Последний Охотник на Магов (СИ)

Возможно, заполучив её, мне не придётся искать артефакт ордена, чтобы заполучить необходимые ответы.
Что стало с орденом? Ясное дело, что всех моих соратников сожгли, как и меня, но… Может, кто-то всё же смог уцелеть?
Тогда каким образом эта книга попала в руки мага? Есть только два варианта.
Либо кто-то из ордена водил дружбу с предками Лазаревой, либо же её прапрадеды были теми, кто убил владельца книги. Оба варианта мне не нравятся, но ничего другого я предположить не мог.
— Я не могу её открыть, — добавила Ольга. — Переплёт окутан какой-то силой… Она отталкивает меня.
Вот как? На книгу наложено отражение. И весьма сильное, судя по всему. Красивый трюк, но не продуманный. Этот томик мог запросто попасть в руки простолюдина, и тому не составило бы труда открыть его.
Ладно, чего зря время тянуть? Пора узнать, что там внутри.
Если я сейчас сам не открою, Ольга всё равно найдёт способ. Вижу это в азартных искорках, что мерцали в зелёных глазах.
Я с трепетом положил свою ладонь на оранжевый герб. По телу пробежал поток до боли знакомой силы. Отражение… Чистое! Им пропитана каждая страница. Кто-то очень могущественный запечатывал этот том. И он явно надеялся, что последователи ордена смогут добраться до этой книги.
Вряд ли он полагал, что это произойдёт три сотни лет спустя.
Корешок поддался, и я открыл первую страницу книги.
Лазарева тяжело дышала за моей спиной. Она надеялась, но явно не была уверена в том, что мне удастся снять печать.
Однако внутри были лишь стены нечитаемого текста.
— Что… Что это за язык⁈ — разочарованно воскликнула женщина.
— Не знаю, — солгал я.
Но я знал. Это шифр нашего ордена. Однако прочесть текст без специального дешифровщика я не смогу. У каждого из нас раньше был специальный артефакт, который мог с помощью колебаний отражения раскрывать истинную суть спутанных иероглифов.
— У твоего прадеда не было других… эм… Необычных предметов? — аккуратно спросил я.
— Вроде нет. О чём конкретно ты говоришь?
— Задам вопрос проще, — поправил себя я. — Другие вещи твоего предка не излучали такую же жизненную энергию, как я и эта книга?
— Нет, точно нет, — помотала головой Лазарева.
— Жаль, — сухо ответил я. — Без специального оборудования этот текст не прочесть. И я настоятельно рекомендую тебе, Ольга, больше никому не показывать эту книгу.
— Как это? — удивилась она. — Почему?
— Тебя могут убить, — предупредил я. — Ты профессор академии. Если кто-то из вышестоящих прознает об этой книге, не только у тебя, но и у всех студентов и преподавателей могут возникнуть проблемы.
— С чего ты…
— Тайна моего рода, — перебил её я. — Не могу рассказать подробностей. Просто доверься мне.
В мире аристократии это был весомый аргумент.
— Ладно, — недолго подумав, согласилась Ольга. — Убедил. И ещё больше заинтриговал! И вот как тебе каждый раз это удаётся?
К женщине вновь вернулась её привычная игривость. А я лишь пожал плечами вместо ответа на её вопрос.
— К книге мы ещё вернёмся, — сказала она, убирая томик в тайный отсек своего шкафа. — А пока вопрос куда более срочный. Твоё противостояние с Мясниковым.
— В это лезть не нужно, — ответил я. — Мне известно, что одного из нас собираются отчислить. И этим «счастливчиком» буду не я. Больше говорить тут не о чем.
— Да погоди ты, Владимир! — воскликнула она. — Неужели ты не понимаешь? Я могу рассказать тебе о его слабом месте. Мясников не сможет тебя одолеть.
— Не понимаю, откуда такое рвение — помогать мне? — засомневался я. — Я ведь даже не дал прямых ответов насчёт книги.
— Я просто не готова отпустить такого студента, как ты, — призналась она. — Ты — первый, в ком я чувствую такой мощный потенциал. На моём защитном потоке, между нами говоря, нет и близко столь способного мага. Мясников, конечно, тоже хорош, но… Ох, и негоже так говорить преподавателю… Но всё же скажу. Я знакома с его родом. Они очень злобные и опасные маги. Мясниковы всегда ходили по краю между чистой и тёмной магией. Его мастерство меня совсем не восхищает. Оно холодное и отдаёт гнилостным оттенком. Другое дело — ты. Ты должен остаться в этой академии, Владимир. Помяни моё слово — за тобой будущее магического мира.
