Наследник пепла. Книга X (СИ)
Он принял на себя удар такой силы, что свет мира, казалось, померк. Потери были настолько огромны, удар настолько мощен, что всё вокруг накрыла алая тьма.
На мгновение Максвеллу даже показалось, что его голова не выдержала, что у него самого полопались капилляры в глазах. Именно поэтому всё вокруг окрасилось в цвет крови.
Он пропускал через себя эти объёмные, дикие волны энергии, перенаправлял необходимую силу на оставшиеся два конструкта, вручную заворачивал потоки собственного гения, собственного конструкта на две другие точки, чтобы всё равно попытаться ударить накопленным объёмом силы.
Конструкт должен уйти в дело, иначе им всем конец. Это он тоже прекрасно понимал.
Когда всё залило алым от неизвестной энергии, земля под его ногами дрогнула. Она буквально уходила вниз в каком-то определённом ритме, словно под чьими-то тяжёлыми шагами.
Сам же он практически опустился на одно колено, потому что у него уже не осталось никаких сил, его придавливало к земле. Ему казалось, что вот здесь и сейчас пришла его смерть.
Слуг забило треском, взрывами, воем демонов, но всех их перекрыл утробный рык подозрительно знакомого голоса:
— Рааааааааааа! Свободаааааааааа!
Максвелл увидел летящую на него и накрывающую сверху огромную и когтистую, жутковатую лапу, объятую то ли огнём, то ли какой-то алой энергией.
— Максвелл сделал своё дело, — с долей принятия очевидного просипел демон вслух, — Максвелл может умирать!
Глава 19
Друзья, слово мы держим! Ловите сегодня ещё две главы! Мы обещали, мы выдали! Но это еще не конец! Впереди ещё 2 главы и эпилог! Их придётся подождать ещё пару дней! Ибо объёмы глав поражают даже нас. Но мы сами кайфуем от процесса и результата. Надеемся, вам тоже понравится!
* * *Я пришёл в себя рывком, чувствуя крайнее раздражение. Даже не мог толком понять, из-за чего оно во мне ширится и растёт. Щеку натерло чем-то шершавым. Я огляделся и увидел знакомую чешую Агноса.
«Вот же не мог поаккуратнее примоститься», — думал я.
Вокруг разливалось алое марево. Воздух в демоническом мире и так имел красноватый оттенок, но теперь складывалось ощущение, что мы находимся прямо в каком-то воздушном потоке крови.
При этом меня выворачивало наизнанку.
«Чёртовы демоны, даже мир не могли себе нормальный выбрать! Что за хрень⁈»
Я поднялся и огляделся. Мне хотелось кого-нибудь прибить к чёртовой матери Неважно кого, хоть вот этого саламандрыша, глядящего на меня изучающим взглядом.
«Что ты там изучаешь⁈» — подумал я с явной агрессией.
В этот момент только я понял, что веду себя совершенно неадекватно, поэтому одёрнул себя:
«Стоп, Витя, очнись!»
— Ты как? — поинтересовался Агнос.
— Спасибо, пока ещё жив, — бросил я, явственно слыша в своём голосе гнев и раздражение.
«Витя, Витя… — донёсся до меня голос Тагая по мыслесвязи. — Вали́те оттуда нахрен, быстрее!»
Я даже не успел придумать, что ответить, как он продолжил:
«Я знаю, что вы живы. Вали́те! Берите свои задницы в руки и вали́те оттуда!»
«Что случилось?» — поинтересовался я в ответ.
«Мы не знаем. Нам вообще неизвестно, что тут происходит. Но посмотри на результат».
И он прямо в моё сознание передал картинку: как всё окрестности крепости Азарета накрыло тем же самым алым маревом.
Сначала произошла невероятно сильная вспышка, и всех, абсолютно всех, как защитников крепости, так и нападающих, повалило ударной волной, а самых слабых из низших попросту разорвало в клочья.
А после этого идущие на домен легионы начали творить абсолютное непотребство. У них разом куда-то исчезла цель. У них не было больше мотивации. И они, остановившись прямо там, где их настигла вспышка, принялись резать своих соседей. Пока один резал другого, того тоже кто-то рвал клыками, раздирал когтями.
