Испытательный срок (СИ)

Ляяять, в каком он тогда был шоке.
Ему же говорили, родители предупреждали, а он не верил. Не верил, бл***, но когда ее застукали в той кладовке с тем чернявым ублюдком… Он дышать не мог! Его выворачивало! Так тошно было, как будто нажрался дерьма. Так больно, думал, сгорит изнутри. Он в тот день напился в хлам и пил еще неделю не просыхая. Ненавидел ее так, что задыхался.
  
А теперь брат ему решил предъявлять? С хрена ли?! Вадим был там и видел все своими глазами. Должен был знать, что это он тут пострадавший, его, как последнего лоха, чуть не обвели вокруг пальца!
Но почему Вадим вдруг заговорил, что у нее умер отец?
Мысли опять начинали соскальзывать. Это здорово вымораживало, когда четкая картина начинала размываться. Его просто зло брало, откуда все эти разговоры о том, что у нее какие-то финансовые трудности? Алена получила от его семьи достаточно. Ей заплатили, чтобы она больше не появлялась в его жизни и не звонила. Руслан знал, что отец дал ей денег, мама сказала, все улажено. Он был уверен.
Почему это должно было всплыть сейчас? Да еще так.
Ощущать себя дураком было не очень приятно. И он не понимал, зачем Вадим вздумал врать ему. А если брат не врал, то…
Вот тут-то и начиналось самое неприятное.
В душе внезапно начало ворочаться что-то. Если у Алены внезапно умер отец и заболела мать, почему он ничего не знал об этом? Что бы между ним и Аленой ни происходило, это было не по-людски. Теперь, чем он больше думал об этом, тем неприятнее становилось. Ворочалось что-то в груди.
***
Он так и не уехал, сидел в машине, неожиданно пришел входящий вызов. Руслан потянулся за гаджетом. На экране высвечивался контакт отца, он мазнул пальце, принимая вызов.
- Да.
- Был у брата? – отец начал с ходу, и тон у него требовательный.
- Был, - ответил Руслан.
На заднем плане слышался голос секретарши отца: «Да, Тимур Олегович, я поняла. Занести?»
- Неси, - бросил ей отец и сразу переключился на него: - Сделали?
- Нет.
- Опять? Сколько раз я говорил, что тянуть с этим не надо!
И понеслось. Но Руслана в тот момент интересовало другое.
- Подожди, - перебил он. - Ты знал, что у Алены умер отец?
Чего он ждал? Наверное, опровержения, уверенности, что все так и есть, как он привык считать.
На том конце связи было короткое молчание, потом раздался недовольный голос отца:
- Не о том ты сейчас думаешь. Не время отвлекаться.
Умел Тимур Захаров так вправить сыну мозги, чтобы тот резко почувствовал себя виноватым. Оно и сработало. Почти. Просто в этот раз все было немного иначе.
- Нет, постой, - Руслан не удержался, перебил. – Ты знал об этом? Нет или да?
И снова молчание, а дальше странная интонация, как будто отец кривился. А потом Тимур Захаров выдал, постепенно раздражаясь:
- Ну, было и было. Какой смысл вспоминать об этом сейчас? Это уже в прошлом и совершенно не лимитирует. Я не понимаю, зачем ты к этому прицепился? Тебе сейчас делом надо заниматься, а не этой ерундой. Мне еще вчера поступили данные, что все на мази, почему опять все откатилось?
Он все еще не мог поверить. Потом внезапно нахлынуло тошное чувство, что брат, возможно, прав.
- Так ты знал? Ответь, отец.
Это вдруг стало необычайно важно.
А пауза в этот раз длилась чуточку дольше. Когда отец ответил, голос его звучал отчужденно.
- Допустим.
- То есть… Он заболел внезапно? Или случилось что-то еще?
Все-таки оставалась надежда, что все не так. Руслан же помнил: на том дне рождения матери были родители Алены. Больным не выглядел никто.
- Да какая разница, болел он или не болел?
Цинично. Теперь уже и этой надежды на ошибку не осталось.
- Ты понимаешь, кем мы в этом случае выглядим? – спросил Руслан.
И вдруг вспомнил.
- А деньги? Ты же дал Алене денег, мама так сказала. Что с этим?
- Да откуда я знаю? Мало ли на что могла их потратить твоя бывшая?
- Отец…
- Что ты заладил как маленький?!
