An ordinary sex life

Я инстинктивно отдернул от нее руку. За то недолгое время, что мы были в отношениях, я проявлял необычайно сильную ревность по отношению к Авроре, которую я не испытывал ни к кому другому. У меня было три девушки, одна из них была привычной к флирту Адриенна. И я никогда не испытывала ни малейшей ревности, когда кто-то из них привлекал к себе мужское внимание. Но от одной мысли об Авроре с другим мужчиной у меня скрутило живот.
Аврора почувствовала мое беспокойство и обеими руками схватила меня за руку, пристально глядя в мои глаза. «Пожалуйста, Бен. Это не значит, что я люблю тебя меньше, и, если бы мы были вместе, это даже не было бы проблемой. Если это действительно беспокоит тебя, то мы можем продолжать наши моногамные отношения на расстоянии, и я смирюсь с этим. Я сделаю это».
Ее губы были плотно сжаты, а глаза умоляюще смотрели на меня. «Но Бен, я думаю, нам действительно нужны открытые отношения. Ты был по-мальчишески идеалистичен думая, что пара похотливых подростков может быть врозь в течение одиннадцати месяцев без искушения. Но все гораздо сложнее. У меня было такое искушение. У тебя было такое искушение. И это физически больно иногда, быть такой возбужденной без какого-либо способа получить освобождение».
«У тебя есть DJ и Дайна» заныл я.
«У них нет члена, Бен. У тебя дома есть киска. Но серьезно, если бы Брук не трахалась с тобой каждые несколько дней, ты бы действительно ушел от Адриенны той ночью?»
Я побледнел и повернул голову.
Аврора дала мне ненадолго уйти в себя, прежде чем сжала мою руку. «Опять же, если придется, я не буду… я всегда буду любить тебя, Бен, и если тебе будет больно, я не буду… но тебе не кажется, что так будет лучше? Для нас обоих? Я уже говорила тебе, что могу жить с сексом ради секса. Это не идеально, и, если бы мы были вместе, я бы даже не смотрела на другого мужчину. Но это не так, и у нас обоих есть потребности, Бен».
Я нахмурился. Я должен был признать, что разрешение моей девушки трахаться с другими девушками имело огромное значение для меня. Меган и Кэссиди вместе обеспечивали мне разнообразие. Адриенна позволила мне переспать с Мидзухо и повеселиться с такими девушками, как Кэнди, Саммер и Линн. И Аврора привела сестер из обеих наших семей в нашу сексуальную игру.
Я любил Аврору, и я любил Брук, но я должен был признать, что даже мне стало немного скучно трахаться только с моей сестрой и сама Брук начала проявлять признаки интереса к другим мальчикам. Я не знал, как долго еще мы будем удерживать внимание друг друга так же, как раньше.
Но смогу ли я справиться с Авророй, спящей с другими парнями? Это было бы справедливо, ведь так? Я все еще не хотел думать об этом, но пока она любит меня, разве она не заслуживает немного свободы? И разве Брэнди не предупредила меня, что моя девушка без меня немного сходит с ума?
«Пожалуйста, Бен. Неужели это действительно так отличается от прошлого года? Когда нам было по шестнадцать, мы начали строить такую же связь. Но в конце концов мы расстались и позволили друг другу свободу, потому что оба знали, что еще увидимся. Я любила тебя и тогда, Бен. Ты ушел и получил своих восемнадцать девчонок, и я все еще любила тебя, когда ты вернулся ко мне прошлым летом. И я все еще буду любить тебя следующим летом, несмотря ни на что. И после этого мы будем вместе учиться в колледже, и нам больше никогда не придется расставаться».
«Ты надеешься на это».
«Мы оба попадем в Кэл, Бен. Я уже это знаю».
«Откуда ты знаешь?»
«Я просто знаю. И…» Аврора глубоко вздохнула и отвела взгляд.
Я несколько раз моргнул, на мгновение удивленный ее внезапным молчанием. «Что?»
«Прости меня, Бен. Но я должна признать, что мне немного любопытно». тихо сказала Аврора, не глядя мне в глаза. «Ты единственный мужчина, который у меня был, если не считать Марка, и я даже не помню этого».
Мое сердце дрогнуло при упоминании о Марке и ее изнасиловании.
«Мне любопытно, Бен, каким был бы другой мужчина. Я знаю, что это не изменит того, как сильно я люблю тебя, но мне любопытно». Аврора посмотрела на меня с извиняющимся выражением лица.
