An ordinary sex life

«ХН-НГХ!» — Я проворчал, выпустив вторую порцию.
«ХН-НГХ!» — Я снова хмыкнул.
«Хм-мнг-г-гх-х-х…» Я проворчал еще раз, сжимая пресс и выдавливая всё, что мог, прежде чем позволить своему телу расслабиться и снова упасть на сиденье.
Адриенна перестала кричать, поэтому я убрать левую руку от ее рта и засунул обе руки под ее свитер, чтобы я мог ощутить ладонями обе груди кожа к коже. Сжимая ее молочные железы просто для удовольствия, я вздохнул и расслабился в собственном посторгазмическом блаженстве. И я улыбнулся, когда она наконец перевела дыхание настолько, что повернулась и посмотрела на меня.
«Черт возьми, это было круто…» — пробормотала она. «Что на тебя нашло в конце концов?»
«Ты вдохновила меня», — ответил я с ухмылкой.
«Я люблю тебя, Тигр».
«Я тоже люблю тебя, моя Тигрица».
Адриенна хихикнула. «Ты второй раз так меня назвал».
«Не нравится?»
«Нет, нет. Мне это нравится. Заставляет меня чувствовать себя… как будто я твоя». Она вздохнула и прислонилась к моей груди, позволяя своей голове свисать с моего плеча.
От теплоты ее голоса я крепко сжал ее. Но потом я подумал обо всех разговорах, которые у нас были за эти годы, о важности того, чтобы Адриенна сохраняла свою независимость, а я никогда не пытался связать ее, особенно после почти катастрофы, когда я дал ей кольцо обещания, которое она в настоящее время носит на безымянном пальце правой руки. Поэтому я быстро отпустил ее, глубоко вздохнул и пробормотал извиняющимся тоном: «Знаешь, я никогда не хочу, чтобы ты так себя чувствовал. Ты не «моя», ты не собственность. Ты даже не моя девушка, и у тебя нет никаких обязательств передо мной. Я буду любить тебя вечно, но я не пытаюсь держать тебя в клетке».
Сев прямо и сжимая свою задницу вокруг моего все еще погружённого члена, Адриенна повернулась с легким покачиванием головы и теплой улыбкой, которая говорила, что я не понимаю. Поцеловав меня снова, она отстранилась, прижалась ко мне лбом и пробормотала: «Мне нравится чувствовать, что я «твоя». Потому что я уже принадлежу тебе. Навечно и навсегда, Тигр. Навечно и навсегда».
Примечание к части high mile club — неофициальный клуб тех, кто занимался сексом в летящем самолёте. Клуб Высокой Мили — лучший вариант, на который я сподобился.
 Интерлюдия. Нью-Йорк. Глава 2. Манхэттен. Часть 1. 
 — ПЯТНИЦА, 16 ИЮНЯ 2006– 
Я почувствовал, как что-то пощекотало мне яйца, и, вздрогнув, проснулся.
«М-м-м-м!» — кто-то застонал, и, когда я сел, я понял, что просто засунул свой член на дюйм в горло девушки. Она восприняла это без паники, слегка давясь и держа голову опущенной, тяжело дыша через нос, пока я не отстранился. А потом она продолжила ритмично качать мой ствол руками и посасывать головку, как будто я никогда ее не перебивал.
Мои глаза на короткую секунду задрожали, и у меня было достаточно времени, чтобы увидеть, как золотистая светловолосая голова покачивается у меня в коленях, прежде чем мои тяжелые веки закрылись. Первой мыслью в голове было изображение лица молодой женщины, удивительно красивого. У нее были золотисто-карие глаза, а улыбка была такой безупречной, что мне захотелось влюбиться в нее с первого взгляда. И в каком-то смысле я это сделал.
Конечно, «первый взгляд» был, когда мы были десятилетними детьми, выросшими на одной улице в округе Ориндж. Я не влюбился в нее, не тогда. Но как только я начал отращивать волосы на яйцах и начал понимать, что мальчики и девочки действительно отличаются удивительным возбуждающим образом, что ж, было бы справедливо сказать, что она была первой девушкой, которую я когда-либо хотел трахнуть.
Она была соседкой, самой горячей девочкой в ​​школе и старшей девушкой из группы поддержки — всё в одном лице. Она была моей первой страстью, по крайней мере, в подростковом смысле «о мой бог-я-та-а-а-ак-хочу-заняться с ней сексом». И с тех пор наша совместная жизнь продвигалась через секс, предательство, любовь и даже семью.
