An ordinary sex life

Но я повторил, что не хочу снова терять ее, и она пообещала мне, что не покинет лагерь раньше, несмотря ни на что, и притянула мое лицо к себе для еще одного поцелуя. Один поцелуй превратился в два, два — в три, и к тому времени, когда я почувствовал вулканический взрыв страсти и эмоций, заполнивший мой мозг, мой член снова был твёрд, как скала, и я снова двигался у неё внутри.
Второй раз преждевременной эякуляции не будет. Я довел ее до первого оргазма, а затем мы остановились, чтобы снять с нее юбку и нижнее белье, даже не потрудившись снять обувь. Через некоторое время Аврора перевернула нас и села, чтобы встать и опереться на мой флагшток, в то время как я провел руками по ее грудной клетке под ее рубашкой и, наконец, под ее бюстгальтером. Она стянула рубашку чере голову и потянулась назад, чтобы расстегнуть застежку, в то время как я ласкал ее сиськи и щипал соски. Когда она была полностью обнажена, за исключением теннисных туфель и носков, она просунула руки под мою рубашку, чтобы сжать мои грудные мышцы и растереть мой пресс, позволяя своей голове мотаться влево и вправо, пока она доводила себя до невероятного оргазма, подпитываемого осознанием того, что это был МОЙ член на глубине восьми дюймов внутри нее.
Я прижал ее к своей груди и поцеловал ее разинутый рот, в то время как она кричала во время оргазма, напрягая свою задницу и прижимая клитор к моей вращающейся тазовой кости, чтобы получить максимальное удовольствие. Когда она закончила, я вытащил и наконец снял шорты с лодыжек, а также сорвал рубашку через голову. На мне тоже все еще были туфли, я положил их поверх одеяла для пикника, перекатил ее на четвереньки и присел над ее телом, чтобы погрузиться в ее влагалище сзади.
Аврора охнула и застонала, пока я быстро накачивал ее киску, словно вышедший из-под контроля нефтяной насос. Прижавшись лицом к одеялу для пикника, она гортанно крякала каждый раз, когда мой таз ударялся о ее задницу. И после того, как она выкрикнула еще один оргазм, я наклонился и схватил ее за бедра, чтобы поднять ее тело и трахнуть ее тачкой, чтобы мой член еще глубже погружался ей в пизду.
Подпитываемый похотливым адреналином, я долбил ее, как сумасшедший, не заботясь о моих пылающих предплечьях, пока, наконец, не почувствовал, что мои яйца сжались. Скрутив её ноги, я опрокинул Аврору на спину и упал ей на грудь, схватившись за края ее сисек и обхватив ими свой пульсирующий, толкающий ствол. В бреду от удовольствия Аврора открыла рот и вслух предложила мне протолкнуть восхитительный член ей в глотку и наполнить ее живот моим семенем. Итак, как только я насытился траханьем ее сисек, я сделал именно это, двинувшись вперед и схватив ее голову за уши, чтобы трахнуть это красивое личико, прежде чем дать второй заряд ей в глотку достаточно сильно и достаточно долго, чтобы она начала давиться на моём члене.
Слезы, текущие по щеке Авроры, были слезами счастья, когда я наконец вытащил свой член из ее рта. Я перекатился на спину и развел усталые руки, но она еще не закончила со мной. Она покатилась за мной и засосала мой член обратно в рот, вытягивая каждую последнюю каплю спермы из моих каналов и не останавливаясь, пока я не затвердел и не был готов к работе еще раз.
Аврора снова оседлала меня, выполняя всю работу, пока я расслаблялся и держал ее задницу в руках. Как только у меня перехватило дыхание, она подняла мои руки и снова положила мои ладони на свою большую грудь. Никаких слов не было произнесено, и в них не было необходимости. Секс никогда не был нашей проблемой, и с тех пор я инстинктивно знал каждое движение, которое она хотела, чтобы я сделал. Я пощекотал ее триггерные места, массировал ее молочные железы и зажужжал пальцами через расщелину ее ягодиц. Я дернул ее грудь вниз, чтобы укусить ее за шею, и просунул средний палец через ее сфинктер в момент ее следующего оргазма, и я перевернул нас, чтобы я мог протяжно трахать ее во время ее оргазмических спазмов.
