An ordinary sex life

Но Робин не сбавляла оборотов. Она ускорилась, сосала сильнее и сильнее. Я ненадолго попытался удержать ее голову неподвижной, но по мере того, как удовольствие нарастало, я вместо этого обнаружил, что толкаю ее голову вниз, удерживая ее на месте, после чего я толкнулся вверх и вздохнул с невероятным облегчением.
Залп за залпом обжигающе горячей спермы вырывались из кончика моего члена, заливая рот моей подруги. Она вздрогнула от первого выстрела, но опустила голову и рефлекторно сглотнула. Я толкался три раза, каждый из которых сопровождался новой порцией спермы, пока, наконец, я не выдохся и не рухнул на спину.
Робин осталась склонённой над моими коленями, прихлёбывая остатки. Закончив, она поправила очки на переносице и ухмыльнулась мне. «Нравится?»
«Святое дерьмо» прохрипел я. «Это было невероятно. Я думаю, что люблю тебя!»
Робин хихикнула. «Да, примерно так я думала, что заставлю тебя таким образом сказать слово на букву «Л».
«Ты хочешь, чтобы я повторил это снова? Я тебя люблю! Я тебя люблю! Я тебя люблю!»
Робин снова хихикнула. «Я думаю, ты просто хочешь, чтобы я делала тебе больше минетов».
«Да, пожалуйста!»
Моя хорошенькая подружка в костюме Белоснежки забралась на кровать и склонилась надо мной. «Вот в чем сделка: ты заставишь меня кончить? Я заставлю тебя кончить».
«Абсолютно. Договорились. Только…» Мой голос оборвался, когда я скривился. «Э-э… я не совсем уверен, как заставить тебя кончить».
Робин хихикнула, откинулась на спинку кровати и начала стягивать трусики. «Хорошо. Я научу тебя».
Я взволнованно ухмыльнулся, когда моя очаровательно милая (а теперь и полуголая) подружка растянулась передо мной. Я был заряжен адреналином и неконтролируемыми гормонами, и да, мои импровизированные восклицания: «Я люблю тебя! Я тебя люблю!» были, вероятно, рождены головокружительной эякуляцией.
И все же я знал, что мои чувства к этой очень хорошенькой, очень милой молодой женщине проистекают из гораздо большего, чем просто эякуляция. Я знал, что полюблю Робин. Я знал, что она вот-вот станет первой девушкой, в которую я когда-либо влюбился.
Может быть… только может быть… она может быть даже последней.
И с приливом энергии при мысли о том, что я мог бы по-настоящему влюбиться в первый раз, и с уверенностью в том, что она может влюбиться в меня, я сразу же нырнул между её ног.
Прим. пер:</i> <i>https://www.youtube.com/watch?v=4F4qzPbcFiA&ab_channel=EricGeller Прим. пер: в оригинальном тексте реплик про очки нет, видимо добавлены в интерлюдии для завершения образа.
 Интерлюдия. Берт. Глава 3. Свинг игра. 
 — ДЕКАБРЬ 2003, ВТОРОЙ КУРС - 
«Вы уверены, что вы двое хотите это сделать?» серьезно спросила Аврора, переводя взгляд с меня на мою девушку и обратно. «Ничто уже не будет прежним».
В том-то и дело, сразу подумал я, сжимая руку Робин. Робин была той, кто нашла игру свингеров в каком-то магазине на Телеграфе, и когда она принесла ее мне и Гвен с идеей поиграть с нашими друзьями, я, надо признать, сразу же был заинтригован.
Я многим обязан Робин. Она была моей первой любовницей и многому меня научила. Она была отличной девушкой, без вопросов: верная, ласковая, милая, но я не мог сказать, что мы были влюблены друг в друга. Она даже никогда не говорила мне слов «я люблю тебя». Скорее, мы нашли комфортное общение и постоянный источник физического удовольствия. Находясь в одном кругу друзей, было важно, чтобы мы ладили друг с другом, что мы и сделали. У нас был похожий темперамент, мы часто ссорились, но потом одинаково стремились помириться, и в спальне мы были более или менее совместимы.
И мы попали в колею. Мы были вместе уже больше года, и хотя наши отношения всегда были прекрасными, мы никогда не достигали высот романтической страсти, которая заставляла поэтов плакать или что-то в этом роде.
