An ordinary sex life
Несмотря на мои усилия, Брук резко дернулась, когда я потер ее плечо. «Это я, это я», — поспешно сказал я, прежде чем она запаниковала или что-то в этом роде. И, успокоившись, она перекатилась к тумбочке и включила настольную лампу.
Я закрыл глаза от внезапного освещения, но через мгновение смог снова открыть их и смущенно взглянуть на мою младшую сестру. «Извини, извини», — прохрипел я, дыхание было прерывистым. Мои пальцы подергивались, и мне пришлось сцепить руки вместе, чтобы они не двигались. «Но ты мне вроде как нужна прямо сейчас».
Брук от удивления дважды моргнула и вытерла сон с глаз, но потом лукавая ухмылка расплылась по ее лицу. Я наблюдал, как она заметила мой полусумасшедший взгляд и нервное поведение, а потом она действительно рассмеялась, качая головой. «Сколько времени прошло?» — тихо спросила она в полумраке.
Я нахмурился. За все время наших отношений я мог вспомнить только один раз, когда просил Брук о сексе. Она была моей младшей сестрой, и я просто не мог избавиться от мысли, что использовать ее несправедливо, если она не была инициатором. Тот единственный раз, когда я приходил к ней и практически умолял об этом, был очень давно, когда я едва начал свой выпускной год в старшей школе и сходил с ума от похоти, в то время как меня искушали направо и налево такие девушки, как Адриенна и Хизер Уилкинсон. «Э-э… около четырех лет», — ответил я дрожащим голосом.
Брук в замешательстве нахмурилась, а затем ухмыльнулась и покачала головой. «Нет. Не то, что я имела в виду. Хотя это действительно было ТАК давно? Нет, я спрашивала, когда ты в последний раз кончал?»
«Пейдж, неделю назад».
«Всего одна неделя, и ты такой?»
«Я не могу спать. Я не могу думать. Мой мозг начинает болеть, и мне очень жаль, я не хочу тебе навязываться, но… ММФА!»
Брук начала хихикать, пока я продолжал извиняться, а затем оборвала меня, прижавшись своими губами к моим и свалив меня на свою кровать. Ее язык проник в мой рот, и ее ногти царапали мою грудь, в то время как она перебросила ногу через мои бедра, чтобы оседлать меня. В конце концов она подняла пальцы до моих щек и удерживая мою челюсть на месте, засовывая свой язык в глубину моего горла.
В конце концов, она оторвалась от меня и тяжело дышала с широкой ухмылкой на лице. «Тебе не нужно извиняться. Тебе НИКОГДА не нужно извиняться передо мной, понимаешь?»
Я кивнул, соглашаясь с чем угодно в тот момент, если это было условием, что она поможет мне.
И она помогла мне. Это действительно не заняло так много времени. Прелюдия была минимальной (опять же), и теперь, когда у меня было ее разрешение, я притянул ее на себя, схватив за голову и прижав к своей, пока я переворачивал нас и целовал ее с отчаянным безумием, натягивая ее ночную рубашку до подмышек и сдергивая ее трусики до колен. Она засмеялась, когда я внезапно оторвался от ее рта и приподнял ее ночную рубашку еще на пару дюймов, чтобы я мог засосать сосок в рот, и ее смех превратился в стон, когда я опустился ещё ниже, чтобы засунуть язык в ее щель. Она не была такой мокрой — по крайней мере сильно — но я почувствовал вкус женского возбуждения, и моя слюна должна была сделать все остальное, потому что всего через три секунды я полз по ее телу, вонзив в её складки головку члена и НАДАВИВ.
Брук всегда была узкой. Она была очень тугой, когда я лишил ее девственности четыре года назад, и теперь, все еще будучи 19-летней второкурсницей, она все еще была довольно уютной. Она была достаточно влажной, чтобы безболезненно принять меня, но я все еще не мог полностью погрузиться во всю длину. Не помогало то, что ее трусики все еще были зажаты вокруг ее колен, не давая ей полностью развести ноги, и нам пришлось немного неловко повозиться, прежде чем ей удалось вытащить одну ногу через отверстие и, наконец, раздвинуть бедра, чтобы позволить мне проникнуть на всю глубину.
Но в конце концов мы полностью соединились, и когда моя младшая сестра снова свела ноги вместе, на этот раз скрестив ступни за моей задницей, я положил лоб на подушку рядом с ней и, наконец, почувствовал, что мои подергивания прекратились.
«Оооо… Брук…» — радостно простонал я.
