Испытательный срок (СИ)

И только после этого до нее дошло, что она не знает, какой Захаров пьет кофе. Но выходить сейчас и спрашивать, что он любит?.. Ни за что.
Решила сварить на свой вкус, как папа любил когда-то. И будь что будет.
***
Вадим реально чувствовал себя отвратно. Сам во всем предпочитал ясность и когда сталкивался с тем, что от него что-то утаивают, сворачивают в сторону или становятся в позу, терпеть этого не мог. А если так поступал с ним родной человек, просто ставило в тупик.
  
Сегодня он виделся с мамой.
У нее снова ухудшение со здоровьем. Она старалась этого не показать, но он же видел. Видел, черт бы его побрал. И как ни старался не показать этого внешне, мама все же догадалась.
В такие моменты он просто ненавидел отца. Когда отец внезапно развелся с его матерью, он был еще шестилетним мальчишкой. Мало что понимал. И да, после развода, он остался с мамой. О том, что отец почти сразу женился снова, Вадим узнал уже после.
Он болезненно это воспринял, но никогда не вникал, как же именно все произошло. Это была закрытая тема.
Сегодня он хотел спросить об этом. Потому что было неожиданно созвучно, как-то цеплялось в сознании за события недавнего прошлого.
Но мать даже не стала касаться этой темы. Сразу замкнулась и сказала:
- Спроси об этом своего отца.
И все. Ему пришлось уйти.
Осадок был страшный. Теперь по логике ему следовало наведаться к отцу в офис и задать ему тот же вопрос. Но куда что делось после того, как ему второй раз за сегодняшний день позвонил брат.
После этого он сорвался сюда.
Ему нужно было увидеть эту девушку. Потребность была настолько сильна, что он не мог с этим бороться. Это безумно раздражало.
Теперь она была в соседней комнате.
Захаров смотрел на дверь, за которой девушка скрылась. Долго. Он ненавидел ждать, жилы вытягивало. Мужчина шумно выдохнул, подавляя невесть откуда взявшееся раздражение.
Но знать, что она там, за дверью, было недостаточно. Ему опять казалось, что он чувствует ее. И теперь она была здесь, в его кабинете. Слишком близко. Дурацкое состояние, зудящая потребность видеть ее. Как на медленном огне.
Почему ее столько времени нет?
Он откинул голову на спинку кресла и закрыл глаза. Клубок покатился по горлу, кадык дернулся. Это не должно его волновать. Не должно.
Что она там делает, почему так долго?
Ей могло стать плохо?
В конце концов, Вадим не выдержал. Резко встал, оттолкнув кресло, и направился туда.
***
Пока Алена искала, где в этой крохотной, но напичканной оборудованием кухоньке может храниться турка (и есть ли она тут вообще?), казалось, прошел час. Еще все это получалось с таким шумом, что она каждый раз втягивала голову в плечи на каждый звук.
На самом деле, она просто нервничала.
Ей казалось, что у Захарова кончится терпение, он ведь не выносит, когда опаздывают. И тогда выговора ей не избежать.
К счастью, турка нашлась. Была задвинута вглубь шкафчика и заставлена коробками. Облегчение было невероятным. Теперь оставалось только сварить кофе.
Так, как любил папа.
Это сейчас было важно, давало ощущение, как будто он снова рядом. С того момента, как они с мамой остались одни, Алена не позволяла себе расползаться. Никогда не плакала при маме, чтобы та не переживала. Сейчас она не смогла удержаться, слезы навернулись на глаза.
На одно долгое мгновение все отошло на второй план, остались только воспоминания. Но вот кофе был готов. Она быстро смахнула набежавшие слезы, поставила с ароматным напитком на поднос, подняла и хотела уже выйти.
В этот момент отворилась дверь.
На пороге замер Захаров.
Алена так и застыла с подносом в руках, не в силах шевельнуться. А он на мгновение застыл, мрачно на нее глядя, потом шагнул внутрь и притворил за собой дверь. Крохотное пространство кухоньки мгновенно сузилось до предела, он занял его собой и как будто выжег весь воздух.
