Если движется небо (СИ)
Да, человечество давно переросло разгул преступности, оставив его страницам учебников и историческим фильмам, и вышло на более высокий социокультурный уровень. Но сколько таких кровавых страниц сейчас нестерпимо стыдно даже открывать – а уж тем более демонстрировать братьям-по-разуму.
– Нам нужен наш корабль, – Алан задрал голову к небу, словно надеялся разглядеть там "Лючию". – Как теперь быть?
– Насколько мне известно, почти все корабли пристыковались к орбитальной станции, – сказал орнитт. – Разумеется, вы можете связаться с ним и запросить возвращение, но я очень сомневаюсь, что в ближайшие дни космодром успеют привести в порядок. Сами видите, – он махнул на полыхающую крышу ближайшего здания, которая, словно нарочно ожидая этого момента, с треском обрушилась вниз, подмяв под себя хлипкие стены.
– Что тут у тебя? – к жандарму подошел его коллега. Хохолок у него на голове был светлый, почти белый, хотя и непонятно было, как ему удалось сберечь причёску в подобных обстоятельствах. Впрочем, судя по знакам отличия на его форме, он был повыше рангом – а начальство во всех мирах и во все времена редко снисходит до грязной работы, предпочитая тихо руководить издалека.
"Начальник" с подозрением уставился на Алана, – но первый орнитт что-то быстро чирикнул своему соплеменнику, и тот почти сразу же успокоился.
– Хоть бы дождь пошел, что ли, – проскрипел он. – Да, Чи-чи?
Как назло, сезон муссонов подходил к концу, и сейчас в мутном предрассветном небе не наблюдалось ничего, кроме дыма от пожара да тонких завитков облаков, напоминающих их далёких пернатых предков.
– В сухой сезон воды с небес не ждут, – произнес минор по-орниттски, заслужив пару одобрительных взглядов от аборигенов.
– С запасного космодрома на рассвете стартует челнок на орбиту, – сказал орнитт по имени Чи-чи. – Если ваш корабль там, вам было бы проще... – он неожиданно умолк, словно смекнув, что вряд ли вправе давать советы в подобной ситуации. Но Алан, подумав секунду, пришёл к выводу, что совет дельный: чем лишний раз гонять "Лючию" через атмосферу, имеет смысл добраться до орбитальной станции самостоятельно.
– Позвольте, я провожу вас.
Алан спорить не стал. Хотя, как он подозревал, подобная любезность была продиктована вовсе не бескорыстным желанием помочь, а элементарными мерами предосторожности.
* * *– Лейф! Лейф, ты где?!
Срывая голос, Фелис опять и опять выкрикивала его имя, но её голос тонул в дикой какофонии звуков, наполняющей пространство вестибюля сверху донизу.
– Ле-ейф!!
Бесполезно. Фелис готова была разрыдаться от отчаяния и бессилия. Настроение всеобщей паники волей-неволей передались и ей, отчего она на несколько мгновений растерялась, не понимая, куда бежать и бестолково топчась на месте.
А откуда-то снизу ощутимо потянуло дымом. Ещё и пожар. Прекрасно.
Мимо неё, сверкая пятками, пронеслось двое орниттов, судя по цвету их шерсти, ребёнок и взрослый.
– Не отставай, Ши, – крикнул на бегу тот, что был старше. – Из-за тебя мы можем опоздать! Четверть часа до старта! Шевели конечностями!
Конечно, он говорил на родном языке, но Фелис отлично его поняла.
"До старта?"
Она знала: единственный шанс спастись с аннигилирующей планеты – покинуть её как можно скорее. И что есть духу рванула за орниттами, стараясь не потерять их из виду.
Они миновали залы ожидания, карантинный блок, зону паспортного контроля – на последней ввиду царившей вокруг неразберихи никакого контроля не было, лишь рамки детекторов неумолчно гудели, возмущённые тем, что их игнорируют.
– Если мы опоздаем из-за тебя... – с нескрываемым раздражением начал взрослый орнитт, и его юный спутник, сбившись с шагу, припустил ещё быстрее.