«Трахни меня, старший брат», — ободряюще ворковала она подо мной.
У нее не было оргазма, по крайней мере, в тот раз. Я кончил за три минуты, и все это время я не уделял ей внимания, ни сознательно, ни бессознательно. Все мои навыки Бога секса были бесполезны в течение этих трех минут, поскольку я просто двигался в ее влажном влагалище снова и снова, пока не нашел свое освобождение. Я чувствовал, как она подстрекает меня, впивается пятками в мою задницу, поглаживает мой позвоночник и стонет мне в ухо, чтобы я наполнил ее моей кровосмесительной братской спермой. Я чувствовал, как ее внутренние мышцы работают над моим членом, доя из меня сливочно-горячую сперму. И когда я наконец дал ей то, о чем она просила, она радостно ворковала и похлопала меня по спине за хорошо выполненную работу.
Четыре года назад, когда я пришел к ней по той же причине, я потом просто скатился с нее и ушел, прежде чем наша мать нашла нас. Но сегодня вечером мы были в пятистах милях от дома, и всю оставшуюся ночь нас никто не беспокоил. И мне нужно было кое-что сделать для моей младшей сестры.
Она перекатила меня на матрас рядом с собой, прижав мою щеку одной рукой и мечтательно глядя на меня, прежде чем притянуть меня к себе для нежного, но относительно целомудренного поцелуя. «Спасибо за это», — сказала она мне. «Я забыла, как весело это может быть с тобой».
«Весело? Я только что использовал твое тело в течение тридцати секунд».
Брук хихикнула. «И я наслаждалась большей, двадцати девятью секундами». Она взяла мою руку и поднесла к своей груди, вздохнув, когда я начал манипулировать ее соском. И она протянула руку, чтобы погладить моего временно спящего солдата. «Мы так и не закончили в пятницу».
«Ты права. И я, кажется, помню, что остановился где-то… здесь». Говоря это, я медленно спустился вниз по телу Брук, на этот раз стянув трусики с ее левого колена и полностью сняв их. Ее дыхание учащалось, когда я двигался, и когда я произнес слово «здесь» и обхватил губами ее клитор, она положила обе руки мне на затылок и плотнее прижала мое лицо к своей промежности.
Нельзя было возиться с тем, чтобы довести ее до края, не позволяя ей кончить. Я задумался об этом на полсекунды, зная, что ее оргазмы всегда были более впечатляющими после поддразнивания. Но в тот момент, когда я показал признаки этого, Брук начала бить меня по голове, и с воспоминаниями о нашем последнем вмешательстве, свежими в моей памяти, я пошел вперед и сразу же отправил ее на орбиту.
Есть что-то такое восхитительно озорное в том, чтобы слышать, как твоя собственная младшая сестра выкрикивает твое имя, когда она визжит от безумного удовольствия. Мне так понравилось, что я сделал это снова, и снова, полагая, что тройные кульминации должны будут компенсировать один большой грандиозный финал.
Кроме того, у меня был другой способ устроить ей грандиозный финал. После третьего оргазма я встал, сжал свою обновленную эрекцию и бесцеремонно вогнал ее обратно в нее. Она все еще была тугой, но теперь была обильно смазана общими оргазмическими жидкостями, и у меня не было проблем с тем, чтобы погрузить все семь и три четверти дюйма за раз. Она хватала ртом воздух, и я быстро пробивался вперед и назад в ее послушное тело, пока она снова затаила дыхание. Но через несколько мгновений она подмахивала мне так же сильно, как я трахал ее, пока она не обвила ногами мои бедра и яростно не дернула наши тела в сторону.
Она, вероятно, не смогла бы опрокинуть меня, но я перекатился с этим движением и плюхнулся на спину. Брук сумела остаться на мне, когда мы перевернулись, и, хихикая над достижением, теперь, когда она была в позе наездницы, она раздвинула колени в стороны для равновесия и ДЕЙСТВИТЕЛЬНО начала меня трахать.
Ее сиськи соблазнительно покачивались под ночной рубашкой, которая снова упала на ее торс. Я схватил подол и дернул его вверх, а Брук закончила за меня, подняв его над головой и отбросив оскорбительно излишнюю одежду в сторону, в то время как мои пальцы нашли ее соски. А потом она потянула мою левую руку выше, чтобы она могла прижаться щекой к моей ладони, радостно напевая, прежде чем поцеловать мою кожу, продолжая двигаться вокруг моего вертикального столба.