И так на площади в несколько квадратных километров все демоны, заполонившие это пространство, начали просто убивать друг друга. Им уже совершенно не было никакого дела до Азарета и его клана. У каждого из этих низших была только одна единственная цель: убить как можно больше таких же низших вокруг себя.
Но главное, что поразило меня в картине, которую скинул Тагай, это количество крови. Легионы низших уже стояли по щиколотку в ней, и с каждой минутой она всё прибавлялась и прибавлялась. Эта насыщенная красная жидкость не впитывалась в землю, нет, она поднималась, словно уровень воды при цунами.
«Мы раньше боялись, что здесь будет мост из трупов, — прокомментировал всё это Тагай, — ну да, какой нахрен мост? Нас здесь просто зальёт. Скоро тут будет такое количество кровищи, что мы просто утонем в ней. А вы вали́те оттуда, и чем быстрее, тем лучше».
Исходя из того, что мне показал Тагай, я понял одно, но самое главное. Если демоны перестали идти в атаку на домен Азарета, значит, как таковых менталистов из клана селекционеров практически не осталось. Выходит, что одной из поставленных перед нами целей мы добились. И от осознания этого факта внутри как-то сразу похорошело и даже посветлело немного.
Но то, что творят низшие, вырезая друг друга, говорит о другом, о том, что аура Бельзияра действует на полную мощность. Это значит, не всех целей добилась моя команда. Выходило, с одной стороны, мы свою задачу выполнили, а с другой теперь нужно добиться того, чтобы мои друзья выжили, и затолкать этого гребаного Бельзияра обратно поглубже в его темницу, откуда он пытается вылезти.
В этот момент за моей спиной кто-то зашевелился. Я понял, что мои друзья один за другим приходят в себя. Но при этом они тоже никакие.
Тут я уже и на Агноса взглянул свежим взглядом и понял, что ему тоже прилично досталось. Он весь как будто поблёк, и то там, то тут не хватало кое-каких кусочков чешуи.
— Агнос, — проговорил я, глядя в его чёрные глаза, — ты вообще как, дружище?
— Да чтоб я ещё хоть раз подставлялся под ударную божественную волну! Если я когда-нибудь вообще на такое решусь ещё раз, пристрели меня, пожалуйста!
— Не дождёшься, — усмехнулся я. — Если бы не ты, мои друзья не выжили бы.
— Да вот именно, блин, — ответил Агнос, поднялся и расправил крылья. — Пришлось вас спасать, суицидников. Хоть бы «спасибо» сказал. Нет, видишь ли чешуя ему моя натёрла.
— Спасибо тебе, друг, — сказал я. — Твой подвиг никогда не будет забыт.
Затем я снова повернулся к друзьям. Те уже поднялись на ноги. И я видел выражение их лиц, которое не внушало никакого оптимизма. Злоба пялилась на меня из каждого взгляда. Движения их были совсем не такие, как обычно, более резкие и наполненные агрессией. Даже ладони всех четверых сжались в кулаки.
— Послушайте, — сказал я друзьям, — вы должны сейчас держать себя в руках. То, что вы чувствуете, это воздействие ауры безумного бога. Сейчас же садитесь на сколотур и валите обратно в крепость. Там вам станет полегче: в крепости до сих пор держится храм Саламандры, и он поможет снизить эту ментальную тяжесть и состояние озлобленности.
— Ну, мы, допустим, пойдём, — через губу, с нескрываемой враждебностью проговорил Гризли: — А ты что, тут загорать будешь, что ли?
— Я останусь, — ответил я, — потому что вот этого, — я показал в сторону разлома, откуда высовывался огромный рубиново-красный торс, увенчанный головой с закрученными рогами, — мне нужно постараться отвлечь до тех пор, пока сюда не подойдут боги. А боги обязательно должны подойти, иначе зачем бы это всё затевалось?
— Никуда мы не пойдём, — сказал Белоснежка. — Опять хочешь себе все лавры забрать? А мы, типа, так, на подхвате?
— Вы посмотрите на себя, — сказал я. — Вас каждого должно распирать от желания кого-нибудь грохнуть или растерзать. Вас бесит всё, особенно мои указания.
— Естественно, бесят, — сказал Костя, сверкая глазами. — Хрен ли ты тут вообще раскомандовался?
— Вот это вот всё, — проговорил я, готовясь к любому повороту событий, — и есть воздействие ауры безумного бога. А издали нашим ребятам вас прикрывать очень сложно.