Несбыть

— И почему никто не верит в искренность проскочившей между нами искры? — Хозяин замка передернул плечами. — Чем я плох? Я уродлив? Беден? Ах да, я высший вампир. Ну и что? У каждого свои недостатки.
Граф снисходительно усмехнулся, созерцая смотрящий вбок нос Дарка.
«Вот этого он точно не стерпит, взорвется», — подумала Баньши. И снова ошиблась.
От происходящего отвлекало натужное сопение сбоку. Фея повернула голову и встретилась взглядом с бледным толстяком. Восковое лицо отражало живейший интерес, ярко-красные губы кривились в ухмылке. Обаянием он не блистал, зато лоснился всеми частями одежды. Карминовый атласный костюм был мал и подчеркивал пухлость фигуры.
— Не интересуюсь, — холодно бросила девушка и отвернулась.
Не стоило вообще на него реагировать. Обращенные к нему слова гость воспринял как повод для продолжения разговора.
— Отчего же? — подкатился ближе толстяк. — Граф не единственный романтический герой Карпат. Я, если хотите знать, вообще бруколак. Более древний. С пряным национальным привкусом.
Баньши в ответ только фыркнула. Всякому, кто провел хотя бы один вечер в местной таверне, известно, что бруколаки пусть и гордятся исконно валашским происхождением, зато отличаются отвратным характером. По слухам, едва ли не каждый второй валах после смерти обращается в упыря. Вот только нормальные вампиры в свой стан их не принимают — характером не вышли, нудят и распугивают клиентуру отменной вредностью.
Противники в центре зала тем временем перешли на новую стадию выяснения отношений. Охотник стоял вплотную к хозяину замка и, хотя ростом они были примерно равны, притворялся, что возвышается над соперником.
— Зная вашу историю, я не склонен доверять пустым словам, — голос спокоен, чуть ли не беспечен. — Пусть Анна скажет все сама.
— Хорошо, дадим слово Анне, — Фея заметила, что Граф удивился, хотя и старался не подавать виду. — Заодно вдвоем попробуем объяснить, почему ей следует уехать сейчас вместе с вами. Радость моя! Подойди, пожалуйста, к нам. Вррык, отпусти мою несостоявшуюся невесту, она должна разрешить наш спор.
Оборотень, оказывается, втихую при помощи нескольких расторопных двергов пытался вытащить девушку из зала. Недовольно рыкнул, вынул изо рта Анны кляп и лапой подтолкнул к центру комнаты.
На Баньши внезапно накатила слабость. Видения мелькали в голове одно за другим, она едва успевала опознавать их участников. Если не остановить развитие событий, ситуация покатится, обрастая новыми деталями, как снежный ком, и неминуемо приведет к катастрофе. Источник силы, наверное, был совсем рядом. Впервые в жизни она смогла одновременно просчитать гибель такого большого количества существ.
  
ГЛАВА 11
 
Как только дверги опустили ее на пол, Анна отвесила пинок рыжей шкуре. Бальные туфли, конечно, не сапоги, помягче будут. Но хотя бы душу отвела. Очарование вечера развеялось, как дым от потухшего костра, и девушка вспомнила, зачем вообще сюда приехала. Противный вампир сумел зачаровать ее, но больше она на его обаяние не поддастся. Спасибо Охотнику, который наверняка поможет ей в намеченном деле.
Пока шла от двери к центру зала, присматривалась к нечисти вокруг. Монстры воспринимали происходящее как очередное развлечение, хихикали, размахивали лапами и делали ставки, за сколько минут Граф прикончит незваного гостя. Нападать, похоже, никто не собирался, но и разбегаться — тоже. Знает ли Дарк, на что идет? А у нее даже пистолетов нет — остались в комнате вместе с дорожной одеждой.
Мужчины стояли друг против друга, однако смотрели оба на нее. По осунувшемуся лицу вампира блуждала легкая улыбка — вежливость, ровным счетом ничего не говорящая об истинных намерениях. Охотник выглядел собранным и хмурым, впрочем, как и обычно. Девушка остановилась в двух шагах и обхватила руками плечи, прикрывая декольте, которое заставляло ее нервничать из-за глубины и неуместной меховой оторочки.
— Можете приступать к допросу свидетеля.
Приглашающий жест Графа воспринимался, скорее, как издевка, однако Дарк на провокацию не поддался. Нервозность и агрессивность, что она наблюдала в нем вчера, уступили место спокойной уверенности.
 
