An ordinary sex life

DJ сказала мне, что мне не нужно беспокоиться о том, чтобы рассказать своей семье, так как ее мама позвонила МОЕЙ маме через десять минут после того, как мы сказали ей, когда я смотрел игру Львов. Что касается Авроры, DJ в конце концов решила, что новости следует подождать, пока Аврора снова не позвонит мне. «Она ушла в леса, медитирует или ищет себя, или гуляет, или что-то в этом роде. Аврора отправилась туда, чтобы не отвлекаться, чтобы сосредоточиться на собственном дерьме. Я не думаю, что мы должны прерывать это и давать ей ещё одну вещь, о которой нужно подумать. Когда ОНА звонит тебе, она выходит из пузыря. Она мысленно готовилась к посторонним новостям. Я не говорю, что мы НИКОГДА не должны ей рассказывать, например, просто ждать, пока она вернется домой, а потом все вместе кричать «Сюрприз!». Но давай подождем, пока она будет готова это услышать, и когда она позвонит тебе в следующий раз».
План казался столь же разумным, как и любой другой. А затем мы вернулись к обсуждению того, что мы будем делать, когда вернется Аврора.
Казалось, мы оба хотели избежать этой темы. Он всплывала несколько раз, в том числе, когда с нами были Брэнди, Дайна и Брук. Каждый раз мы меняли тему на что-то другое, но теперь не о чем было говорить, кроме этого.
«Я люблю тебя. Я выбираю тебя. Несмотря ни на что», — заверил я DJ.
«Я хочу верить тебе. Но эти сравнения со мной и Брук меня беспокоят».
«Почему?»
«Потому что, когда дело дошло до выбора, я выбрала ЕЕ».
«Между кем? Мной?»
«Что? Нет. Ты парень. Это другое дело. Между Брук и Фэй».
Я моргнул. «Вот почему Фэй в последнее время редко бывает рядом?»
DJ посмотрела вниз и кивнула. «Фэй была моей лучшей подругой на протяжении всей старшей школы. Мы все делали вместе, и да, я даже имею в виду это. Брук немного задело, когда мы все добрались до Беркли. Вы, ребята, рассказали мне, что Аврора была с Райаном, а не с тобой. И все пошло так же. В конце концов, я выбрала Брук. И это действительно ранило Фэй. Мне тоже было больно».
«Мне жаль».
«Не твоя вина. Я просто хочу сказать, что это показывает, насколько крепки эти узы между нашими семьями. И я не могу не беспокоиться о том, насколько крепки твои узы с Авророй».
«Я люблю ее, но я больше не «влюблен» в нее. Мы прошли это».
«Но откуда я знаю?»
«Потому что я тебе это говорю».
«Но откуда ТЫ знаешь? Да, может быть, она вернется новой женщиной, готовой жить своей жизнью и никогда не оглядываться назад. Она будет рада, что мы с тобой вместе, пожелает удачи и продолжит свою веселую жизнь. Но, может быть, она вернется, найдя СТАРУЮ Аврору, Аврору, которая притворялась что она замужем за тобой, когда вы были маленькими детьми, и всегда была твоей будущей женой. Может быть, она захочет, чтобы вы снова были, НИЧЕГО не захочет в этом мире больше, чем вернуть тебя, и она даже будет готова драться со мной за тебя. Что тогда?»
«Я выбираю тебя».
«Вы выбираешь меня сейчас, потому что ее здесь нет даже для того, чтобы с ней соревновались. Что произойдет, когда она будет здесь?»
Я закатил глаза. «Тогда я все равно выберу тебя».
«Откуда я это знаю?»
«Чего ты от меня хочешь? Все, что я могу сделать, это сказать тебе. Я не могу тебе показать, я не могу это доказать».
«Разве ты не можешь?»
«Как?»
«Я не знаю! Я просто… Я бы хотел, чтобы ты мог». DJ встала с кровати и начала ходить по комнате, положив руки на бедра, прежде чем она нервно скрестила их на груди и практически обняла себя. «Я боюсь. Я боюсь той связи, которая у вас была, а может быть, и сейчас есть. У меня нет такой связи с тобой. Не будет, может быть, никогда. Той, где ты мог почувствовать ее настроение, читать ее мысли, и знать, когда у нее были проблемы, даже если ты не был с ней вообще в одной комнате. У меня это с Брук, я понимаю. Но у меня этого нет с тобой. Я могу верить Брук, когда она мне что-то рассказывает, потому что я тоже это чувствую. Ты говоришь, что любишь меня, и я хочу тебе верить, но я НЕ чувствую этого. То есть… Я чувствую это, но я этого не чувствую. Ты понимаешь, что я иметь в виду?»
