевшее тело распростертым лицом вниз передо мной.
«О, Бен», — захныкала Адриенна.
Не задумываясь, я шлёпнул ее снова, так же сильно, на этот раз по левой ягодице. Адриенна взвизгнула и отшатнулась от удара. Когда она повернула голову набок, я увидел, как по ее щекам катятся слезы. Я был довольно сильным парнем и бил ее весьма чувствительно.
«Ой…», — простонала она, очевидно, от боли.
Твою мать. Я действительно причинил ей боль? Какая-то часть меня задавалась вопросом, какого черта я это делаю. Откуда пришла эта сила и насилие? Это было не в моей природе. И действительно ли Адриенна этого хотела? Или это было только в моей голове? Неужели Бен потерялся в ощущении мощи, которую он никогда не мог себе представить?
«Прими это, сука! Прими!»
Задница Адриенны дернулась, и я снова отпустил на неё руку, шлепая ее по левой ягодице. Я смотрел, как напрягаются мышцы ее ног, ее тело пытается унять боль.
Но потом я взглянул на край кровати. Моя футболка немного болталась вокруг запястий Адриенны. Она могла очень легко освободить руки… но не сделала этого. Она могла бы легко остановить это, если бы захотела, чтобы я прекратил… но она этого не сделала. Адриенна сказала все, что мне было нужно, и, очевидно, она действительно имела это в виду.
Самая красивая девочка в школе, капитан группы поддержки, девушка, которая всегда была главной, была моей, чтобы я использовал ее. Я мог трахать ее, как хотел, кончать, куда хотел, насиловать ее так, как хотел это прочувствовать. Это было опьяняюще.
«Не двигайся», прорычал я. «Я выебу тебя так, что это взорвёт твой разум».
Адриенна не сопротивлялась, когда я оседлал ее ноги и направил свой член в ее задницу. Её плотные ягодицы были достаточно твердыми, чтобы обнажить ее анус, левая щека не касалась правой, но своими сильными руками я раздвинул их еще дальше в стороны. Часто и неглубоко дышавшая, она просто задыхалась, и я наблюдал, как ее сфинктер расслаблялся, когда ее анус открывался для меня.
Тогда я потерял себя в похоти. Я не помню входа, но помню, как сумасшедший толкнулся через анальный вход Адриенны. Мои глаза горели, и слюни текли из моего разинутого рта, брызгая на ее обнаженную спину. Я не помню, как наши тела ударялись снова и снова, но я помню ее пронзительные вопли. И я не помню, как ее анус сжимался вокруг моего вторгающегося члена, но я помню восхитительное ощущение удовольствия, пронизывающее меня, когда я выстрелил галлонами спермы в глубину кишечника Адриенны, накопившимися после того, как я не занимался сексом более двух недель.
Когда мой мозг вернулся к рациональному миру, я лежал наполовину на матрасе, наполовину на распростертом теле Адриенны, задыхаясь от кислорода. Мой мягкий член был прижат к ее ягодице, и еще дальше я мог видеть, как моя сливочная сперма пузырится из ее растянутого ануса, почти как горячий источник.
Руки Адриенны все еще были вытянуты вперед, символично связанные за запястье моей футболкой. Ее тело дрожало и полностью пропиталось потом. Я также почувствовал влажность под моим бедром, как будто из самой Адриенны вытекли и растеклись из неё по простыням.
И с нежной чуткостью, резко контрастирующей с моей прежней жестокостью, я взял Адриенну за голову и повернул ее ко мне. Ее глаза были живыми, в них плясала энергия, которой не хватало остальному ее телу. И когда я наклонился и нежно поцеловал ее, она захныкала и снова заплакала.
Я целовал ее до тех пор, пока мы оба не начали задыхаться, и снова опустили головы на плоский матрас, лицом друг к другу. Я улыбнулся и, глядя на нее, подумал, что Адриенна никогда не выглядела красивее, чем в тот момент.