— Анна, расскажи, когда и как тебя похитил кровосос, — Охотник перевел взгляд с ее лица на руки, в которых зажимал что-то блестящее. Хорошо бы — оружие.
— Он меня не похищал, — призналась девушка. — Я пришла сюда сама, по доброй воле.
— Зачем?
— Хотела быть с ним рядом, — от стыда она говорила все тише. — Тогда он представлялся мне лучшим мужчиной на свете.
— А сейчас?
— Не знаю, — объяснить смену ощущений было трудно. — В какой-то момент я стала воспринимать его иначе.
— Уточни, радость моя, не стесняйся, — голос Графа по-прежнему казался приятным, но уже не завораживал. — Это случилось когда мы танцевали?
— Да, скорее всего.
Хозяин замка с умным видом кивнул и жестом остановил хотевшего сказать что-то Дарка:
— Тогда у меня официальное заявление. Я разрываю нашу помолвку в связи с заблуждением обеих сторон. Анна находилась под воздействием вампирских чар высшего, а я потерял голову под влиянием ее непростых духов. Никто никого больше не очаровывает, все расходятся в разные стороны. Можете прямо сейчас забрать даму. Только, очень прошу, довезите ее до Тырговиште, чтобы она снова не пустилась в бега по лесам.
Зал наполнился гоготом и шипением. Зрители спешили обсудить разворачивающееся перед ними действо.
— Так вот просто? — вспыхнула Анна. Ей же безразлично его мнение, с чего бы крови приливать к щекам? — Все вы, мужчины, одинаковы. Насмотрелась на папиных дружков, знаю. Надоела, так и с глаз долой? И еще ведь духи какие-то приплел, негодяй! И не думала на тебя влиять, нужен ты мне больно.
— Протестую! — зарычал с другого конца зала Вррык. — Эксперимент доказал обратное.
— Вы ставили на ней эксперименты? — завелся Охотник.
— Как можно? — возмутился Граф. — Только такому, как вы, могло прийти подобное в голову.
— А ну-ка, заткнитесь, вы все! — прогремел в зале многократно усиленный голос Баньши. Белые волосы девушки топорщились в стороны, как иголки дикобраза, а на лице читалась досада. — Разве не видите, что происходит? Кто-то намеренно стравливает вас между собой, а вы и рады стараться.
Что за ерунда? Анна не сдержалась и хихикнула от глупости озвученного предположения. Она-то все решает сама и сейчас, когда очарование вампира померкло, точно не позволит никому на себя влиять.
— Влад, я говорил тебе, что дело нечисто! — пролаял оборотень. — Надо их изолировать друг от друга, а потом допросить по одному. И лучше начать с Анны, как с самой глупой.
— Заткнись, тварь мохнатая! — выкрикнул Дарк и направил на волка серебристый предмет, который держал в руке.
Ничего не произошло, но зверь вздыбил шерсть, вытаращил глаза и, тонко поскуливая, убежал из зала.
С Графа мигом слетела маска вежливости. В глазах загорелись нехорошие красные огоньки. Охотник в ответ насупил брови и наклонил вперед голову. Мужчины напряглись, готовые к атаке.
Еще секунда — и они бросятся друг на друга. Вот теперь Анне стало действительно страшно.
Визг Баньши отвлек противников от драки. Белолицый мужчина, что пытался удержать Фею за руку, отлетел к стене, отброшенный неведомой силой. На секунду все вокруг замерло, а потом в зале поднялся ветер. Он дул одновременно отовсюду, закручивался вверх, рождая бурю. Вокруг Баньши образовался черный вихрь, который завывал все громче и наконец скрыл ее внутри.
Ураган рвал платье, сносил со столов тарелки и приборы, пускал в полет мелкую нечисть. Анна с трудом могла устоять на ногах и уцепилась за подвернувшегося под руку мужчину. Дарк ухватил ее за локоть и подтянул к себе. Другой рукой он придерживал шляпу.
— Что происходит? — спросила его Анна.
— Не стоило доверять вестнице смерти, — процедил Охотник. — Что они с Графом задумали?