An ordinary sex life

В некоторые дни я был сверху. Иногда она была сверху. Иногда мы не трахались, и она просто сосала мне до финала. Иногда мы несколько раз меняли позу, прежде чем я кончал. Сегодня был один из моих ленивых дней, и я был доволен тем, что лежал на спине, глядя на красотку-блондинку, толкающуюся своим обнаженным телом вверх и вниз по моему пульсирующему члену. Я немного погладил ее грудь, но в основном позволял ей ездить на мне. И когда она начала приближаться к своему собственному оргазму, она наклонилась вперед, чтобы схватиться за изголовье кровати и по-настоящему начала скакать на моём члене, в то время как я лениво теребил ее клитор.
«Угх, угх, угх, УГГГГХХХ!!!» Закрыв глаза, Аврора подалась вперед, выгнув спину, когда она запрокинула голову, чтобы простонать в своем кульминационном моменте. Внутри ее киски я почувствовал спазм ее внутренних стенок вокруг моего ствола. Но этого было недостаточно, чтобы заставить меня кончить с ней. Примерно через минуту ее влагалище разжалось, и ее тело обвисло на меня, а она пыталась отдышаться. И когда она поняла, что у меня не было эякуляции, она посмотрела на меня, изогнув бровь, и молча спросила, не хочу ли я перевернуть ее и закончить.
Но я ухмыльнулся дерьмовой ухмылкой, разводя руки в стороны и лениво позволяя себе расслабиться. Мой ответ был ясен: я хотел, чтобы она меня довела до оргазма. И, усмехнувшись с грустной ухмылкой, мой Рассвет начала делать именно это.
Ее предыдущий трах был предназначен для максимизации ее собственного удовольствия, но теперь она трахала меня ради меня. Пот стекал с кончика ее носа и залил мою обнаженную грудь, когда она закусила губу и сосредоточилась на мастурбации моего члена своей пиздой. Она раскачивала свое тело вверх и вниз, напрягая мышцы ног и пресса. И через пару минут она заставила меня задыхаться и стонать под ней.
«Собираюсь кончить» проворчал я, предупреждая, когда почувствовал, что мои яйца закипели. Иногда по утрам она позволяла мне кончить в ее пизду. Иногда по утрам она хотела распылить моё семя по всему лицу. А иногда по утрам, как сегодня, она хотела проглотить.
Аврора быстро слезла с меня и соскользнула с кровати, ее левая рука опиралась на матрац, а правая сжала мою удочку в кулаке и быстро накачивала ее. Мои стоны становились все громче и громче, вплоть до того момента, пока я не почувствовал, как горячая лава поднимается по моей шахте и вырывается в воздух. Она ждала с открытым ртом и быстро прижалась лицом к моей головке члена, чтобы глотать каждую порцию сочной спермы. То, что она не проглотила, она держала во рту, так что, когда я закончил, и она оторвалась от моего члена с ухмылкой, то смогла раскрыть рот и показать мне сливочную сперму, которая все еще была на ее языке.
«Ммм…» мой лучший друг радостно напевала, ее радужки блестели в утреннем свете. А потом она наклонилась, чтобы чмокнуть меня в губы.
«Доброе утро, Ави» тепло сказал я, пытаясь тоном выразить эмоции из глубины моего сердца.
«И тебе доброе утро».
  * * *  
 7:15 
«Скажи «Привет, папа» подбодрила Ким маленького BJ, указывая на меня, когда я спустился вниз. Двое из них сидели на полу в нашей гостиной, играя с парой кубиков на батарейках, с половинками разных животных на каждой из шести сторон.
BJ посмотрел на меня, ухмыльнулся своей четырехзубой ухмылкой и пустил слюни, пробормотав: «Па-па».
Я потянулся и взъерошил его волосы. «Это мой мальчик».
BJ улыбнулся моему прикосновению и вернулся к кубикам. Спустя всего пару секунд он повернул их так, чтобы передняя половина мультяшной коровы выровнялась с задней половиной той же коровы на другом кубе. И после того, как он сложил два кубика вместе, динамик послушно воспроизвел ему звук «Му… му…».
«Кова…» — гордо объявил мой 16-месячный сын. «Му, кова!»
Я усмехнулся Ким. «Он это запомнил».
Ким улыбнулась мне в ответ, приподняв брови. «Ты голоден?»
Я отмахнулся от нее, сказав: «Я приготовлю», и направился на кухню.
