An ordinary sex life

«Ладно, ладно, забудь о соревновании по морганию. Соревнование в гляделки».
«Чего?»
«Я серьезно». Линн ухмыльнулась. «Соревнование в гляделки».
«Угу, ну…»
«Боишься, что проиграешь?»
Я фыркнул.
«Да ладно, нельзя отказываться от вызова от девушки».
«Это сексизм, и я прекрасно осознаю власть всего женского над умами мужчин». Я усмехнулся и покачал головой. «Но хорошо, я не буду отступать перед вызовом».
«На счет три». Линн закрыла глаза. «Раз, два, начали».
Я тоже закрыл глаза, но открыл их по сигналу и посмотрел прямо в красивые карие глаза Линн. В разгар состязания в гляделки я не собирался теряться в восхищении красотой девушки, у которой совершенно очевидно были какие-то квази-романтические отношения с Беном. И тем не менее, весь этот вечер я плыл в каком-то головокружительном облаке радости, которое расцвело во мне ещё тогда, когда я впервые увидел исключительно хорошенькую брюнетку, которую не видел почти три года.
Я имею в виду, я заранее знал, что Линн будет на барбекю в честь Четвертого июля в Атертоне. Бен время от времени навещал меня во Фримонте все лето. После его сильно травмирующего разрыва с Авророй я знал, что мой приятель страдал, и очень сильно страдал. Я сделал для него все, что мог: выслушал его, если он захотел поговорить, и подержал контроллер Xbox, если он захотел что-то разрушить.
Он использовал контроллер Xbox больше, чем возможность выговориться, но он решал поговорить достаточно часто, чтобы я знал, что он все чаще и чаще направлялся в квартиры Стэнфорда. Он упомянул Линн, и я оживился при воспоминании о красивой брюнетке, так что я знал, что они тусуются.
И потом, конечно, я узнал, когда он перестал навещать меня, потому что он практически переехал в квартиру Линн.
Шли недели, а он продолжал жить с Линн, и я прямо написал: Линн теперь твоя девушка?
Он ответил: Нет. Мы просто друзья.
Я хмыкнул про себя и напечатал в ответ: Я уже слышал это раньше.
Дело в том, что я знал, что Линн и Бен были «парой». Может быть, они не были официальными, но они явно трахались, и я знал варианты действий получше, чем ввязываться во все это. Так что, несмотря на то, что я чувствовал это головокружительное облако радости, расцветающее внутри меня при первом взгляде на нее, я пытался умерить эти чувства, говоря себе: Она занята. Она занята. Она занята.
И более того: она занята БЕНОМ.
Я никогда не мог конкурировать с Беном. Никогда. Этот парень всегда был лучше меня, вот и все. Робин… Гвен… Аврора…
Ким.
А теперь Линн.
Некоторым парням везет.
Но вместо того, чтобы завидовать моему приятелю, я принял его таким, какой он есть. Это на самом деле сделало меня намного более расслабленным рядом с Линн, зная, что она занята. В противном случае я мог бы нервничать из-за заинтересованности в том, чтобы произвести на нее впечатление или что-то в этом роде. Вместо этого я мог расслабиться и просто быть собой. Я мог шутить, рассказывать истории о будущем ApplePhone (может быть, «iPhone»? как iPod?) и вообще хорошо проводить время. Я много смеялся, особенно когда Линн взглянула на меня и с улыбкой пробормотала: «Пекановый пирог…»
Ни Линн, ни ее «не-парень», казалось, не возражали, когда я практически прилип к ней на весь вечер, так как на самом деле никого больше не знал. В смысле, я знал Дайну и Брэнди, но они держались вместе. Большинство остальных, похоже, были стэнфордскими лесбиянками, которые не хотели иметь ничего общего с гетеросексуальным мужчиной из Калифорнии. Я снова был окружен горячими девчонками, которых я не знал, которые смотрели на меня сверху вниз… все, кроме Линн. В каком-то смысле мне казалось, что ничего не изменилось с тех пор, как ПОСЛЕДНИЙ раз я провел вечеринку в комфортной компании Линн.
Но время от времени, подобно комете, вращающейся вокруг Солнца, Бен возвращался после общения со всеми разными людьми на вечеринке и быстро целовал свою «не-девушку» или сжимал её задницу, напоминая мне, что некоторые вещи, конечно, изменились.
