Несбыть

Перестаралась. Надо было пробиваться к двери, а не по рукам щелкать. Теперь путь к выходу отрезан. Клиенты шинка разозлились и сжимали кольцо. Забалтывание с такими не сработает. Эх, как не хочется применять второй способ избавления от неприятностей.
— Откуда ты взялась, такая недотрога? — выдвинулся из недовольных рядов старик в косматом полушубке.
— Откуда-откуда… — затянула любимую присказку Баньши. — Прислала одна паскуда. Велела сказать, что ей на вас…
— Ах ты, курва, — бросился на девушку старик.
Что поделать, вынуждают. Фея набрала в легкие побольше воздуха и открыла рот, готовясь закричать, как вдруг за спиной образовалась ослепительно-белая воронка и засосала ее внутрь вместе с подбежавшим стариком.
В голове мелькнуло воспоминание о трюмо, и Баньши взмолилась, чтобы подозрения были ошибочны. Мимо пронесся, крутясь в вихре, оппонент, и она мстительно лягнула его ногой. Тот охнул, но не перестал креститься.
Наверное, люди в шинке еще долго будут обсуждать загадочное происшествие.
То, что трюмо таки отправило девушку не туда, Граф осознал слишком поздно. Шинок представлялся ему неприятным местом, однако он имел основания надеяться, что самостоятельная Фея не сгинет среди тамошней шантрапы.
— Будет тебе полировка, как же! — огрызнулся Влад на требования трельяжа и снова накрыл его темным покрывалом.
Трюмо успокоилось и мирно засопело. Граф прислушался к происходящему в замке, но не различил знакомого грассирования.
Буквы в книге пока не прыгали, а значит, можно было продолжить чтение. Умиротворение одиночества развеялось на второй странице. Трюмо под покрывалом закачалось и пробубнило:
— Трехминутный автовозврат заело, скотина.
Пошаливает, подумал Влад. Плохо накрыл, что ли?
Строптивая мебель не упустила шанс отомстить за отказ в полировке. Невольных путешественников оно выплюнуло в Графа как раз в тот момент, когда он подошел ближе. Вампир упал, распластанный под двумя телами. Более легкое сразу зашуршало, скатываясь с его ног. То, что потяжелее, придавило лицо и вдобавок наполнило рот вонючей овечьей шерстью.
Одной рукой отбросив наглеца, Влад закашлялся, отплевываясь от тонких волосков. На ковре рядом со злополучным пятном сидела веселая Баньши. В углу под свалившимися от удара об стеллаж томами энциклопедии копошился Григор. Старик никак не мог встать на ноги.
— Воистину груз знаний неподъемен для неподготовленных умов, — прокомментировала вялое шевеление Фея.
Влад протянул ей руку и помог подняться. На трюмо косился с опаской — не прилетит ли оттуда еще кто-нибудь.
— Расслабьтесь, Граф, затянуло лишь нас двоих, — заметила его настороженность девушка. — Если только трельяж не решит перебросить сюда и других посетителей шинка. Куда я, кстати, не напрашивалась.
Выглядевший легким пинок оставил на боку трюмо глубокие трещины. Мебель не пикнула, только будто ужалась в размерах, предпочитая прикидываться спящей.
— Снова вы? — не сумел скрыть удивления Граф. — Начинаю подозревать, что мое гостеприимство задело вас за живое.
— Як тебе, дьявольское отродье, точно не собирался, — подал голос из утла Григор.
— Вот именно! — поддакнула Баньши, улыбкой соглашаясь со звучным эпитетом. — С меня на сегодня вполне хватило Мирового Зла. Я вообще просилась в таверну, а не в шинок.
«А этой лишь бы поулыбаться. Что за язва на мою голову?» — страдальчески подумал Граф, освобождая старика из-под интеллектуального гнета.
— Отроду не хотел видеть, что вытворяет у себя в замке высший вампир под покровом ночи! — забрызгал слюной наполовину показавшийся наружу Григор.
Глаза его, однако, вовсю бегали по помещению. Запомнит, зараза, приврет не меньше, а потом будет годами байки травить, повышая спрос на собственный товар.
— И не мечтай увидеть здесь для себя нечто новое, — Влад потянул его за ворот мехового тулупа и поставил на ноги. — Высший вампир, как обычно, творит злодейства и проливает невинную кровь. Рутина, да и только.
