An ordinary sex life

«Девушкам нравится Адриенна». Линн оглядела комнату. Мы сидели вдвоем, но поодиночке, и вокруг нас слонялись и другие. Она неопределенно махнула через комнату. «Девушкам нравится это».
«Конечно». Я не стал осматривать комнату. Я сосредоточил свое внимание на Линн. «Но лично мне всегда нравились… ну… девушки, похожие на тебя».
Глаза Линн заблестели, и она придвинулась ко мне немного ближе. «Хорошо знать». Ее губы были слегка приоткрыты, и я мог видеть явный интерес ко мне, мерцающий в ее больших карих глазах.
Так что я сделал то же самое, что и всегда в таких ситуациях.
Я застыл.
«Я… эээ…» Я уставился на свой пустой стакан. Я допил пятнадцать минут назад, но не хотел вставать и отходить от Линн. До сих пор. «Знаешь что? Я собираюсь налить выпить».
Линн выглядела сбитой с толку, когда я встал, неловко посмотрел на нее, а затем повернулся, чтобы пройти на кухню.
 Идиот! Идиот! Идиот! Какого черта я сделал ЭТО??! 
Всё тот же старый я.
****
Вечеринка становилась тем более безумной, чем дольше она продолжалась. В итоге девушки лежали поперек обеденного стола, а люди пили шоты с их животов. Девушки целовались друг с другом, а все вокруг кричали и приветствовали. Дайна действительно поразила всю толпу и заставила танцевать свои большие сиськи. А один из парней постарше дрочил не снимая штанов.
Все это было самым диким опытом моей защищенной юной жизни, и я пришел к этому осознанию даже ДО того, как девушки начали устраивать конкурсы по выпиванию пива, где проигравшая должна была показать сиськи всей комнате.
«Разве это не безумие?» тихо спросила меня Линн, в то время как мускулистая девушка по имени Трейси натянула рубашку над своими большими сиськами, бросающими вызов гравитации, и начала прыгать по комнате.
«Это безумие» согласился я, мой рот приоткрылся, а глаза были большими, как блюдца.
Несмотря на то, что я раньше возился со всем этим разговором о том, что «ты такая же идеальная», Линн, похоже, не хотела использовать его против меня. Как одинокая студентка Стэнфорда в комнате, она на самом деле не знала никого, кроме Бена и Адриенны. Но Адриенна была социальной бабочкой, которая любила привлекать внимание как можно большего числа людей. Аврора тусовалась со своими школьными друзьями Гвен и Робин. И старшекурсники явно тусовались друг с другом. Итак, Линн и я нашли вместе удобные дружеские отношения.
Линн провела ночь в приятном подпитии, и я знал, что я лёгкий, поэтому старался не слишком налегать на выпивку. Алкоголь успокоил нас обоих, так что в итоге мы стали намного больше говорить о себе и задавать друг другу вопросы, хотя вполне возможно, что мы никогда больше не увидимся.
На самом деле, эта часть меня расстраивала. Линн была очень мила, она мне ДЕЙСТВИТЕЛЬНО нравилась, и я ДЕЙСТВИТЕЛЬНО захотел, чтобы она чаще бывала в Беркли или где-то ещё, чтобы я мог проводить с ней больше времени. Я знал, что нашел родственную душу, чем больше мы говорили о чувстве невидимости среди более популярных «красивых людей», особенно среди всех красивых людей, которые становились все более пьяными и дикими с течением ночи. И чем больше выходила из-под контроля вечеринка, тем больше мы ОБА чувствовали, что на самом деле нам здесь не место.
Не то чтобы мы собирались УЕХАТЬ или что-то в этом роде. Скорее, мы наблюдали за сценой издалека, как если бы мы были отделены от действия телеэкраном. Все это происходило с ЭТИМИ людьми, а не с нами, по крайней мере, до тех пор, пока ЭТИ люди не прыгнули прямо на нас.
Сделав «победный» круг по комнате с поднятой рубашкой и торчащими грудями, Трейси сделала еще один круг, чтобы немного приблизиться к своей аудитории. Пьяная и счастливая студентка увидела меня и Линн, торчащих на краю толпы, и подскочила прямо к нам.
И я имею в виду ПРЯМО к нам.
В один момент она была в двадцати футах от нас. В мгновение ока Трейси подпрыгнула прямо к Линн, схватила голову брюнетки руками и фактически прижала лицо молодой девушки к своему декольте.
