Небо Земли (СИ)
— Облачность будет всегда скрывать Луну, — сказал Саша, — движение атмосферы тоже подчиняется законам прилива. А еще может быть ураган.
— Скорость волны во время цунами в океане достигает тысячи километров в час, — начал Гречкин. Саша и Катя повернулись к нему, — по суше цунами идет со скоростью до трехсот километров в час.
— С приливом все иначе, — сказал Саша.
— Да, — Юра перешел на телефоне по ссылке “приливы”, - период колебания приливов и отливов на Земле составляет 12 часов 25 минут. И чтобы уложится в этот период, "Лунная приливная волна" должна вращается вокруг Земли со скоростью 1600 километров в час.
— Это было раньше, — сказал Саша, — а как оно сейчас?
— Я думаю скорость потока будет очень высокая, — предположила Катя, — поток воды будет идти слоями, один над другим. Верхние слои будут скользить по нижним, по тем, которые трутся о Земную поверхность. Из-за этого волна будет как бы закручиваться под саму себя, так как верхняя часть потока будет опережать нижнюю.
— Пошло! Пошла волна! — воскликнул Юра, вылупив глаза, глядя в телефон, — вот! Пишут, чтоб все забрались как можно выше!
Саша с Катей обступили Гречкина.
— Линия волны тянется с юга через Рим до Санкт-Петербурга и уходит дальше на север, — принялся читать Юра, — Все затоплено до этого рубежа. Водный фронт движется со скоростью более пятисот километров в час. Высота затопления достигает пятнадцати метров. Сейчас скорость движения Луны составляет чуть более пятидесяти километров в секунду, что в пятьдесят раз быстрее, чем было. Так же Луна приближается к Земле. Это определили по ее видимому угловому диаметру, который увеличился на пять процентов.
Юра закончи читать и, в ожидании комментариев, посмотрел на Сашу, а потом на Катю.
— Если представить Атлантический океан, то как раз по косой линии волна должна идти, — сказала Катя, — до Балтийского моря тысяча километров, Атлантический океан соединен с Балтийским морем через Северное море. Луна погнала воды Атлантики по пути наименьшего сопротивления — в первую очередь по воде, по Северному морю к Балтийскому. С Балтийского волна вышла на сушу. И дальше если смотреть на карту, фронт волны уходит юго-западнее, повторяя контур береговой линии. Если скорость волны сейчас пятьсот километров в час, то до нас она дойдет примерно через час двадцать.
— Если скорость Луны выросла в более чем в пятьдесят раз, — начал рассуждать Васечкин, — значит, она делает оборот вокруг Земли примерно в два раза быстрее, чем Земля делает оборот вокруг своей оси. А значит, Луна будет пролетать над нами примерно раз в сутки, а приливы будут примерно каждые двенадцать часов, но не с востока, а с запада. Но это справедливо только в случае стабильности движения Луны.
— Стабильность от ее движения ждать не стоит, — сказал Юра, — сейчас у нее такая скорость, а завтра уже другая.
— Согласен, — произнес Васечкин, — а еще приближаясь, к Земле орбита Луны уменьшается, а значит, она будет еще чаще пролетать над нами, чем раз в сутки. Но насколько чаще? Ответа дать невозможно.
— Н-да… со вздохом протянул Юра.
— Мы бы успели доехать до базы, — сказал Саша, — до нее сорок километров.
Гречкин схватил паренька за плечо и отвел чуть в сторону от людей. Наклонившись к его уху, он злобно процедил:
— Ты чего орешь, балбес! Меня и так пытаются убить!
— Ладно, ладно… — Саша отвернулся от сверлящего его взглядом Юры.
— Ни на какую базу мы сейчас не поедем. Ясно?
— Ясно.
— А если тебе там придется потратить на поиск Элли час или два или пять? Или на вскрытие дверей? Или на бой с охраной? Корабль что, тебя там на парковке ждет?
— Да понял я. Хватит на меня шипеть, — Васечкин вырвался и вернулся к Кате.
***
Ветер становился все сильнее. Час пролетел незаметно быстро за разговорами и чтением новостей от частных каналов таких же простых людей, как тех, что собрались тут на крыше, но только живущих западнее. Писали о страшных последствиях.
