Испытательный срок (СИ)

Но Любовь Марковна сдержанно улыбнулась и, доверительно понизив голос, проговорила:
- Зайдите.
А у Новиковой на лице застыло недоверчивое выражение, но все равно, отсвет эйфории ничем не перешибешь, Любовь Марковна видела это. Хотелось покрыть эту тварь семиэтажно, однако она матерински тепло проговорила:
- Алена Дмитриевна, зайдите, есть разговор.
Та все еще стояла на месте, и тут Любовь Марковна сказала:
  
- Это касается непосредственно вас. Вам будет интересно, поверьте.
***
Ни на йоту Алена этой скользкой женщине не верила. Потому что за этот неполный месяц успела узнать личную помощницу Захарова достаточно хорошо. Да, к новому человеку в коллективе сначала вполне может быть настороженное и даже негативное отношение, но тут была откровенная вражда, едва прикрытая необходимостью соблюдать какую-то офисную этику.
И все же сейчас во взгляде личной помощницы было нечто такое, что заставило Алену шагнуть в кабинет вслед за ней.
- И дверь, пожалуйста, прикройте, Алена Дмитриевна, - проговорила та и показала ей на стул перед рабочим столом. – Прошу, присаживайтесь.
Алена закрыла дверь, а потом села на предложенное место. И вот убей Бог, если она понимала, зачем все это. Припадок откровенности?
- Хотите чай, кофе?
- Нет, спасибо, - качнула головой Алена. – Вы не могли бы перейти сразу к делу?
- Сразу к делу, - эхом повторила та и села за свой рабочий стол, а после подняла на Алену взгляд. – Мы с вами не совсем хорошо начали. Но, поверьте…
- Это можно опустить.
- Да, конечно, - Любовь Марковна как-то натужно улыбнулась и сцепила руки в замок.
И замолчала, облизывая губы. Алена терпеливо ждала, и та наконец начала:
- Я хотела вас предупредить, но теперь вижу – поздно.
- О чем?
Но Любовь Марковна словно не слышала, смотрела в одну точку, сжимая руки.
- Просто между нами не было доверительных отношений, вы могли не так воспринять мои слова. Не поверить…
Хотелось рявкнуть: «Да говори уже, довольно вступлений», но Алена просто сказала:
- Любовь Марковна, я вас слушаю.
А личная помощница глубоко вздохнула и потерла лоб. Потом начала:
- Вы помните первый день?
Алена прищурилась.
- Тот самый первый день, когда вы были на собеседовании в деловом центре. Тогда еще произошла сцена.
Еще б она не помнила. Она тогда была как помоями облитая, ей казалось, что весь мир вокруг рушится, и под ней проваливается пол.
- А потом Вадим Тимурович неожиданно предложил вам работу? Помните?
- Конечно, я это помню.
- Так вот… я еще тогда хотела сказать, но, - Любовь Марковна резко вскинула на нее взгляд. – Вам не показалось странным, почему он вдруг взял вас к себе? И потом тоже всячески поддерживал? И все эти его пикировки с Русланом Захаровым.
- Я не понимаю.
- Руслан Захаров ведь был вашим женихом, верно? А потом произошло нечто, отчего ваши отношения расстроились. Но теперь он, очевидно, сожалеет?
- Это не ваше дело, - начала Алена.
Понимая, что вся муть, которую она столько времени давила в себе, снова всплыла. Боль, обида, яростное желание справедливости. Все теперь дрогнуло в душе, удалось этой женщине посеять в ней сомнения.
- Да, не мое, - тихо и трагично проговорила Любовь Марковна. – Но я все же обязана вам сказать, чтобы вы не попали в ужасную ситуацию еще раз. Они поспорили на вас. Вадим Захаров на вас поспорил.
Удар был силен. Как будто огромный колокол взорвался в голове, и теперь сердце запнулось и начало качать кровь в никуда. Но она еще не готова была признать это.
- Зачем Вадиму Тимуровичу было это делать?
- Зачем? Он хотел показать младшему брату, чего вы из себя представляете на самом деле. И что ради вас ему не стоит рушить семью.