Для меня она не была известной супермоделью. Для меня она не была пугающе неприступной знаменитостью. Для меня она была просто «Адриенна»: моя девушка, моя сестра и мой лучший друг в одном лице.
  
И она делала мне восхитительно замечательный минет.
«Доброе утро, Тигр», — промурлыкала Адриенна Мать ее Деннис, вытащив мой член. Она несколько раз лизнула мою головку, как ребенок рожок мороженого, прежде чем подняла голову, чтобы возобновить покачивание вверх и вниз. И она радостно напевала, прижимая его к щекам, чтобы дать мне еще более интенсивное всасывание.
«Не думаю, что сейчас утро», — ответил я с улыбкой, подняв руку, чтобы погладить ее волосы. Выглянув в окна от пола до потолка нашего номера на тридцать третьем этаже отеля, я подумал, что сейчас полдень из-за резкого угла падения солнечного света. После того, как мы не особо отдохнули в самолете, мы вдвоем почти заснули, как только добрались до отеля.
Глаза Адриенны метнулись в сторону, и она улыбнулась полным члена ртом, поглаживая меня, прежде чем отстраниться в последний раз и встать. «Сейчас одиннадцать пятьдесят три, так что формально еще утро».
«Едва», — я закатил глаза и поманил ее ко мне. «Тем не менее, это означает, что прошло около девяти часов с момента твоего последнего оргазма. Думаю, это слишком долго».
«Я согласна», — она ​​кивнула с чрезмерно серьезным выражением лица, затем расплылась в широкой улыбке и потянулась, чтобы сорвать свою ночную рубашку через голову. Грудастая блондинка-бомба была без бюстгальтера, а ее массивные 36F сиськи выпрыгнули вперед во всей своей, внушающей трепет, славе.
Я должен остановиться и описать эти чудо-сиськи. Мужчины во всем мире — и немало женщин — считали их вершиной женской чувственности. Когда грудь Адриенны искусно поддерживается роскошным нижним бельем или короткими топами от купальников, она приобретает идеально пухлую форму слезинки, которую больше всего желает большинство зрителей. Но даже когда такая тканевая опора снята, ее изумительные холмы каким-то образом умудрялись остаться твердыми и вертикальными, что, казалось, бросало вызов гравитации, но при этом не были настолько дерзкими, чтобы вызывать обвинения в хирургической помощи. Они обвисали так же, как и естественная грудь, только они обвисали, как если бы она была 14-летней девушкой с C-чашками, а не 21-летней девушкой с F-чашками. Поистине, их впечатляющая стойкость была просто несправедливой по отношению к остальным женщинам в мире.
В то время как большинство могло только мечтать о том, чтобы даже дышать на такие сочные комочки, глядя на журнальную фотографию едва одетой груди Адриенны, немногие могли претендовать на привилегию смотреть, гладить и ласкать ее идеальную грудь. И из тех немногих избранных только один был мужчиной, которому была предоставлена ​​такая близость, и ему разрешали играть с чудо-сиськами, когда он хотел.
Ура мне.
Этим утром (едва) я лично увидел эти массивные дыни своими глазами, когда Адриенна склонилась над моей грудью и стянула свои трусики-стринги. Это движение заставило ее большие кувшины раскачиваться всего в нескольких дюймах от меня, и я не мог не протянуть руку и не схватить ее за плечи сзади, чтобы толкнуть вперед, чтобы я мог уткнуться лицом в её грудь.
Адриенна хихикнула и рухнула на меня, пока я лизал и сосал, сколько душе угодно. Упершись обеими руками в матрац, она приподняла свою грудь и покачивала туловищем, заставляя эти отвисшие груди качаться перед моим лицом, а я играл с ними зубами и хватался за соски, пока она хихикала и пыталась удержать их вне досягаемости.
В то же время она опустила свою промежность на мою эрекцию, поглаживая свою вагинальную расщелину взад и вперед вдоль моего зажатого между нашими животами члена. Я чувствовал, как капает ее возбуждение, покрывающее мой ствол естественной смазкой, в то время как она трогала меня, и после еще одной минуты игры с сиськами я схватил ее за плечи, чтобы подтянуть ее тело к своим ногам, чтобы вместо этого я мог захватить ее губы с помощью моих собственных.