An ordinary sex life

«Картер?» — тихо спросил я.
Элиса подняла глаза, на мгновение посмотрела на меня и снова отвела глаза. Она уклончиво пожала плечами.
«Даже спустя столько времени ты все еще с ним?»
Опустившись от стыда, она вздохнула: «Он… другие… всего лишь часть той сцены…»
Я поморщился и, учитывая ее текущее состояние, почувствовал необходимость объяснить: «Мы с Картером не друзья, мы с Картером встречались всего пару раз».
«О, я знаю. Если бы вы были друзьями, поверь, я бы видела тебя чаще. Ты бы, наверное, уже трахнул меня несколько раз». Горький тон ее голоса давал понять, что такой сексуальный контакт не был бы полностью добровольным.
«Ага, ну… я не такой, как он».
«Надеюсь, что нет…» Она не смотрела на меня, когда снова обнимала себя и снова кивала. «Но дело в том… измученная часть меня видит пятерых девушек в откровенных пижамах, понимаешь? И мне интересно, какие рычаги давления у тебя на них есть».
Я сразу поднял руки. «Это не так. Мы все друзья. Ты только что познакомилась с ними; по ним кажется, что они здесь против своей воли? Каждая девушка внизу находится здесь по своему выбору».
Элис смотрела мне в правое ухо и тяжело сглотнула. «У меня тоже всегда был выбор», — пробормотала она. «Но мой выбор всегда был между молотом и наковальней, вынужденный выбор до такой степени, что у меня действительно НЕ БЫЛО выбора».
Я моргнул. «Элис… что с тобой СЛУЧИЛОСЬ?»
Она вздохнула и отвернулась. «Со мной случился кристаллический метамфетамин».
«Ты стала наркоманкой?»
Она фыркнула. «Я думаю, что «наркоманка» мягко сказано».
«Но ты больше нет».
«Конечно, я есть», — усмехнулась она, прежде чем грустно покачать головой. «Я просто… Я просто пытаюсь выползти из ямы».
«Так вот о чем это? Побег от Картера?»
Она покачала головой и снова уставилась на меня пустым взглядом. «Нет. Картер придурок, и он манипулирующий, социопатический ублюдок, но он никогда не удерживал меня против моей воли. Я всегда была свободна уйти, только… ну… Это был мой выбор, понимаешь. Мой выбор… Мой выбор…» — пробормотала она тревожным тоном, как если бы это была мантра, которая вбивалась в нее снова и снова.
Я снова почувствовал, как она дрейфует, наклонился вперед и положил локти на колени. Это движение привлекло ее внимание, и она вернулась к реальности.
«У меня всегда был выбор уйти», — смиренно вздохнула она. «Но я не могла. В конце концов, как бы мне не было больно, я всегда оставалась…»
Я нахмурился, не совсем понимая.
«Я выбирала это до сих пор. Речь идет не о том, чтобы сбежать от Картера. Это о том, чтобы избавиться от моей зависимости». Элис снова заплакала. «Во всяком случае, мне понадобишься ТЫ, чтобы удержать меня против моей воли».
Держать ее против ее воли? Чего? Мое чувство тревоги возросло, когда она начала задыхаться, ее дыхание было прерывистым, с паникой в ​​глазах.
Вытянув руки вперед, она выставила мне свои запястья и практически всхлипнула: «Держи меня здесь, хорошо? Не позволяй мне возвращаться к нему. Не позволяй мне вернуться к наркотикам, как бы я ни кричала о них и приказывала отпустить меня».
Я положил руки на подлокотники и подался вперед, инстинктивно предоставив себе лучшую позицию, чтобы защититься, поскольку глаза Элис стали более дикими, а ее движения стали более дёрганными.
Ее губы дрожали, она покачала головой и позволила слезам катиться, скрестив руки на груди и сжимая собственные плечи так крепко, что мне показалось, что на ее ногтях может выступить кровь. Она начала раскачиваться взад и вперед, хныкать и плакать, объясняя: «Я пробовала это раньше, понимаешь. Пыталась и потерпела неудачу. Я просила других друзей защитить меня от меня, чтобы не дать мне вернуться к моим пристрастиям. В конце концов, они всегда сдавались». Качая головой, она с горечью добавила: «Все всегда сдавались».
