Альфа Грей (ЛП)

Несмотря на это, я испытываю облегчение, когда нахожу душевую пустой. В волчьей стае главное — единство, и кажется, что рядом всегда кто-то есть. Иногда мне просто нужно побыть наедине со своими мыслями.
Я раздеваюсь и бросаю футболку и спортивные шорты на скамейку, затем подхожу к душевой насадке и поворачиваю кран. Ему требуется пара минут, чтобы разогреться, прежде чем я подставляю свое тело под струю и позволяю горячим брызгам попадать мне на шею и плечи. Я закрываю глаза на несколько минут, пока вода омывает меня, унося грязь в канализацию.
  
Я умываюсь, все еще делая в уме заметки о мастерстве новобранцев во время один на один. Смывая засохшую кровь с руки, я вспоминаю, как один новобранец — Дэвис, смог опередить меня во время второго нашего спарринга. После приземления у меня на руке появилась довольно сильная царапина, но кожа уже срослась и зажила. Как только я смываю кровь, даже нельзя сказать, откуда она взялась. Мне определенно нравится исцеление оборотня.
После душа я вытираюсь полотенцем, затем оборачиваю его вокруг талии и подворачиваю уголок, чтобы оно не упало. Несмотря на то, что я редко остаюсь на ночь здесь, в комплексе отряда, у меня есть комната в казармах. Мне нужно будет зайти туда, чтобы взять сменную одежду. Я откидываю мокрые волосы назад рукой и тянусь, чтобы собрать свою грязную одежду, когда вздрагиваю от звука открывающейся двери раздевалки.
Еще до того, как я поднимаю глаза, я знаю, что это она. Ее сладкий аромат ударяет мне в нос, и я поднимаю голову, чтобы увидеть ее, стоящую в дверях в одном пушистом белом полотенце и выглядящую как гребаный ангел.
Фэллон.
ГЛАВА ВОСЬМАЯ
Фэллон
Я подождала, пока все остальные уйдут на обед, прежде чем улизнуть, чтобы принять душ. Я просто хотела немного побыть одна.
Не вышло. Как только я открываю дверь в раздевалку, я вижу его. Этот гребаный придурок, Грей, стоит рядом со скамейкой в полотенце и выглядит как бог секса. Впервые вижу его без футболки, и он выглядит не так, как я ожидала.
Он выглядит лучше.
Маленькие капельки воды все еще липнут к широким мышцам его груди и накачанному прессу. Полотенце, свисающее с его талии, завязано чуть ниже его пояса Адониса, а v-образная форма манит к себе.
Черт, у меня что, рот открылся?
Я захлопываю его, затем делаю шаг в раздевалку, дверь за мной закрывается.
Я надеюсь, что Грей не уловил моей благоговейной реакции при виде его тела, но легкая ухмылка на его губах говорит мне об обратном. Я сразу же начинаю раздражаться из-за того, что только что непреднамеренно раздула его эго еще больше.
— Ну-ну, — рычит Грей, не сводя с меня глаз. — Если это не мой любимый новобранец.
Я закатываю глаза. — Наверное, любимый новобранец для пыток, — огрызаюсь я в ответ.
Я отвожу взгляд, решив больше не привлекать внимания этого мудака, и прохожу к концу длинной скамейки, сбрасывая одежду, которую принесла, чтобы переодеться.
— О, я думаю, тебе это нравится, — отвечает Грей низким голосом. Я поворачиваю голову в его сторону, бросая на него неприязненный взгляд.
— Иди ты нахуй, — говорю я, небрежно подходя к ряду душевых насадок и поворачивая один из кранов.
Я возвращаюсь к скамейке, чтобы подождать, пока вода нагреется, но прежде чем я успеваю до нее дотянуться, Грей загораживает мне путь. Его огромные предплечья сложены на груди, и он смотрит на меня сверху вниз. Если бы взгляды могли убивать, я была бы покойницей.
Я смотрю на него сквозь ресницы, прикусив губу.
Дерьмо. Он сумасшедший. Я просто не могу держать рот на замке, да?
Я медленно разворачиваюсь, направляясь обратно в душ. Может быть, он просто оставит меня в покое и уйдет. Девушка ведь может мечтать, верно?