Взгляд старика остановился на красном пятне на ковре. В глазах заклубился испуг от столь очевидного свидетельства свершенных злодеяний.
 
— Ах ты, тварь! — прорвало Григора. — Сколько раз клялся, что убийств в твоем доме никогда не было. Я ж тебе верил, гнилая ты отрыжка дьявола! Даже когда ты заявился ко мне на порог с трупом того старика. И когда следом прибежал тронутый парнишка, что орал о твоем душегубстве. Я отдал ему вещички и выставил вон. Убийств не было?! А у самого кровищи на полу разбултыхано, что с быка.
— Не преувеличивайте, — вмешалась Баньши. — Тут в лучшем случае хватит на белку.
— Это вино, — спокойно сказал Влад. — Один бокал. Днем разлил, слуги пока не отчистили.
— Если бы я был охотником на нечисть, ты бы уже был мертв, — выкрикнул вызверившийся Григор.
— Если бы ты был им в твоем возрасте, то сам, боюсь, был бы уже мертв, — не остался в долгу Влад.
— Ну, раз мы все живы, значит, никто из нас не является охотником на нечисть, — снова встряла Баньши. — А потому давайте успокоимся и разойдемся каждый по своим делам. Граф, в трюмо я больше не полезу. И вам не рекомендую. Прогуляюсь до города пешком. Вы идете? — обернулась девушка к старику.
— А то как же! — заковылял к двери Григор. — Ноги моей не будет под этими гнусными сводами… Разве что заверни мне остатки вон того цыпленка с собой. Путь неблизкий, а ужин остался в шинке.
Пока пенек с ушами суетился, раскладывая по салфеткам остатки трапезы, Граф наблюдал за Баньши. Та снова бродила вдоль стен и словно невзначай дотрагивалась до различных предметов.
— Ищете что-то конкретное? — не выдержал Влад.
Девушка резко обернулась. На лице застыло самое невинное выражение.
— Помилуйте, Граф, что мне может быть нужно в вашем доме? Тут кругом одни ненормальные, того и гляди заразишься.
Покрытый корой дверг сунул ей в руки сверток с едой и такой же отдал старику.
— Пойдемте, я дам вам лошадь, — вздохнул Влад. — Идти в темноте пешком через лес не всегда безопасно. Можно заблудиться. А обязанности хозяина требуют моего присутствия здесь всю ночь. Впрочем, если хотите, можете остаться на праздник. К утру я провожу вас лично или отправлю с вами Вррыка. Он как раз должен скоро объявиться.
— Благодарю, лошади будет достаточно, — кивнула Фея.
— Что за праздник? — оживился Григор.
— Ночь Безухих Неудачников. Турнир по игре в карты, призом в которой выступают уши противника. Вчера придумали, — похвастался Граф и лишь потом сообразил, что подобные увеселения могут показаться гостям чудовищными.
Баньши только фыркнула. Григор хищно повел носом, потер руками и скосил глаза на ушастый пенек.
— Хочу сначала забрать мой крест. Пусть малый проводит меня куда следует. Он у тебя вроде толковый. Да и страшненький, другие слуги его не тронут.
Дверг в негодовании затряс отростками, но не оторвал от хозяина преданного взгляда.
— Хорошо, Григор, иди. И ни в чем себе не отказывай. Сегодня ты мой гость.
Проследи, чтобы его никто не тронул, — обратился Влад к пню. — Не учудишь ничего нового, через три дня испытательного срока я тебя расколдую.
Деревянное существо запрыгало от радости и вперевалку припустило к двери. Старик, ворча под нос новые проклятия, потащился за ним. Баньши Граф лично проводил до конюшни и поручил заботам жеребца, который недавно вернулся от Анны. Наученный горьким опытом, предлагать коня в качестве подарка не стал. Просто объяснил, что тот сам вернется домой, как только Фея спешится с него, добравшись до места.
— Прощайте, Граф, — кивнула белобрысая бестия уже из седла. — Даст Кумара, мы никогда больше не увидимся.
— Кто такая эта ваша Кумара? — наморщил лоб Влад.
— Не такая, а такой. Водяной черт с премерзким характером. Настолько, что стал присказкой даже в среде нечисти, — рассмеялась Баньши. — И попросите все же ваших «некоторых» прочитать вам несколько лекций по ирландскому фольклору. Половина бестиария Изумрудного острова вокруг вас трется, а вы не в курсе, как с ними обращаться.