  
Линн удивленно пискнула и инстинктивно схватила меня за руку. Все было кончено в одно мгновение, и едва мы снова успели моргнуть, Трейси отскочила, чтобы терроризировать кого-то еще своими сиськами. Но Линн не отпускала мою руку.
Я не мог вспомнить, когда в последний раз девушка держала меня за руку. Может быть, мое последнее катастрофическое свидание с Синтией Карран семь месяцев назад? Как бы давно это не было, это определенно было приятно, и я успокаивающе сжал руку Линн.
Линн повернулась и взглянула на меня, покрасневшего от адреналина после импровизированной «атаки» Трейси. Она не отпустила мою руку, держась за нее, глядя на меня с благодарностью. И на самый короткий миг я почувствовал невероятное желание поцеловать ее.
Судя по тому, как она слегка наклонилась ко мне, у меня сложилось впечатление, что у нее было такое же желание.
Но я струсил. Я был в восторге и почти наверняка не думал прямо. Я был уверен, что воображаю разные вещи и что эта очень, очень красивая девушка, с которой я познакомился только несколько часов назад, не могла почувствовать хоть какое-то желание поцеловать меня. Я опустил ее руку и повернулся лицом вперед, мои уши от смущения покраснели.
Линн ничего не сказала, и она не пыталась вернуть мою руку. Я глубоко вздохнул, она глубоко вздохнула, и когда я, наконец, снова взглянул на нее, момент прошел.
Ложный сигнал.
****
Мы с Линн ночью рухнули на диваны в гостиной. Я помню, как лежал под одеялом, положив голову на одну из декоративных подушек, и смотрел через журнальный столик на Линн, расположившуюся на другом диване всего в нескольких футах от меня. Она застенчиво улыбнулась мне, пожелала спокойной ночи, и я заснул, вспоминая ее красивое лицо.
Однако никто из нас не выспался. Звукоизоляция в доме была не очень хорошей, поэтому я проснулся от звуков Дайны, оргазмически кричащей наверху во все горло. Вскоре после этого я услышал, как Бен кричит: «КОНЧИ, СУКА, КОНЧИ!» и «Возьми мой член в свою задницу!»
Когда я взглянул на Линн, я обнаружил, что она не спит и тоже слушает.
На самом деле, она не только слушала.
Ее взгляд был не сфокусирован на спальне Бена. Сначала это было неочевидно по её лицу, но потом я заметил, как ее одеяло шевелилось вокруг ее живота.
Она не… не может же?
Она могла. Секунду спустя я понял, что Линн натирала бусину под сексуальные крики экстаза, исходящие из спален. Она пыталась быть относительно сдержанной, но она еще не посмотрела в мою сторону и понятия не имела, что я проснулся. Поэтому я закрыл глаза до щелок и старался не быть очевидным. Черт, я хотел начать гладить свой собственный ствол, но я знал, что мне никак не сойдет с рук, если она заметит меня. И я знал, что если бы она меня заметит, она обязательно прекратит мастурбацию.
Поэтому я притворился спящим и завороженно смотрел на нее. Теперь, когда я обратил внимание, я заметил, как ее щеки опускаются, когда она стискивает зубы. Я заметил, как ее глаза сжимаются, когда ее удовольствие нарастает. Ее губы приоткрылись, и она задохнулась от эротического экстаза. Но через секунду она сжала зубы, одновременно зажмурив глаза, почти болезненно напрягаясь, пытаясь сдержать свои оргазмические крики.
В конце концов, Линн просто тихонько пискнула. Однако все ее тело вздрогнуло — это было невозможно остановить. Она корчилась и извивалась, отчаянно стараясь не шуметь. И по сей день вид этого одеяла, извивающегося на кушетке, и звуки ее приглушенного хныканья неизгладимо врезались в мои постоянные банки памяти.
В тот вечер я видел много плоти — выставленных на обозрение больших круглых сисек, куда больше, чем я когда-либо видел за всю свою жизнь до этой вечеринки, которая ощущалась так, будто была в одном шаге от превращения в оргию.
Но больше всего я запомнил маленькую Линн — ее полностью одетое тело, спрятанное под одеялом, с запрокинутой головой и сжатыми челюстями, когда она отважно пыталась проглотить ощущения от самоудовлетворения. Это был момент, застывший в памяти: пик сексуальной красоты в том, как я её когда-либо видел.