Покоритесь воле Ночи

– Это заслуга Девятого Неизвестного. И Модели. На этот раз сможешь задержаться там с нами?
– Постараюсь. Но вряд ли. Я пришел в Брот, чтобы приструнить коллегию. Герис, с чего это вдруг тебе взбрело в голову появляться из ниоткуда в доме у Анны? Мне и так постоянно приходится изворачиваться.
– Я же тебе объяснила – промахнулась. Старик не особенно хороший учитель. В основном до всего дохожу своим умом. Да и бывает он тут редко.
– Вы же говорили, – повернулся Хект к Делари, – что у нас с Герис нет способностей к колдовству.
– Врожденных нет. Камни и то способнее вас.
– В легендах и сказках часто рассказывают о волшебных камнях.
– Вот и я про то же. Но в данном случае дело в Кловене Фебруарене – он обуздал Модель. Именно в ней заключено волшебство. Ты мог бы сам научиться, если б провел несколько месяцев в подземелье и правильно настроился.
– Научиться может каждый?
– Со временем. Если проявит рвение.
– И даже те, кто там служит?
– Да, но тут действуют строгие ограничения. Именно так женщины попадают в подземелье и выходят из него, не потревожив дворцовую стражу. Но довольно.
В комнату друг за другом вошли Анна и дети.
На Анне красовался ослепительный наряд, который ждал ее в гостевой комнате в особняке принципата. Вэли и Лила были одеты поскромнее, но тоже весьма богато.
Хект сдержал смешок.
Пелла вырядился не хуже юного лорда – не забыл шелковые чулки и туфли с загнутыми носами, на которых позвякивали колокольчики.
– Великолепно, – восхитился кто-то.
В комнате успел появиться низенький старик в коричневом плаще – Кловен Фебруарен, Девятый Неизвестный.
– И все же что-то тут не так, – заявил он.
В дверях показалась Фельска.
– Ваша светлость, – обратилась она к Делари, – повариха хочет знать, когда подавать ужин?
– Полагаю, когда у нее все будет готово.
– Вот что не так: дети друг друга не задирают, – почти одновременно с принципатом выпалил Фебруарен. – Братья и сестры обычно как кошка с собакой. Девчонки должны потешаться над тем, как он вырядился.
– Некоторые юные господа воспитаны лучше прочих, – заметил Хект. – Сегодня я видел Хьюго Монгоза. Он вам послал весточку.
– Слышал-слышал. Я с ним лично все обсудил после твоего ухода. Опасаться стоит лишь Бронта Донето.
Хект многозначительно оглянулся на свое семейство – у всех ушки на макушке.
– Донето? Он еще что-то учинил?
Донето раскапывал прошлое Пайпера Хекта. И держал Пинкуса Горта на коротком поводке.
– Дружище Бронт нацелился на патриарший престол.
Если вдуматься, вполне вероятное развитие событий.
– Не слишком ли он молод? – поинтересовался Хект, снова многозначительно покосившись на Анну с детьми.
– Пайпер, можно кое-что и им рассказать, – заметил Фебруарен. – Конечно, чего не знаешь – не выдашь. Но и из-за того, что они многого не знают, могут сболтнуть лишнее.
Слова старика Хекта обеспокоили. Он вообще беспокоился из-за родных. Семья – твое уязвимое место. Враги вряд ли проявят милосердие, потому что он не доверяет свои тайны Анне и детям.
– Мне это все не нравится. Но вам виднее. Полагаюсь на ваше суждение.
– Вот уж спасибо, Пайпер, – усмехнулся волшебник.
– Научили бы Герис лучше целиться.
– Слышал-слышал. Ей просто нужно немного попрактиковаться. И лучше сосредоточиться. Ну вот и они. Похоже, Муно раздобыл нам ягнячью ножку.
В своем доме принципат Муньеро Делари пренебрегал многими фиральдийскими обычаями. Например, позволял детям трапезничать за одним столом со взрослыми. Хотя болтовни за едой не терпел.
Туркин и Фельска внесли первую перемену.
– Дедушка, – обратился к Фебруарену Делари, – мне, как и Пайперу, неспокойно. Но по другой причине. Если хочешь откровенничать, лучше сделать это в тихой комнате, за чашечкой кофе.
– Сдаюсь. Моя вечная оплошность, – согласился Фебруарен и по-мальчишески задорно улыбнулся Анне. – Паранойи мне недостает. Вот часто и влипаю в переплет.