Сначала был ледяной холод, затопивший Алену мгновенно, потом предательская краска стала заливать лицо.
- Откуда вам это известно? – спросила она.
Любовь Марковна грустно ответила:
- Я ведь его личная помощница. И мне известна вся его личная переписка, - она особо подчеркнула это и добавила. – Это ведь я планирую его личное время, расписание встреч. И прочее, прочее, прочее.
Сейчас, наверное, надо было упасть в обморок. Или умереть. Но голова работала как часы. Алена вспомнила свое первое впечатление о Вадиме Захарове.
Он же с самого начала показался ей опасным. Куда более опасным, чем Руслан. Матерый, зрелый, прагматичный, жесткий. И думать, что такой человек может взять и влюбиться в нее? В какую-то секретаршу с прошлым?
Наивная идиотка. У нее не было единого шанса против него.
И да голова работала, работала чисто как никогда.
Она ведь на испытательном сроке, да? В конце концов, что ж она себе работу не найдет? Найдет, конечно, хоть кассиром в пятерочку, хоть кондуктором, сторожем, да кем угодно. Как-нибудь вытянет маму, а дальше…
- Спасибо, что сказали, Любовь Марковна, - проговорила она, поднимаясь с места, и вышла.
Сейчас ей нужно было кое-что сделать. И сделать это очень срочно.
***
Как только Новикова вылетела из ее кабинета, Любовь Марковна удовлетворенно откинулась на спинку стула. Удалось! Она правильно просчитала все. Эта девица сделает именно то, что ей нужно.
А когда это произойдет, не будет больше никакой секретарши. Место в приемной снова будет принадлежать ей. Конечно, Солнцев ждал от несколько иного, но ведь своя рубашка ближе к телу? И делать нужно в первую очередь то, что выгодно тебе, а не какому-то левому дяде.
Потом, когда она снова получит полный доступ ко всему, можно потихоньку сливать инфу Солнцеву. Или нет, как пойдет. Она была уверена, что сможет удержать ситуацию в руках.
Но прежде всего надо было убедиться, что все удачно прошло. Любовь Марковна подскочила и помчалась к приемной.
***
Снова был адский холод в груди, а сердце продолжало качать кровь в никуда, но мыслила Алена четко. Даже иронично. Испытательный срок у нее три месяца, а она не продержалась до конца и одного.
Залететь в приемную, черкнуть заявление об уходе, было делом одной минуты. А потом она зашла в кабинет. Захаров начал подниматься ей навстречу, но она успела раньше.
Положила перед ним заявление на стол и сразу вышла.
***
Вадим ничего не понял, он ждал ее, хотел увидеть радость в глазах. А вместо этого… Какая-то бумажка.
Он стал вчитываться, но перед глазами сейчас рябило, взгляд выхватывал отдельные слова.
«...по собственному желанию…»
«...от компенсации отказываюсь…»
Потом он просто взревел и выбежал следом.
***
Любовь Марковна очень ждала, ей просто необходимо было увидеть результат.
И да, как и ожидалось, Новикова вылетела из приемной как пробка и быстро, почти срываясь на бег, пошла к лифтам. Но дальше произошло то, от чего не ждал никто.
Следом за этой Аленой выбежал Вадим Захаров. Нагнал, рывком перехватил ее, прижал к себе и уже не выпустил. Они так и застыли, потом он стал целовать ее, говорил что-то.
Все это посреди коридора на глазах у всех!
У Любови Марковны просто отнялся язык.
Она развернулась и побрела к себе в кабинет. А там, усевшись за стол, застыла, глядя в одну точку. Глаза сощурились.
***
Вадим был шокирован. Он просто не мог понять, какого хрена творится?!
Они же… Это же очевидно, что они теперь вместе! И никак иначе. Все это время Вадим зубами себя с ней сдерживал, чтобы не испугать своей страстью, чтобы не навредить. Чего это ему стоило, давить свою силу и потребность в ней – неважно. Главное было – дать ей чувство защищенности, уверенность.