  
Я вздохнул, кивая. Я много вспоминал об этой особой связи с Авророй. За последние несколько месяцев в одиночестве были времена, когда я начинал думать о ней, задавался вопросом, что она делает в лагере, и я почти чувствовал запах лесного воздуха. Я мог убедиться, что она была счастлива на мгновение, или, чаще, понимать, что она сбита с толку, напугана или охвачена чувством вины. Я не знаю, откуда я это узнал. И эти знания вполне могли быть полностью придуманы моим воображением. Но… я чувствовал.
И я почувствовал ее сейчас. Теперь я почувствовал Аврору. Был День Благодарения, и я подумал, что лагерь Моррис будет отмечать этот праздник так же, как и везде. Она, вероятно, была в столовой, болтая с другими работниками ранчо. Норма, одна из владельцев лагеря, произносила речь и благодарила. А может, они даже танцевали на паркете.
Я почувствовал смятение в ее голове. Что-то… беспокоило… ее. Какого бы прогресса она ни достигла, Аврора все еще пыталась найти свой путь.
По какой-то причине я вспомнил тот первый раз, когда она позвонила мне из лагеря, и то, как я думал о ней тогда. Значит, у меня был план. Я верил в этот план. Она исцелиться и потом вернется ко мне. И я буду ждать ее. Буду ждать нас.
Но это было тогда. Я пошёл дальше.
Брэнди спросила меня, есть ли во мне какая-то часть, которая все еще любит ее, все еще скучает по ней и все еще ждет, когда она вернется домой. Я ответил на эти вопросы DJ утвердительно. Я все еще любил её, как особого человека, которым она была в моей жизни. Я скучал по другу, который был моим спутником двадцать один год. И я ждал, что этот друг вернется и станет частью моей жизни.
Но теперь я понял, что Брэнди не имела в виду свой вопрос так широко. Вопрос, который на самом деле задала Брэнди, был прост: ЛЮБИТ ли какая-то часть меня все еще Аврору. Не «любовь», как семейная любовь. Не «любовь», как дружеская любовь. Но по-настоящему ЛЮБОВЬ. Неужели какая-то часть меня все еще верила, что Аврора была моей второй половинкой? Неужели какая-то часть меня все еще верила в судьбу, и что ОНА была моей судьбой. Удерживал ли я какую-то часть себя от DJ, от кого-то еще и от всех остальных и оставлял исключительно зарезервированной для Авроры? Неужели я все еще ждал, что моя единственная, неповторимая, непревзойденная ДУША вернется ко мне?
И ответ, к сожалению… был утвердительным.
Но не теперь. Я потратил больше часа, уверяя DJ, что двигаюсь дальше. Я потратил все это время на то, чтобы убедить свою девушку, что я её выбираю, что я её выбрал. То, что я действительно должен был сделать. Но какая-то часть меня сдерживалась. Почему? Я не мог полностью объяснить. Я хотел верить, что полностью избавился от Авроры, но я упустил этот момент. По крайней мере, я так не думал. Не осознанно. Я не пытался сознательно саботировать свои отношения с DJ или кем-то еще. Просто… отпускать тяжело. Но теперь мне пришлось полностью отпустить.
Пришлось отказаться от мечты.
Мне пришлось отказаться от Авроры.
Я закрыл глаза. Я представил ее… мой Рассвет… мою старую Истинную Любовь… Я увидел ее на нашей поляне, неподвижную, неподвижный кадр из воспоминаний о том, как она сидит рядом со мной на одеяле для пикника и улыбается своей безупречной улыбкой.
 Господи, черт возьми, она красива… 
А потом, глубоко вздохнув, я отпустил ее.
Я позволил ее видению растаять. Статическая картина в моем сознании стала полупрозрачной, как призрак, растворившийся в воздухе, а фон остался. Я мог видеть деревья позади нее, а затем сквозь нее, пока даже ее нечеткие очертания не исчезли.
Я отпустил ее…
Я отпустил ее…
Я отпустил ее.
Чернильная темнота внезапно заполнила мое зрение, моя голова закружилась, и я чуть не упал.
«Ого… БЕН!»
DJ поймала меня, когда я наклонился прямо к ней. Комната закружилась, и я внезапно почувствовал головокружение, как будто огромный участок моего мозга, который всегда был посвящен Авроре, буквально испарился, унеся с собой пару фунтов веса черепа. Я резко вдохнул, как будто был под водой очень и очень долго, наполняя легкие драгоценным кислородом. И дикими глазами я смотрел своей девушке в лицо, пытаясь осмыслить то, что только что произошло.