Я хотел сказать ей, что не сдамся, что добьюсь успеха там, где другие потерпели неудачу. Но дело в том, что я недостаточно знал, что, черт возьми, происходит, чтобы давать такие пустые обещания. И как бы мне ни хотелось заверить ее, что я здесь, чтобы помочь, я не мог вынести мысли о том, что буду только следующим в очереди, чтобы подвести ее.
  
Элис начала смеяться не с чего, с безумным выражением лица, прежде чем она резко остановилась и посмотрела на меня самыми печальными, самыми тревожными глазами, которые я когда-либо видел у человека. Качая головой медленно, она снова зарыдала и всхлипнула «Может быть, они заботились слишком сильно, чтобы увидеть меня в такой боли, хотя все знали, что это в моих интересах, чтобы я слезла. Может быть, они не волновались, слишком многое помня о горе, которое я причинила им, так что в глубине души они действительно хотели, чтобы я потерпела неудачу. Я не знаю».
Я глубоко вздохнул, собираясь с силами и готовясь дать ей какую-то поддержку. Но, прежде чем я успел это сделать, она внезапно замерла, как будто на нее воцарилось сверхъестественное спокойствие.
Внезапно показавшись такой же стабильной и нормальной, как и любая другая девушка внизу, Элис глубоко вздохнула и спокойно заявила. «Но ты не один из моих друзей. У тебя нет особой дружбы со мной, которая могла бы омрачить твои суждения. На самом деле, мы с тобой почти незнакомы. В прошлом ты доказал, что будешь сопротивляться мне, чтобы поступить правильно, и мне нужно, чтобы ты снова сопротивлялся мне. Пожалуйста, Бен, я прошу об этом, пока я трезва. Не дай мне вернуться к нему. Не позволяй мне вернись к метамфетамину».
Элис глубоко вздохнула, поджала губы и снова начала ломаться.
«И не позволяй ему убить меня».
 Книга 5. Глава 22. Серена Грей. Часть 2 
Элис вздрогнула после того последнего комментария о том, чтобы не дать убить её метамфетамину «тоже». Она разразилась дрожащими рыданиями, и я снова попытался обнять ее. Она позволила мне подойти, и ей потребовалось много времени, чтобы успокоиться, но как только она это сделала, я понял, что на этот раз она действительно заснула.
Учитывая ее растрепанное состояние по прибытии, вполне вероятно, что Элис давно не высыпалась. Интенсивность нашего разговора вымотала ее, и к этому моменту она была полностью измотана. Поэтому я предложил ей вздремнуть и повел ее обратно вниз, в старую спальню Брук.
Когда я вышел, меня ждал мой «гарем».
«Итак, что происходит?» — спросила Саша без предисловий.
«Это сложная история», — ответил я.
«Я никуда не пойду», — ответила Пейтон.
«Я тоже», — добавила Энди.
Джейми кивнула, и Кейси тоже пожала плечами.
Но я посмотрел на Сашу и вздохнул: «А как насчет Ким? Мне все еще НУЖНО вернуть ее».
Саша поморщилась. «Вот дерьмо. Забыла о ней на минуту».
Я потер виски большим и средним пальцами правой руки и начал трясти головой. «Ух. Ненавижу это говорить, но я очень долго не видел Ким. Еще несколько часов… или дней… вероятно, не имеют большого значения. По крайней мере, я надеюсь, что они не будут иметь большого значения. Не то, чтобы она собирается рожать в следующие выходные».
«Подожди. Что?» Кейси прервала меня, подняв руку. «Что это было насчет того, что Ким родит в следующие выходные?»
Я застонал и посмотрел на Сашу, прежде чем повернуться к Кейси. Энди, Джейми и Пейтон тоже странно посмотрели на меня. «Ну… э-э… Я только что сказал, что она не собирается рожать в следующие выходные. Она должна родить не раньше, чем в октябре, или что-то в этом роде».
«Но она беременна? Вау…» Брови Кейси были довольно высоко приподняты. «Вот почему она не вернулась в колледж?»
Я кивнул. «Все сложно».
Энди подалась вперед. «Ты отец?»
Я вздохнул и кивнул.
Джейми вмешалась. «Но вы не вместе?»
Я покачал головой. «Как я уже сказал, это…»
«Сложно», — закончила за меня Пейтон. «Знаешь что? Бен еще не успел ничего съесть. Давайте дадим ему сесть и наполнить свой пустой желудок, а потом, я думаю, у нас у всех будет очень долгий разговор».