 
За мной будущее магического мира, хах! Скажи мне кто-нибудь эту фразу триста лет назад — и я бы рассмеялся. Если бы в те времена моих руках была реальная власть над всеми колдунами, то сейчас бы в этом мире не осталось магии. А нынче многое изменилось. Возможность уничтожить связь с Тёмным миром осталась, как и завещал орден…
Однако не всё так просто. А в этом времени стало даже сложней. И я ещё не решил, как поступить лучше.
Всё же, только артефакт ордена, сможет помочь разобраться. Ведь именно он даёт мне силу отражения. Именно он положил начало ордену Охотников на магов.
И в нём до сих пор скрыта заветная цель, которая наверняка изменилась. Да, с разумными артефактами и не такое бывает. Это же не просто антимагический предмет. В нём скрыта первая душа, что пришла к нам из Тёмного мира.
В моё время она хотела вернуть магию в Тёмный Мир, и орден в этом помогал. Это была взаимовыгодная сделка. Но об этой тайне знала только верхушка ордена.
— Вов, ты меня слышишь? — насторожилась Ольга, чем вывела меня из состояния крайней задумчивости.
— Хорошо, Ольга, ты меня заинтриговала, — я улыбнулся и, сложив руки на груди, вальяжно развалился на стуле. — Рассказывай, где слабое место у нашего Пашки?
Ответ на этот вопрос я уже знал. Мне было интересно, окажется ли Лазарева права.
— Он обладает негативной жизненной энергетикой, — пояснила она. — Фактически, он вампир. И классический, и энергетический. Павла Мясникова подпитывает кровь и чужая мана. Но твоя жизненная сила слишком велика. Он не сможет питаться ею. Сломает зубы. Это как попытаться разом проглотить свинью с яблоком во рту!
Изъяснялась она витиевато. Но при этом не ошибалась. Лазарева очень хорошо понимала, как работает моя сила. И это наталкивало меня на одну безумную мысль.
У этой женщины есть потенциал к отражению. Передо мной настоящий маг, который при желании мог бы обрести ту же силу, что и я.
И это не первый раз, когда я с подобным сталкиваюсь. Тело моего предшественника — Владимир Белова — по какой-то причине тоже обладало зачатками отражения. Каналы были открыты. Именно поэтому я и могу пользоваться своей силой, практически как прежде.
Почему некоторые современные маги обладают потенциалом к отражению? Пока что это для меня большая-большая загадка.
Остаток занятия мы разбирали основы лекарского дела, как и было прописано в расписании. Я внимательно слушал и мотал на несуществующий ус. Но из нового узнал лишь пару тонкостей. Всё же на лекарей мы почти не озолотились, чтобы досконально их изучать.
В общежитие я вернулся за полночь.
С завтрашнего дня у меня стартует череда адских тренировок с боевым потоком. Десять дней подряд я буду укреплять тело, дух и своё отражение. Очень скоро Мясников получит по заслугам! Ради этого я готов выложиться на полную. А это будет сложно, раз я хочу выбрать способ наказания гораздо изящнее убийства.
В этом времени мне пока не стоит умерщвлять магов, чтобы не привлекать внимание. Хах, никогда бы не подумал, что буду искать способ сохранить жизнь врагу. Ну ничего, Мясникову смерть ещё сказкой покажется!
На следующий день я вспомнил, что пообещал свидание одной девушке.
— Бесово вымя! — тихо выругался я, когда мы с Бродским сидели на занятии Лазаревой.
— Да, дружище, вымя у неё — что надо! — произнёс Николай, мечтательно пялясь на бюст Ольги Анатольевны.
— Да я не о том! Есть одна проблема, — прошептал я.
— Какая?
— Я пообещал продавщице из лавки «Волшебный металл» свидание сегодня вечером, — объяснил я. — Но я никак не смогу туда попасть. У меня сегодня стартуют тренировки с Ковтуновым и остальными. Мне ни в коем случае нельзя их пропускать.