День 21. Книга вторая (СИ)

Я напрягала слух, как только могла, но всё равно пропустила момент, когда он подошёл ко мне ближе. Вздрогнула от неожиданности, когда он дотронулся до моей руки и после настойчиво потянул к себе, заставив развернуться. Я не смотрела на него: куда угодно, вбок, вниз, вверх, но только не в глаза. Не пытаясь ничего понять и предпринять, я отпустила контроль, я смиренно ждала, что же будет дальше, поддавшись чужой воле. Со мной всё было понятно — сердце снова грохотало где-то в горле, и в этом уже не был виновен алкоголь. Уже будучи в твёрдом уме я могла признаться себе — я влюбилась, я доверяла, я снова жила.
Он коснулся тёплыми, сухими, чуть шершавыми пальцами моего лица. Тело мгновенно откликнулось — я вспыхнула, оставаясь белой, как кукла. Мне всё ещё было страшно смотреть ему в глаза, словно один взгляд — и я получу нож в сердце и никогда больше не оправлюсь.
Я так глубоко зарылась в свои страхи, что не уследила, как он приблизился ко мне, и едва успела захватить воздуха, когда он резко и быстро прильнул губами к моим губам. Я была как оголённый провод, я чувствовала его всего: тепло его рук на спине, твёрдость его груди, ощущение бархатистой нежности от соприкосновения лиц. Мне было страшно снова коснуться его, страшно снова всё испортить. Но руки потянулись сами, я порывисто обняла его за шею, словно вот-вот утону — как в том ужасном сне, когда Дэмиан вытащил меня из воды — подтянулась, встала на носочки. Он притянул меня ближе, обнял, запустил пальцы в ещё влажные после душа волосы. В этом жесте было столько нежности и одновременно столько страсти, осторожной и хорошо сдерживаемой, что я потеряла равновесие и меня шатнуло. Больше не оставалось ни полдюйма расстояния — я буквально упала на него, прильнув телом к телу. Обняла его за спину, куда было не так тяжело дотягиваться. Как же мне не хватало лишних нескольких дюймов!
Раньше я была уверена, что влюбиться можно только с первого взгляда, но Дэмиан сломал мои шаблоны. Влюбляться лучше в тех, кого знаешь хорошо и давно. В тех, с кем безопасно. В тех, кому можно доверить свою жизнь. Тем более, в эту жуткую для нас эпоху. Хождение по краю заводит лишь первое время, а после лишь изматывает. Надежность и уверенность в завтрашнем дне, уверенность в том, что тебя любят и принимают по-настоящему, заводит куда сильнее. Ремень его джинсов упирался мне в живот, и мне захотелось расстегнуть его, вытащить из шлиц и с металлическим грохотом бросить на пол, но я не смела снова переходить к решительным действиям. Пусть всё идёт само. Я доверяла Дэмиану и отдала ему инициативу.
— Мне хочется встать на стульчик. — когда для поцелуя не осталось воздуха, мы прервались и замерли, соприкоснувшись лбами. Я тихонько улыбалась, чувствуя, что Дэм сложился в три погибели, чтобы держать своё лицо наравне с моим.
— Если сменить положение, разница будет не так заметна, — поддел он.
Я прыснула, потом рассмеялась, почти беззвучно. После, когда он выпрямился, уткнулась лбом в его грудь и горько выдохнула:
— Прости, я вела себя паскудно.
— Это ты прости. Я знаю, ты плакала, но я не мог… вообще никак не мог подойти. Я бы не смог сдержаться, и ты бы потом пожалела…
Его чувства были сильнее, чем просто пьяный перепих. Мало кто сумел бы остановиться, а он сумел. Он точно существует? Я подняла голову, посмотрела ему в глаза, дотронулась рукой до колючей щеки. Настоящий, тёплый, живой. Мой. Всё, что происходило, казалось почти нереальным и оттого было особенно ценным.
— Спасибо, Дэм. Ты лучший, ты идеальный.
Я заметила, как потеплел его взгляд и порозовели вершинки скул.
— Даже не мечтал когда-нибудь услышать это от тебя.
— Врёшь. Ты всё рассчитал.
— Нет, это был экспромт.
Его глаза лукаво блеснули, и я, не отрываясь, смотрела в них, открывая для себя всё новые и новые грани его эмоций. Узнавая, проникаясь, проваливаясь в чувства, которых, казалось, давно во мне уже нет.
Самый-самый. Теперь я смотрела на старшего аналитика нашего подразделения глазами влюблённой дурочки. Не хуже присной Левицки. И ощущала себя удивительно необычно. Потому что не надеялась, что когда-нибудь смогу пережить эти чувства снова.
 
Конец 2 книги.