До этого момент отец сдерживался, а сейчас сорвался на крик. И это было слишком информативно, потому что не злятся люди просто так, только когда что-то их цепляет. Однако в следующую минуту отец переключился на другое, словно и не было спонтанно прорвавшегося гнева.
- Тебе еще в обед к тестю. Не забыл? И не веди там себя как идиот. Солнцев уже несколько раз спрашивал, когда ты уладишь свои дела.
Отец еще много чего говорил.
Руслан молчал, стиснув зубы.
В конце концов, разговор прервался.
Он все еще сидел в машине, вперившись взглядом в лобовое стекло. Каково это было, узнать, что все немного не так, как ты привык считать? А насколько НЕ ТАК? Осознать, что ты в элементарных вопросах плаваешь, было ни разу не приятно!
Еще один входящий. На этот раз звонила Полина. Он поморщился, но ответил:
- Да.
Из гаджета понеслось:
- Ру-у-ус, ты где? Забыл, что ли?
Они поженились недавно, он вроде должен быть счастлив и доволен жизнью. А нет. Ничего такого он не ощущал. Просто делал что-то, потому что так надо. Порой вообще не понимал, зачем ему было торопиться со свадьбой.
Ах да, Алена…
Что-то непонятное всколыхнулось в душе, какой-то тошный пласт эмоций.
- Рус, ну ты меня слышишь? Ты заберешь меня?
- Слышу, - обронил он сквозь зубы. – Да, заберу.
Дальше торчать под офисом брата не имело смысла, он завел двигатель и отъехал, рывком вливаясь в поток. Однако мысли не отпускали. То, что сказал брат, и то, что он услышал от отца… Все как-то больше запутывалось и не очень хорошо пахло.
Чччерт. Он сильнее сжал руль, злясь на все сразу. Позвонить Алене надо было, расспросить. Может быть, даже увидеться.
Но не прямо сейчас.
А прямо сейчас у Алены состоялся странный разговор с Любовью Марковной. Странный, потому что неожиданный.
Но прежде о другом.
***
Алена только что вернулась из кабинета Захарова. Там…
Когда Вадим Тимурович велел ей зайти, она уже морально приготовилась к еще одному разносу. Ведь из-за ее необдуманных действий у него могли возникнуть сложности. Никак не могла забыть того, что он говорил ей утром.
Про согласование.
Проклятый комплекс отличницы, привычка делать все безупречно и быстро. Поторопилась, теперь ела себя поедом. Хотела как лучше, а вышло как всегда.
А еще когда увидела Захарова, сидевшего за столом с каменным лицом. Думала – все.
Однако он не ругал ее. Сказал только:
- Сварите мне кофе.
Кофе сварить? Этот его взгляд. Ей опять мерещился в его глазах какой-то темный огонь.
- Да, - Алена кивнула. – Конечно.
И направилась в кухоньку. Его взгляд ощущался, как горячее прикосновение между лопаток, идти было непросто, ей казалось, она сейчас запнется. Дошла. Выдохнуть смогла, только когда спасительная дверь уже осталась за спиной. Прислонилась плечом и зажмурилась.
Слишком уж странно на нее все это действовало. Так не должно быть. Ей лучше собраться и…
Да, сварить шефу кофе.
Она полезла за туркой. А та почему-то опять оказалась задвинута в самую глубину. Так странно, подумалось ей, интересно, кто это делает? Но заострять на этом внимание не стала. Засыпала в турку кофе ровно на одну большую чашку – две ложки с горкой. Сразу поплыл потрясающий аромат. Добавила воды и поставила на плиту.
В этот момент едва слышно скрипнула дверь.
Алена резко обернулась и непроизвольно дернулась. На пороге стоял Вадим Захаров и смотрел на нее. Совсем как в тот раз. Она невольно растерялась, а мужчина вошел и притворил за собой дверь.
И опять как будто исчез весь воздух. Остались только тяжелое, медленное дыхание мужчины и стук собственного сердца. Как она сумела доварить кофе, и у нее ничего не сбежало, Алена сама не помнила.
  
Наконец налила все в чашку, хотела поставить на поднос.
Но он молча протянул руку. На какое-то мгновение их пальцы соприкоснулись. Она вскинула голову, а мужчина смотрел на нее. Этот его взгляд, мрачный и какой-то горячий... Алена невольно задохнулась.