An ordinary sex life
«Спасибо», — тихо сказала она с закрытыми глазами, отвечая на этот конкретный вопрос. «Это было действительно хорошо».
«С удовольствием», — ответил я. «Но мы еще не закончили. Мне еще нужно сполоснуть тебя».
«Дай мне просто насладиться этим еще немного, пожалуйста?»
Как будто я собирался сказать этому «нет». Я ждал ее, лениво массируя плечи или кожу головы. Я погладил ее плечи и, да, пару раз потер ладонями ее грудь. Но в конце концов вода начала остывать, и когда она объявила, что готова, я поставил DJ прямо и осушил ванну, включив душ, чтобы смыть мыло и шампунь с нас обоих.
После того, как я всё смыл, я закрепил душевую лейку на держателе. DJ повернулась в моих руках, обвила рукой меня и затылок, а затем наклонила мое лицо к своему лицу для поцелуя. Наши языки надолго переплелись, теплые брызги стекали вокруг нас, пока, наконец, ей не пришлось оторваться, чтобы вздохнуть, и ее колени дрожали от слабости.
Выключив душ, я вытащил ее из ванны на коврик для ванной и обтёр полотенцами сперва её. Я одел нас обоих в пижамы, а затем проводил ее в спальню, и когда я забрался в кровать рядом с ней, DJ слабо улыбнулась мне и спросила: «Ты уверен, что должен быть здесь?»
«Наверное, нет», — ответил я, проскользнув под одеяло, а затем прижал ее тело к себе.
Неглубоко дыша, когда она уже начинала засыпать, DJ пробормотала: «Я думаю, что правило гласит, что ты должен трахнуть меня, а затем вернуться наверх, чтобы спать».
«Ну… можно включить логику, что если я не буду тебя трахать, мне не придется снова подниматься наверх, верно?»
Ухмыляясь так широко, что даже ее закрытые веки, казалось, улыбались, DJ промычал: «О, я думаю, как только я снова стану здоровой, я должна буду отрезать тебя от секса, чтобы я могла обниматься каждую ночь».
«Ну, я бы не заходил настолько далеко…»
Она хихикала, я смеялся, и мы устроились на ночь. И, к счастью, с тех пор дела пошли на поправку. Реакция Брук на вирус гриппа оказалась относительно мягкой, и, хотя она была выведена из строя до конца недели и еще несколько дней чувствовала себя слабой, моя младшая сестра, по крайней мере, встала на ноги к выходным. После приема лекарств в пятницу у DJ поднялась температура, но потом дела тоже пошли на лад.
В следующий понедельник, когда она собиралась вернуться на учёбу, DJ попыталась выгнать меня из своей комнаты, объяснив: «Я могу сама одеться, спасибо большое».
«Но мне нравится смотреть, как ты одеваешься», — пожаловался я. «И после всего, что я сделал для тебя на прошлой неделе, разве я не заслуживаю хотя бы этого?»
DJ рассмеялась и устало ответила: «За то, что ты был со мной почти 24/7 со вторника, я, вероятно, обязана тебе на всю твою жизнь. Но ничего не будет в ближайшее время. Даже без того, что мои месячные истощают меня, прямо сейчас я чувствую себя так, будто одна прогулка до класса уничтожит меня».
«Ничего страшного», — ответил я, откинувшись на локти с глупой ухмылкой на лице. «Все, что я хочу делать, это смотреть».
Вздохнув, DJ повернулась ко мне лицом, а затем скрестила руки, подняв свою мешковатую футболку через голову. Ее впечатляющая, обнажённая грудь была такой же твердой, как всегда, и на ее худой фигуре она казалась больше, чем когда-либо. Но мое выражение лица осунулось, когда я увидел, какой костлявой она стала всего за неделю, а ее ребра оставляли очевидные вмятины на ее торсе. И, поскольку она ожидала, что у меня будет дерьмовую ухмылка при взгляде на ее обнаженное тело, DJ посмотрела на себя, нахмурившись, и спросила: «Неужели я так плохо выгляжу?»
Я пару раз моргнул, заставляя себя улыбнуться. «Тебе просто нужна пара чизбургеров, вот и все».
«Экстренная диета при гриппе / инфекции. Я должна помнить об этом». Слабо выдыхая, DJ повернулась к ящику комода, выудила бюстгальтер и свежее белье, а затем начала переодеваться.