С самого начала я хотел верить, что наша любовь перерастет в бессмертную преданность и привязанность, которые поставят нас на путь к «жили долго и счастливо». Я хотел верить, что наша первоначальная страсть друг к другу может вырасти и созреть, превратиться в связь на всю жизнь, которая будет длиться вечность.
  
Но это не так. Оглядываясь назад, я задавался вопросом, не были ли мы вместе по неправильным причинам. Я задумался, а не стали ли мы встречаться именно потому… ну… потому что мы оба носили очки.
Ладно, это метафора. Мы с Робин не встречались, потому что буквально оба носили очки. Но так же, как и все эти подростковые романтические комедии, эти очки были метафорой того, чтобы быть… невзрачными. Гвен заметила это с самого начала: по сравнению с Беном, Райаном, Адриенной, Авророй и Гвен мы с Робин были гадкими утятами в компании. Разве не логично, что наименее эмпирически привлекательные участники оказываются вместе? КОНЕЧНО, невзрачная Робин в конечном итоге окажется с чокнутым Бертом. Я никогда не мог мечтать о том, чтобы заполучить пышногрудую секс-шлюху, как Адриенна, Аврора или Гвен, так что я мог бы также нацелиться на кого-то… достижимого… как Робин, и наоборот, верно?
Не поймите меня неправильно, Робин мне искренне нравилась с самого начала, и я нравился ей: в этом не было никаких сомнений. Но в какой степени мы двое решили, что у нас нет шансов найти кого-нибудь… более горячего?
Робин призналась мне в своем похотливом влечении к другим парням из нашей группы. Проведя полтора года на орбите Бена, я знал, что она затаила некоторое любопытство по поводу того, что делало его «таааким чертовски особенным» (это была фраза, которую она не раз произносила вслух). Кроме того, я знал, что она считала Райана хорошо сложенным образцом мужественности.
И, если быть до конца честным, я был бы не против заняться сексом с такими великолепными девушками, как Аврора, Адриенна или Гвен. Я имею в виду… давайте же…
Крутя в голове эту идею, я поймал себя на том, что смотрю на Аврору, представляя ее без одежды, и я с восторгом вздохнул в ответ на ее вопрос о том, уверены ли мы, что хотим это сделать: «Да…»
На самом деле Робин была ещё более взволнована, чем я. Она уставилась на Бена и Райана с нескрываемым вожделением, кивнув и с явным волнением заявила: «О, да».
Однако Бен, по-видимому, понятия не имел, что происходит. Неудивительно, потому что (А) девушки, казалось, получали извращенное удовольствие, держа его в неведении относительно таких вещей, и (Б) иногда он мог быть таким же тупым, как бетонный кирпич.
В конце концов, девушки уговорили его согласиться с игрой, и следующее, что я помню, это то, что мы шестеро собрались в пары, Бен и Гвен стали парой для начала.
Игра началась банально: поцеловаться с напарником одну минуту, снять большую часть одежды и все в таком духе. Но затем пришло время раскрутить «колесо свингеров», которое заставило нас всех поменяться партнерами.
И меня переключило на Аврору.
Сейчас я уже ясно дал понять, что предпочитаю симпатичных, стройных, темноволосых девушек — называйте это стереотипом взросления в азиатской семье или как хотите. Но это не означало, что я не мог оценить грубую сексуальную привлекательность грудастой красавицы-блондинки, и Аврора определенно соответствовала всем трем этим дескрипторам. Она была высокой, изысканной, и я был бы наглым лжецом, если бы попытался заявить, что никогда не мечтал о том, чтобы трахнуть ее. Я имею в виду, да, я всегда думал, что эта идея была абсолютно несбыточной мечтой — не в последнюю очередь потому, что она была девушкой Райана и лучшим другом Бена — но это не означало, что я не мог мечтать. И когда Робин впервые сделала предложение, чтобы мы на самом деле сыграли в игру, как бы я страстно ни желал Гвен, именно идея получить возможность быть с Авророй заставила меня сказать «да».
Признаюсь, я немного переусердствовал, когда у меня появился первый шанс поцеловаться с ней. Я не мог удержаться от попытки добраться до её сисек, и ей пришлось уклониться от меня, как старшекласснице на первом свидании. Я долго извинялся и изо всех сил пытался успокоиться, но это было нелегко. Аврора было чертовски горячей. Когда одна из карточек сказала ей ласкать мою промежность, я чуть не кончил.