  
Вернемся к соревнованию в гляделки. Я потерял счет тому, как долго мы с Линн смотрели друг другу в глаза (не совсем «в», поскольку мы так старались не моргать). Я скривилась, изо всех сил пытаясь удержать веки открытыми.
А потом Линн пощекотала меня.
Нет, серьезно, она протянула руку и пощекотала меня.
Так что, конечно же, я закрыл глаза и оттолкнул ее руки, хихикая, как семилетняя школьница. Но как только я оправился от своего выхолащивающего приступа хихиканья, я в шоке уставился на Линн и завыл: «Ты сжульничала!»
Она закатила глаза. «Пираты».
Я фыркнул и процитировал: «На самом деле важно лишь одно:»
«Что человек может и чего не может» закончила она за меня с ухмылкой.
Я закатила глаза. «Ты либо безумец… Либо гений».
«Это две крайности одной и той же сущности».
Я изогнул брови и перестал цитировать. «Так ты гений или безумец?»
«Немного того и другого? Глаза Линн блеснули». «Я же бесчестна, а от таких, кроме обмана, нечего и ждать. Серьезно. Ты даже не заметишь…»
«когда они сделают какую-нибудь… глупость» закончил я цитату.
А потом я наклонился и поцеловал ее.
Линн ответила на поцелуй, по крайней мере сначала. Но потом она словно вспомнила, что она «невместе» с Беном, пискнула и отстранилась.
Только тогда я понял, что делаю.
А потом я сбежал.
  * * *  
Я не ушел далеко.
«Берт… Берт…» мягко позвала Линн позади меня.
Я добрался до прачечной, и, хотя там не было двери, там было тихо и пусто.
«Прости, прости» пробормотал я, оглядываясь в гостиную, прежде чем нырнуть в прачечную. Казалось, никто не заметил, что я только что поцеловал «не-девушку» Бена. По крайней мере, никто не пялился на нас или что-то в этом роде. Я покраснел и уставился в пол, бормоча: «Бен мой друг, и я ужасный друг из-за этого. Я не знаю, почему я это сделал. Для начала, я даже не должен был флиртовать с тобой».
«Все нормально. Я не злюсь. На самом деле польщена».
Подняв голову, я увидел, что Линн улыбается мне. «Польщена?»
Она ухмыльнулась. «Ты заставил меня три года ждать этого поцелуя».
Я моргнул. «Действительно?»
«Ты не помнишь?»
«О, я прекрасно помню ту ночь три года назад. Я просто…» я одарил ее извиняющимся взглядом. «Я не понимал, что ты хочешь, чтобы я тебя поцеловал».
Симпатичная девушка покраснела и вытянула обе руки вперед, скрестив запястья и переплетя пальцы. Она слегка повернулась взад-вперед, на мгновение глядя куда-то вдаль. «Я хотела…»
Я вздрогнул. «Но я струсил».
«Да…» Линн глубоко вздохнула, пожала плечами и снова посмотрела на меня, скрестив руки на груди. «Я знала, что ты немного застенчив и слишком нервничаешь, чтобы поцеловать меня. На самом деле я чуть не подошла к тебе той ночью, когда мы спали на диванах».
«Почему ты этого не сделала?»
«Ну… я тоже струсила». Линн покраснела. «Кроме того, звуки других людей, дико трахающихся на фоне, были не самой лучшей атмосферой для невинного первого поцелуя, который я хотела».
Я усмехнулся. «Я помню».
«Бьюсь об заклад». Ее румянец усилился. «Не могу поверить, что позволила тебе поймать меня с пальцами в банке с печеньем».
Теперь была моя очередь краснеть.
«Думаю, это было к лучшему» продолжила она. «Мы не знали друг друга и пытались наладить отношения по разные стороны залива… Мы оба были первокурсниками, которым нужно было начать все сначала в наших колледжах. Этого не должно было случиться».
«Мне жаль».
«Не надо».
«А теперь ты с Беном.
Линн вздрогнула. «Бен и я… Мы…»
«Ты не можешь сказать мне, что вы «просто друзья».
«Мы…» Линн поморщилась, когда ее голос оборвался. Она на мгновение закрыла глаза и вздохнула, прежде чем тихо процитировать: «Все будут любить меня и отчаются». [1]