Но, несмотря на то что великолепная девушка раздевалась в пяти футах от меня, возбуждение было последним, о чем я думал. Вы могли бы подумать, что я буду возбужден еще больше, тем более что я прожил больше недели без единой эякуляции. Даже Пейдж пропустила наш обычный вторник в свои месячные в дополнение к карантину в связи с вирусом гриппа в моем доме. Я был слишком озабочен болезнью DJ, чтобы беспокоиться о своих эгоистичных желаниях, и, несмотря на отсутствие оргазмов, я действительно чувствовал себя полностью удовлетворенным.
Это потому, что за последние несколько ночей, несмотря на то, что мы не собирались этого делать, мы с DJ обошли мораторий Ким на ночные объятия, а не просто проводили случайные ночи. С того первого вечера вторника я каждую ночь спал в постели DJ. Я обнимал ее разваливающееся тело, целуя слезы боли из ее глаз и сжимая ее, как будто я мог избавить её от болезненных ощущений. И после того, как я так долго спал в одиночестве в моей большой кровати наверху, возможность обниматься с DJ ночь за ночью была даже более полезной, чем сексуальное удовлетворение.
Я любил ее. Она меня любила. И что-то между нами изменилось за эти ночи подряд. Больше недели я не волновался, смогут ли наши отношения длиться вечно. Больше недели я не задавался вопросом, что может случиться с нами, когда или если вернется Аврора. И, честно говоря, больше недели я не думал о своих зарождающихся чувствах к Саше.
Честно говоря, я даже не задумывался о своих чувствах к DJ. Все, о чем я думал, это о том, как она плохо себя чувствует, как сильно она страдает и что я могу сделать, чтобы она почувствовала себя лучше. Я не анализировал свои действия и не проверял каждый момент на предмет всех возможных последствий. Я просто делал это. Я просто говорил. И я просто любил как мог.
И все это сошлось для меня в тот момент, когда DJ встала из-за своего туалетного столика и обернулась, полностью одетая для колледжа. Она выглядела стройнее, но в остальном не слишком болезненной. Я полностью пропустил вуайеризм, наблюдая, как она одевается, несмотря на мою предыдущую просьбу сделать это. Вместо этого я пришел к этому прозрению, и мое прозрение было таким:
Благодаря тому, что мы делали вместе, благодаря тому, как я заботился о ней, и благодаря тому, как я любил ее на этой прошлой неделе, я сделал себя БОЛЬШЕ, чем «просто» ее другом. Я был парнем DJ. В этот болезненный период у нас даже не было секса, но все равно это было правдой. И вместо того, чтобы беспокоиться о том, что может произойти с нашим будущим, все, о чем я мог думать, было о том, насколько СЧАСТЛИВЫМ меня сделала эта идея. Как ПРАВИЛЬНО было быть с ней вот так. И как я буду скучать по этому, если мы когда-нибудь снова станем «просто друзьями».
Могу ли я позволить этому случиться снова? Неужели нет пути назад, даже если бы я захотел? В конце концов, оставалось только двигаться вперед. Невозвратные затраты, прошлое прошло, и весь этот джаз. Я любил ее. Я ЛЮБИЛ ее, не так ли? Она была всем, что я когда-либо мог пожелать в девушке. Как я мог отказаться от этого? Я хотел ее, она хотела меня, и, возможно, наконец пришло время выбрать ее.
«Как я выгляжу?» — спросила она, пробегая пальцами по распущенным светлым локонам, выглядя явно более зрелой, чем когда-либо, когда носила плетеные косички.
«Прекрасно», — ответил я, только сейчас вернув свое внимание к ее лицу и широко улыбнувшись. «Абсолютно идеально».
* * *
Несмотря на мое маленькое прозрение, я не сказал DJ о сейсмическом сдвиге в моих чувствах к ней. Я все еще был осторожен, уверен в своих чувствах, но все же не мог НЕ задаваться вопросом, были ли они результатом интенсивного, но короткого периода времени и исчезнут ли они со временем.
Мы с DJ разошлись на большую часть понедельника, и когда мы с Бертом встретились с Сашей за обедом после занятий, они оба выразили свой шок моим присутствием.
«Смотри! Он живой!» — воскликнул Берт, обнимая меня за плечи и радостно тряся (хотя и чрезмерно) в сторону Саши.
«Как будто я не видел её на занятиях только в пятницу», — протянул я.