Поворот – и в лицо ударил свежий ночной воздух. Корабль, огромный, размером с небоскрёб! Совсем рядом – до трапа можно добежать в полминуты. Но, присмотревшись, Фелис поняла, что её сумасбродная затея заранее обречена на провал: корабль, стоящий на лётном поле, был окружён двойным кольцом орниттов, а вход бдительно охранялся. На её глазах какого-то ликтианина, приблизившегося к кораблю, схватили и грубо вытолкали взашей, крикнув что-то вроде "Пшёл вон!" – разумеется, если переводить цензурно.
Похоже, шанс попасть на борт есть только у "своих".
Фелис скользнула за колонну, напряжённо вглядываясь в темноту. Уставшая, измученная, она чувствовала себя отвратительно: её тошнило и мутило, голова раскалывалась, в ушах стоял непрекращающийся звон: отсутствие акклиматизации настойчиво давало о себе знать. В отличие от Альбедо, условия которого были почти идентичны Земле, и Лаймы, тоже не особо отличающейся от родной планеты, климат, а особенно гравитацию Птероса назвать комфортными было никак нельзя – по крайней мере для людей.
Но сейчас и эта малоприятная, но всё же пригодная для жизни планета грозит рассыпаться в прах. А единственный путь к спасению...
Она вдруг осознала, как всё внутри неё вскипает от жгучего гнева, безнадёжности и отчаяния.
Мимо прогрохотал автопогрузчик – вне всяких сомнений, направлявшийся к грузовому трапу корабля. Прицепленная к нему платформа была загружена ящиками, беспорядочно сваленными в кучу.
Времени на размышления не оставалось: это был единственный шанс. В несколько шагов одолев открытое пространство, отделявшее её от проходившего мимо погрузчика, в шоке от собственного безрассудства, в ужасе от мысли, что её безумная затея может потерпеть сокрушительное фиаско, девушка дождалась, когда погрузчик поравняется с ней, вскочила на багажную платформу и спряталась среди коробок и ящиков.
* * *Электрокар довёз их до невысокого строения с покатой крышей, на козырьке которого значилось "Тех. корпус #1.4 секция Х". Здание располагалось на самом краю космодрома и потому не пострадало от взрывов и пожара. За ним, на летном поле, Алан заметил жёлто-рыжую полусферу орниттского челнока, похожую на гигантскую яичницу-глазунью на ещё более гигантской сковородке. Даже на таком расстоянии было слышно низкий гул, напоминающий гудение высоковольтных линий, – челнок стоял на зарядке. Алан невольно поморщился. Хоть отогнали бы его подальше, что ли, – или электромагнитные поля на орниттов не действуют? Ерунда, разумеется, действуют: всё-таки белковая форма жизни с метаболизмом, во многом схожим с человеческим.
Створки дверей "гармошкой" разошлись в стороны. Они с минором вошли внутрь. И прямо с порога упёрлись в плотную разношерстную толпу.
В помещении яблоку негде было упасть, а царящая здесь невообразимая какофония звуков и запахов превращала каждую минуту ожидания в серьёзное испытание на прочность даже для самого невзыскательного существа. Каждый из присутствующих желал покинуть Птерос как можно скорее, каждый был свято уверен, что его ситуация – самая критическая, а причины – самые уважительные и весомые, каждому было абсолютно наплевать на остальных. И, конечно, абсолютно все лезли без очереди: и орнитты, и считавшие себя не в пример более цивилизованными представители других рас. Несколько взмокших от напряжения операторов космопорта безуспешно пытались навести порядок, но утихомирить галдящую толпу было задачей не из лёгких.
– Ну и духотища, – Алан брезгливо скривился. Каким-то чудом им удалось довольно быстро получить ваучеры на ближайший рейс челнока – теперь оставалось только пробиться к посадочному гейту.
Здесь толчея была поменьше, а у стены даже обнаружился кулер с водой, правда, почти пустой.
– Пей, До-фа-соль, – Алан поймал взгляд минора, изнурённый и мутный.
– А ты?
– Тебе нужнее. Ты еле на ногах держишься, я же вижу.
– А ты?..
– Да пей уже, ну!
Конечно, оборудовать космопорты питьевыми фонтанчиками с проточной водой было бы куда экономичнее, но вот незадача – даже самые совершенные системы фильтрации не могли гарантировать полное отсутствие в воде чужеродной микрофлоры. Бутилированная вода решала эту проблему – однако она имела свойство заканчиваться.