  
Я только понимающе кивнул. Любопытство, это я понимал. И хотя моя интуиция не одобряла эту идею, я знал, что это было справедливо. Поэтому, пытаясь вести себя по-взрослому, я сказал: «Последнее, чего я хочу, это чтобы ты вечно задавалась вопросом, на что это было бы похоже. Я думаю, что если бы мы поженились и ты все еще хранила бы это любопытство, оно бы только навредило нам изнутри».
Аврора, почувствовав изменение в моем взгляде на ситуацию, согласно кивнула.
Я вздохнул. «Послушай, Аврора, я проходил через это несколько раз и предупреждаю тебя только об одном: невозможно спать с кем-то, и чтобы ничего при этом не изменилось».
«Я всегда буду любить тебя». настаивала Аврора.
«И я верю тебе». я протянул к ней руку. «Но ты начинаешь испытывать чувства к этим людям. Когда ты оказываешься так близко, так близко с кем-то, пути назад уже нет».
«Это всего лишь секс, Бен. Не любовь. Ты-то должен понимать это».
Я вздохнул и кивнул. «Да, это так. И это иногда здорово, но все равно очень сложно».
«Сложнее, чем пытаться поддерживать моногамию с расстояния в 500 миль?» Спросила Аврора. «Сложнее, чем бороться со своими инстинктами и страдать от мучительных ощущений обладания этими побуждениями и желаниями и неспособности действовать в соответствии с ними? Я люблю тебя, Бен, но как я уже сказала, еще восемь месяцев этого убьют нас».
Я выдохнул и неохотно кивнул в знак согласия. «Наверное». Моногамия звучала хорошо и казалась правильной, но последние несколько месяцев, пытаясь сопротивляться своим естественным импульсам, я был несчастен. «Ты уверена, что это то, чего ты хочешь?»
«Будешь ли ты в конце концов, все еще любить меня?»
Я уверенно кивнул. «Всегда, моя Аврора».
Она наклонилась через сиденье и обвила мою шею руками. «Тогда да. Я думаю, что это будет хорошо для нас обоих».
Мы с Авророй оставались в месте для свиданий местных подростков, почти до 10 вечера. После того, как мы приняли решение сделать наши отношения открытыми до тех пор, пока мы не воссоединимся летом, мы чувствовали отчаянную необходимость заверить друг друга, что наша любовь останется настоящей и что мы будем друг для друга важнее всего остального, даже когда мы будем врозь.
Словесные заверения превратились в физическую ласки. Физические ласки превратились в сладкие поцелуи и крепкие объятия. И это привело к тому, что мы разделись на откинутом пассажирском сиденье и напомнили себе, как хорошо мы подходим друг другу.
Вернувшись в дом Эвансов, мы не спали полночи, так как проснулись только в три часа дня накануне. Еще больше шепота и нежных ласк привели к более тихому занятию любовью, и счастливо насытившись, мы наконец заснули в объятиях друг друга.
Мы проснулись около 11 утра в пятницу. День начался чудесно, в доме были только вдвоем, Дайна и Брэнди, вернулись в колледж, DJ была в школе, а родители Авроры были на работе. Аврора и я стали нудистами и наслаждались нашим временем, прогуливая школу и гуляя голышом по всему дому. Авроре даже пришла в голову странная идея потрахаться на полу гостиной, в том самом месте, где мы играли вместе в детстве. В прежние времена мы могли бы пускать слюни на ковер. Сегодня из совершенно другого отверстия на теле Авроры сочилась совсем другая жидкость.
А потом, в пятницу вечером, мы с Авророй пошли на наше первое настоящее свидание. Было трудно представить, что, учитывая все, через что мы прошли в наших отношениях, нам все еще предстояло пойти на свидание друг с другом. Так как мы начали встречаться в лагере, а потом нас разлучили, у нас не было возможности пойти на обычное школьное свидание.
Поначалу я колебался, стоит ли выводить куда-то Аврору. В конце концов, она была изнасилована двумя вечерами ранее и даже в последние 24 часа, я видел, что у нее иногда всплывают воспоминания, о тех травматических событиях. Они не были изнурительными, но на какой-то краткий миг Аврора напряглась, и мне нужно было быстро оказаться рядом, чтобы поддержать или успокоить ее, когда она смотрела в лицо тому, что с ней произошло, и побеждала это в своем сознании. Я был уверен, что она не будет полностью успокоена, пока проблема с Марком и полицией не будет решена и беспокоился, что ей слишком рано выходить.