Вдали появилось что-то темное, будто кто-то натягивал на небо невероятных размеров черный чехол. Вскоре стало ясно, что черное полотно под облаками, это бесчисленные стаи птиц, летящие широкой стеной с запада. Крик миллионов птиц сливался в какофонию звуков, издаваемых различными видами, обитающими в умеренном поясе планеты. Над черной рябью облака летели неестественно быстро. Их гнала за собой Луна. А если сказать точнее, то Сфера, обладающая огромной массой и гравитацией. От порыва ветра на проезжую часть упал рекламный щит. Снизу у кого-то распахнулось окно и раздался звук бьющегося стекла. Ветер начал завывать и свистеть, залетая в здание.
— Может зайдем внутрь? — предложила Катя.
— Если усилится, зайдем. Я хочу это увидеть, — ответил Гречкин, вглядываясь вдаль города. Тени от облаков с огромной скоростью бежали по стенам и крышам многоэтажных домов, по дорогам и дворам, будто кто-то ускорил ход времени.
Поток воды появился не сразу. Люди зашумели, когда вдали, практически на краю видимости с десятого этажа, стало заметно, как рушатся дома. По всей линии слева направо, буквально через один, осыпались строения Москвы, не предназначенные для выдерживания цунами или землетрясений. Поток воды приближался. Катя и Саша, вцепившись в забор руками, в ужасе смотрели, как все ближе и ближе подбирается стихия, которую пока еще можно было заметить лишь по обрушению зданий. Понимание того, что в каждом доме сейчас находятся люди, ввергало в шок. У Кати потекли слезы. Ветер тут же прижимал их к щекам и смахивал с лица. Юра подошел к оградке. Встал возле девушки. С другой стороны от нее стоял Саша. Поток катился по всему материку, унося миллионы жизней в секунду. Грохот от наводнения и разрушения строений только сейчас дошел до людей и смешался с галдежом птиц, гулом ветра и криками наблюдавших катастрофу. На соседних крышах тоже стоял народ. Вскоре поток стало видно. Он не возвышался постепенно, как это бывает при наводнении, а шел стеной из-за огромной скорости, в разы большей, чем при цунами, и из-за того, что верхние слои потока загибаясь, накатывались на нижние. Стена воды со скоростью гоночного болида неслась, подминая, закручивая под себя все, что попадалось на пути — остановки, автобусы, машины, деревья, столбы, стены домов, все это смешалось в неразборчивую пенистую кашу из всевозможных кусков умирающего города. Бурлящий поток клубком прокатился по Москве от западного района до центра по всей длине города, и уходил южнее и севернее вдаль за горизонты, смывая все с поверхности Евразии, а вскоре и с остальных материков Земли. Вот уже дома вблизи начали обрушаться вместе с толпами людей на крышах. Крики ужаса и плач не утихал. Пучина безжалостно убивала всех без разбора — детей, женщин, стариков, мужчин, инвалидов, беременных, домашних животных. Когда вода дошла до дома, на котором стояли Юра, Саша и Катя, то грохот и шипение зловещего потока стали настолько громким, что заглуши все людские возгласы. Из-за гула, Гречкину казалось, что поток обволакивает его и вот-вот унесет. Волна обогнула монолитный дом, врезавшись в него как в скалу. Уровень воды поднялся до восьмого этажа. Брызги доставали до крыши. Попадали на лица. Ветер рвал хлопающие окна на девятом и десятом этажах под ногами. Ураган набирал силу. Поток ветра стал настолько мощным, что люди не сразу сообразили, что надо спасаться. Некоторых сразу снесло в воду. Гречкин схватил Катю за руку, а другой рукой хлопнул Сашу и рванул ко входу дом. Следом за ними образовалась очередь. Началась паника. Людей сдувало ветром с крыши. Шум и свист резали уши. На лестницу набилось человек сто, а когда поток народа закончился, все осознали, что большую часть тех, кто был на крыше унесло ураганом. Люди сидели на корточках закрывая уши. Женщины и дети плакали от испуга. Юра, прислонившись спиной к стене, обнял Катю и прижал к себе. Васечкин подпирал сестру с другой стороны. В разбитое окно залетали брызги соленой воды Атлантического океана, а ветер пулей проносился через выбитую дверь в окно над головами сидящей в подъезде дрожащей от страха толпы.