– А еще из-за своих детских шуточек, – добавил Делари.
– Не могу иной раз удержаться и не воткнуть шпильку, – снова ухмыльнулся старик.
 
– Что там с чудовищем в катакомбах? – поспешил сменить тему Хект. – Сначала мне сказали, что его выследили и убили, а потом – что оно появилось снова.
Как это ни удивительно, принципат Делари покраснел.
– Не хочу себя выгораживать. И ныть тоже не хочу. Но оно воскресает снова и снова – потому что народ в нем нуждается.
– Зачем кому-то понадобилось злобное чудовище? – удивилась Анна.
– Сознательно его присутствия никто не желает, но беженцам просто необходимо бояться темноты. Они явились в Брот из деревни, там Ночь ведет себя весьма недружелюбно. А в городе все иначе. Ночью почти так же безопасно, как днем. Стараниями Пинкуса Горта. Так вот, чудовище им нужно, потому что они боятся темноты. С одним мы покончили, но вера и страх вскормили другое, прежде слабенькое Орудие. Именно вера дает ему силу.
– Вы имеете в виду?..
– Его можно одолеть, – перебил Хекта Кловен Фебруарен, – распустив слухи, из-за которых люди потеряют веру.
И тут вдруг под ногами содрогнулся пол.
– Что за дела? – в ужасе выпалил Туркин.
– Землетрясение, – предположила Анна.
Такой звук Пайпер Хект уже слышал – когда закончилась осада Арн-Беду. Тогда под башню заложили около тонны огненного порошка, но взрыв получился гораздо короче, да и трясло не так сильно.
– Где-то на юго-западе, – предположил Делари.
– Может, рванули склады Крулика и Снейгона.
На «Мануфактуре Крулика и Снейгона» делали огненный порошок и пушки для патриаршего войска. Если взорвалась именно она, это настоящая катастрофа.
– Плохо, – проворчал Кловен Фебруарен. – Тогда тебе придется начинать с самого начала. Если, конечно, ты не на одну карту все поставил.
Фебруарен, Делари и Хект вышли на улицу. В затянутое облаками небо поднимался столб подсвеченного красным дыма.
– Это не в дэвском квартале, – сказал Хект, а ведь именно там располагалась «Мануфактура Крулика и Снейгона». – Гораздо ближе. Да и если бы взорвалась «Мануфактура», горело бы сильнее.
– Пойду проверю. – С этими словами Девятый Неизвестный повернулся и исчез.
На глазах у Анны и детей.
– Тихо! – прикрикнул Хект.
К ним подбежали телохранители. Явился сам Мадук.
– Как считаете, что там стряслось? – спросил его Пайпер.
– Как и вы, мой господин, не имею понятия. Но думаю, где-то на складе с огненным порошком проскочила искра.
Занятно. Всем казалось, что взрыв произошел случайно. А если нет?
Хект обдумывал, как именно такое количество огненного порошка могло попасть в руки кому-то, кто не имеет отношения к патриаршей армии, и тут в небе полыхнуло. Грохот донесся до них лишь через несколько мгновений. «Стандартная бочка огненного порошка на двадцать четыре фунта», – догадался Хект.
– У тебя, мой мальчик, – заявил Кловен Фебруарен, – в загашниках припасено гораздо больше, чем ты готов признать.
Хект так и подскочил. Старик вернулся. Умудрившись при этом не переполошить Мадука, а ведь Мадук всегда с подозрением относился к старику в коричневом плаще.
– Хм…
– Вот и я о том же. Насчет взрыва – взлетела на воздух цитадель Бруглиони. Видимо, у них подвалы были набиты огненным порошком. Особняк рухнул – сначала в подвал, потом дальше в катакомбы.
Трудно было различить в полумраке, но Хект мог поклясться, что старик встревожен.
– Там наверняка никто не уцелел, – продолжал Фебруарен. – Даже хуже, чем тогда с ипподромом.
Принципат Делари поежился. Ведь тот взрыв устроил именно он – когда охотился на чудовище в катакомбах и весьма неудачно разместил бочку с огненным порошком.
– Что нам делать? – поинтересовался Пайпер.
– Если не станем вмешиваться, городские власти только обрадуются, – предположил Мадук.
– Верно, – согласился Делари. – Они и так злятся из-за патриаршего войска. Лучше выждать. Пусть делают свою работу. Они мастера своего дела. Понадобится наша помощь – пусть сами попросят.