Нечем дышать.
- Что с вами?
Его недовольный низкий голос и тяжелый взгляд.
- Я… - надо было собраться.
- Вы плакали?
Мужчина шагнул к ней и теперь вглядывался слишком внимательно. Никогда еще она не была с Вадимом Захаровым в таком тесном контакте. Невольная дрожь пробежала по плечам, Алена сама не знала, что именно сейчас ее пугает. Это помогло собраться.
- Нет, - сказала быстро. – Все в порядке, Вадим Тимурович. Я варила кофе. Извините, что вам пришлось ждать.
- Кофе? - Мужчина сильнее нахмурился.
И сделал еще шаг.
***
Любовь Марковна сегодня времени не теряла. И то, что Вадима Захарова не было на месте всю вторую половину дня, было ей только на руку.
Та мысль, что ей в голову пришла. Ее следовало проверить. Но как? Заявиться в дом и начать выспрашивать? К счастью, у нее было время подумать. Подумав, она созвонилась с секретаршей его отца, Захарова старшего. Разговор был совершенно нейтральный и все больше о делах. Но из этого разговора Любовь Марковна кое-что узнала.
Кое-что настолько важное, что она теперь просто обязана была форсировать события.
Но все пришлось отложить, когда ей сообщили, что Вадим Захаров вернулся и находится сейчас в своем кабинете. Любовь Марковна сразу направилась туда.
глава 7
- Кофе? – этот низкий, чуть рокочущий голос, какой-то… горьковатый.
Господи, какие странные мысли ей лезут в голову.
Пространство крохотной кухни или, как их еще называют, чайной комнаты, было слишком маленьким. А Вадим Захаров стоял в одном шаге и хмурился. Какой-то леденящий огонь в темных глазах.
Молчание затягивалось. И не понять, как он отреагировал.
Алена невольно сглотнула, а руки стали подрагивать.
Ей с этим подносом его не обойти никак. Не разминуться, он занимал собой все пространство. Опять поползла дрожь по плечам. Она незаметно выдохнула, а потом жадно попыталась втянуть в себя воздух.
Зря. У него действительно был горьковатый парфюм, какой-то редкий, изысканный.
Слишком много этого мужчины рядом.
Она вскинула на него быстрый взгляд и тут же снова опустила глаза. Механически перехватила поудобнее поднос. Чашка звякнула.
Негромкий звук оборвал странное оцепенение. Мужчина медленно посторонился, пропуская ее. Но там все равно было тесно, пришлось пройти слишком близко. Непонятное ощущение, сродни ожогу.
Теперь он удерживал для нее дверь, чтобы ей легче было пройти с подносом.
- Спасибо, - тихо обронила Алена.
- Не за что.
***
С того момента, как вошел в маленькую комнатку, Вадим был напряжен. Что-то внутри сигналило об опасности, говорило – стой. Нельзя переступать. Но на уровне инстинктов уже сработало нечто темное, оно отключало голову, требовало подойти ближе.
Ощущения обострились, а само пространство внезапно наполнилось вакуумом.
Вадим слышал все: ее дыхание, кажется, даже мог уловить, как колотится ее сердце. Внезапно она вскинула на него взгляд. Один взгляд, короткий зрительный контакт, длившийся доли секунды, - и все, его буквально затянуло в какую-то воронку.
В какой-то момент у нее руки дрогнули, чашка задребезжала. Резкий звук заставил его медленно вынырнуть из этого тягучего состояния.
Уже сейчас осталось сожаление, что оно прошло. однако он посторонился, пропуская девушку и вышел за ней следом. Ему было мало. Катастрофически.
***
Когда Любовь Марковна заглянула в приемную, там никого не было.
Женщина застыла, интуитивно чувствуя подвох. Где в такой момент могла быть эта девица? Если ее сумка здесь и все окна на мониторе открыты. Почему ее нет за столом?
  
Ох, какое неприятное предположение вползло в голову!
Быстро. Всего один день, а эта Новикова уже успела вползти везде! Подвинула ее. Не тот человек была Любовь Марковна, чтобы отдать без боя все, что она несколько лет кропотливо строила.