Когда она закончила, я поднял ее ноги на плечи и скрутил ее тело, чтобы снова засунуть средний палец ей в зад. Я повернул бедра, чтобы прижать свою тазовую кость к ее клитору, и обвёл своим членом стенки её влагалища. Я засунул язык ей в горло и довел ее до кричащего оргазма с моим оральным придатком[2], все еще находящимся у нее во рту. И когда она спустилась, я схватил ее за лодыжки и прижал их до упора, так что ее пальцы ног коснулись одеяла для пикника за ее головой, в то время как я трахал ее влагалище изо всех сил.
  
Аврора заплакала счастливыми слезами, когда почувствовала, как в ней нарастает последний оргазм, и она ворковала, чтобы я кончил в нее снова, разводя ее ноги в стороны. Моя Рассвет поцеловала меня со страстной нежностью, обнимая мою голову руками, повторяя снова и снова: «Я люблю тебя… Я люблю тебя… Я всегда буду любить тебя…»
Я не забыл, что меня ждали три подруги, ребенок, его мама и старшая сестра. Я не забыл, что то, что мы с Авророй делали, будет сочтено изменой для тех, кто мне дорог. Я всегда знал, что мои действия будут иметь последствия, и хотя я не мог сказать, что думал об этих последствиях каждый раз, когда делал что-то серьезное, на этот раз я не забыл о них.
Сердце хочет того, чего хочет сердце. Ее сердце хотело меня. Мое сердце хотело ее. В конце концов, это было все, что действительно имело значение. Последствия будут, какими бы они ни были. Больше не было неуверенности в том, произойдет ли ЭТО или нет. Это случилось. Что сделано, то сделано. И Аврора, и я столкнемся с этими последствиями вместе, что бы ни случилось.
 Не бойся. 
Не было страха, только принятие. Жизнь, такая, какой я её знал, закончилась. Счастливый статус-кво моей жизни с тремя подругами, одним ребенком, одной мамой этого ребёнка и одной старшей сестрой вот-вот изменится. Но это нормально. Все меняется. Ничто никогда не остается статус-кво.
И вот я кончил.
И Аврора кончила со мной.
Вместе.
Я сделал рывок вперед в последний раз, проворчав оргазм в ухо Авроры, когда литр спермы потек из меня в ее сосущую киску. Она впилась пятками в мою обнаженную задницу, крепче обвив руками мою спину, чтобы втянуть меня глубже, когда она почувствовала, как сперма вытекает из моего тела и обрушивается на ее внутренности, как волны, набегающие на пляж. Первая волна начала отступать только для того, чтобы встретить выход второй, и наши тела содрогнулись и согнулись, когда я закончил наполнять ее своей спермой.
И когда мой член выплюнул последние несколько капель спермы в самые глубокие уголки ее утробы, она прошептала мне прямо на ухо: «Я твой Рассвет. Навсегда».
Примечание к части Конец главы.
И вот сейчас, на этом моменте, не зная, что будет дальше — делайте ваши ставки, что произойдёт в следующей главе? Скажу сразу, лично для меня, после того, что было тут — произошедшее было максимально неожиданным.
прим. пер: Я не могу представить более тупого поступка, чем ставить ультиматумы, особенно в таком контексте. По-моему это называется «стрелять себе в ногу»
прим. пер: это звучит странно, но прям оригинал
 Книга 6. Глава 7. Не бойся. Часть 1. 
 — ПОНЕДЕЛЬНИК, 9 ИЮЛЯ 2007 - 
Возможно, я не боялся последствий наших действий, но Аврора не была такой храброй. Та же самая тревога, которая сначала привела к ее решению покинуть лагерь пораньше, снова поднялась в ней, и она задалась вопросом, не лучше ли нам скрыть свои действия и притвориться, будто их никогда не было, по крайней мере, до тех пор, пока мы не сможем выяснить, что делать.
«Я не могу скрыть что-то подобное, когда общение и честность являются столпами моих отношений с девушками» объяснил я ей.
«Я почти уверена, что отказ от секса с ЕДИНСТВЕННОЙ женщиной, которую они сказали тебе не трахать, также будет основой твоих отношений. Может, будет лучше, если я все-таки уеду из лагеря и вернусь домой. Следующие пять дней будут достаточно неудобными».
Я приподняла бровь. «Убегаешь от грядущей дерьмовой бури?»