Уже одетый в рабочую одежду, я был осторожен, чтобы не пролить и не брызнуть что-либо на себя, пока готовил четыре яйца и жарил замороженные картофельные оладьи. Я нарезал авокадо и поставил две тарелки с апельсиновым соком на обеденный стол к тому времени, когда Ави спустилась по лестнице в одежде для учёбы, с прической и макияжем.
  
Мы двое начали есть, а пять минут спустя Джун присоединилась к нам с миской овсянки с небольшим количеством фруктов. Раньше я предлагал приготовить ей завтрак, так как все равно готовил на кухне, но это было месяц назад. За последние несколько недель я научился не беспокоиться. Она знала, что хочет есть каждое утро, и ей не нужно было чтобы это готовил я или кто-либо ещё.
Тем не менее, глядя на лицо Джун без макияжа, на ее волосы, собранные в строгий пучок, и на небрежный деловой костюм, который она носила, я улыбнулся, вспомнив, как далеко она продвинулась за то время, когда я ее знал. Джун по-прежнему оставалась Джун, и я не должен был пытаться ее изменить. Но, несмотря на внешний вид, который она продолжала носить в офисе, я знал, что наедине она начала развивать собственное чувство стиля, стала ценить тонкости прически и макияжа и даже (с придыханием) заказывала что-нибудь ДРУГОЕ, нежели салат «Цезарь», когда мы ходили куда-нибудь пообедать.
Аврора начала заигрывать со мной под столом, что немного отвлекло меня от завтрака. Через несколько минут Ави начала хихикать и искоса взглянула на Джун. Мне потребовалась минута, чтобы осознать, что Аврора на самом деле перестала играть со мной, и мне пришлось нырнуть под стол, чтобы собственными глазами убедиться, что Джун вместо этого начала играть со мной, при этом сохранявшая свой непостижимый покерфейс Джун, доедающая оставшуюся овсянку. Только когда я снова сел прямо и засмеялся, хорошенькая китаянка улыбнулась мне.
В конце концов, Джун проверила время и сказала, что нам лучше пойти на станцию ​​BART. Я кивнул, проглотив еду, все еще находящуюся у меня во рту, и с сожалением посмотрел на последнюю ложку жидкого яичного желтка, авокадо и картофельных оладий, которые оставил после себя. Закинув ремень сумки для ноутбука через плечо, я встал и указал на тарелку Авроре. «Ты можешь…?»
Аврора кивнула, встав с нами. «Я приберусь».
«Спасибо». Я сморщился для поцелуя.
«Ммм-а! Пока, детка». Аврора похлопала меня по заднице, блеск в ее глазах означал невысказанное «Я люблю тебя».
Я улыбнулся в ответ, передавая то же самое и глазами.
На мгновение казалось, что она хотела сказать эти слова вслух. Но, прежде чем это случилось, она отвела взгляд на мою тарелку и, зачерпнув еще кусок яиц, авокадо и картофельных оладий, направила ложку мне в рот.
Я усмехнулся и открыл рот, чтобы Аврора покормила меня. Затем, повернувшись к Джун, я спросил: «Пошли?»
С набитым ртом это вышло: «Шухви?»
Джун хихикнула и ткнула меня в выпуклую щеку, но мне удалось держать рот на замке, чтобы ничего не вышло наружу. С ухмылкой она кивнула и ответила: «Пойдем».
  * * *  
 9:58 
Мои пальцы летали по клавиатуре, быстро набирая формулы и вычисляя переменные процентные ставки на лету. Я был в зоне, и вокруг меня ничего не существовало, кроме пустой тьмы, за исключением плоского монитора перед моим лицом и клавиш под моими пальцами.
Нежелательное прикосновение вторглось в мою вселенную, раздражение на моем левом плече, которое я отбросил и оставил позади себя, продолжая печатать.
Непрошенное прикосновение вернулось, сопровождаемое неприятным звуком. Прикосновение я снова проигнорировал, но звук несколько раз отскочил от внутренней части моего черепа, рикошетя взад и вперед, пока случайно не отразился в той части моего мозга, которая действительно расшифровывала слуховой импульс в речь. И после задержки в несколько секунд перевод распространился перед моим взором, словно на дисплее.
«Бен… Бен…»
Неприятное прикосновение к моему плечу стало сильнее, и на этот раз я узнал в нем чью-то руку. Моя зона вокруг клавиатуры была нарушена, и мир вокруг меня внезапно появился из ранее пустой тьмы. Раздраженный, я вздохнул и посмотрел на своего незваного гостя с жалобой на кончике языка. Но я проглотил жалобу, когда понял, что это Джун стоит у меня в кабинке и трясет меня за плечо.