Я протягиваю руку, чтобы проверить воду, и когда от струи начинает подниматься пар, я чувствую, как он крадется ко мне сзади. Я резко разворачиваюсь, и он ударяет ладонью по кафельной стене, зажимая меня между своей рукой и горячими струями душа. У меня перехватывает дыхание, когда я смотрю на него снизу вверх. Мне следовало бы испугаться, но когда он возвышается надо мной, полуголый и тяжело дышащий, я… возбуждаюсь.
— Этот твой язык продолжает втягивать тебя в неприятности, — хрипит Грей. Из его груди вырывается низкое рычание.
Я облизываю губы, мое дыхание прерывистое. — Похоже на то, — говорю я, обхватывая руками грудь, чтобы удержать полотенце.
Грей придвигается ближе, наклоняя голову к моему уху. Я чувствую его дыхание на своей шее, и мои колени начинают немного подкашиваться. — Что мы собираемся с этим делать? — бормочет он.
Возьми себя в руки, Фэллон.
Этот большой волк вторгся в мое личное пространство, и я должна быть напугана.
Мне следовало бы съежиться.
Но почему я так завелась прямо сейчас?
Грей
Если бы я почувствовал, что она напугана, я бы отступил, но даже сквозь тяжелый пар в воздухе я чувствую запах ее возбуждения. Ей, блядь, нравится это, и, судя по тому, как мой член с каждой секундой становится тверже под полотенцем, мне тоже.
В этом нет смысла. Я не потерплю такого рода неуважения. Я должен наказать ее дополнительными патрулями и кругами бега. Я должен выгнать ее из тренировочного лагеря. Но все, чего я хочу, это сорвать с ее тела полотенце и трахнуть ее прямо здесь, у стены душа.
Я отстраняюсь, чтобы посмотреть на нее сверху вниз, и она смотрит на меня своими большими голубыми глазами «трахни меня», ее ресницы трепещут.
— Я… Я не знаю… — говорит она, ее дыхание вырывается короткими вздохами.
Она убирает руки с груди и кладет их на стену позади себя, наклоняя свои бедра навстречу моим. Ее губы растягиваются в озорной ухмылке.
Я остро осознаю тот факт, что кто-то может войти в любую минуту, но я не могу оторваться от Фэллон. Что-то в том, что наши тела находятся в непосредственной близости, кажется правильным; меня тянет к ней как магнитом. Мой волк воет, расхаживает взад-вперед, и я изо всех сил пытаюсь оттолкнуть его и не обращать внимания.
— Ты когда-нибудь научишься вести себя прилично? — Я ворчу и вижу серебристый блеск в ее глазах. Ее волчица встает на дыбы в знак неповиновения.
Фэллон делает паузу, и я вижу, как работают ее мысли. Для нее все это игра? Для меня отряд — не игра, это моя жизнь. Мы — все, что стоит между «Стаей Теней» и альянсом Шести. Я не позволю еще одному волку, который мне дорог, умереть от их рук.
Когда через несколько мгновений она ничего не говорит, я вспыхиваю. Я прижимаюсь к ней, впечатывая в стену. Я осторожно передвигаюсь, чтобы она не почувствовала, насколько я чертовски тверд для нее. Я не уверен, захожу ли я слишком далеко, но я не могу остановиться. Мой волк вгрызается когтями в мои внутренности; он хочет, чтобы я предъявил права на нее прямо здесь.
Рычание вырывается из моей груди. — Отвечай мне! — Я рычу, и, клянусь, Фэллон снова прижимается ко мне, потираясь своим телом о мое, как она этого хочет. Пьянящий аромат ее возбуждения снова ударяет мне в нос, и у меня кружится голова. Я хочу ее.
Что, черт возьми, со мной не так?
Фэллон
Думаю, я должна признать это — Альфа Грей возбуждает меня.
Раньше я думала, что он просто высокомерный придурок, но прямо сейчас то, как он прижимается ко мне, такой рычащий и доминирующий, вызывает новые и мощные ощущения в моем теле.
  
Я хочу сбросить полотенце, посмотреть, как ощущается его кожа рядом с моей. Я хочу сорвать его и посмотреть, как выглядит его член под ним. Я не слепая, я вижу, как у него напрягся член.
Держу пари, он так же огромен, как и его эго.
— Да, — отвечаю я, и мой голос срывается на хриплый стон. Это даже на меня не похоже; как будто я переживаю внетелесный опыт.