Явление

Это был их первый разговор после родов.
– Как ты себя чувствуешь? – прежде всего, спросил он.
– Уже хорошо, – сказала она. – Любимый, я поздравляю тебя с рождением сына.
– Да-да, мне уже сообщили, – рассеянно проговорил он. – Он с тобой?
– Нет, ну что ты! – возразила Светлана. – Я лишь видела его через прозрачную перегородку. Он сейчас – в кувезе, – это такой аппарат, вроде инкубатора для недоношенных детей, – начала объяснять она. Между тем Иван вновь почувствовал слабость и головокружение; он должен был остановиться, прислонясь к стене в коридоре, и пытался слушать, что говорит ему жена.
  
– Тебя совсем не слышно. Ты еще там? – спросила Светлана.
– Да, родная моя, – тихо всхлипнув, отвечал он. – Я просто наслаждаюсь звучанием твоего голоса. Я так скучаю. Когда ты будешь дома?
– Врач сказала, что завтра, если всё будет в порядке, меня могут выписать, но я бы хотела остаться здесь и быть рядом с Эммануэлем…
– Ты всё-таки решила назвать его этим… экзотическим именем? – через силу усмехнулся Иван.
– Я знаю, тебе оно не нравится. И если ты возражаешь…
– Как я могу быть против твоего решения, особенно после того, через что тебе довелось пройти во время родов, – тяжело дыша, проговорил он.
– У тебя что-то с голосом, – заметила Светлана. – Ты что – на тренажере? В таком случае я не буду тебе мешать, занимайся.
Когда пропала связь, Иван, немного переведя дух, продолжил путь.
На другой день рано утром он вызвал такси к КПП Звездного городка и поехал в Москву, где посетил врача из частной клиники; тот сразу узнал знаменитого космонавта и осведомился у него с некоторым даже удивлением:
– Что же с вами случилось?
И тогда, чуть не плача, Иван выложил перед незнакомым человеком все свои жалобы – на тошноту и жажду, слабость, периодические боли и частые головокружения.
– Раньше такого не бывало. Выясните, что со мной такое. И, – он добавил, – я бы очень хотел, чтобы информация о моем состоянии не вышла за стены этого кабинета.
– Само собой разумеется. Мы свято храним врачебную тайну, – заверил его доктор, потом он осмотрел своего пациента и выдал ему направления на анализы.
Вернувшись домой, Иван чувствовал себя совершенно измотанным, он еле дошел до кровати и рухнул на нее, почти сразу забывшись спасительным сном.
День спустя он вновь сидел у московского врача, который некоторое время изучал результаты его анализов, глядя в медицинскую книжку пациента.
– Что там? – осведомился Иван, для которого эти несколько минут показались долгими словно вечность.
Врач наконец оторвался от чтения и внимательно посмотрел на него. Потом он сообщил:
– Анализ крови показал значительное снижение количества лейкоцитов, что характерно для лейкоза. Но те симптомы, которые вы описали, типичны также для лучевой болезни. Скажите, когда в последний раз вам доводилось бывать в местах, опасных в плане радиации?
– Радиация? Вы шутите? – удивленно переспросил Иван Демидов. – Как вам известно, я космонавт и полтора года назад вернулся из экспедиции на Марс. Во время этой миссии все мы подвергались воздействию космического излучения, но принимали необходимые препараты, а после возвращения проходили курс реабилитации. С тех пор много воды утекло, и у меня до недавнего времени не было никаких симптомов, как вы говорите, лучевой болезни. Да, всего два месяца назад я прошел мед. комиссию в Звездном городке, и ничего – меня признали годным к продолжению службы и утвердили в должности командира…
Он не договорил, закашлялся и попросил у врача воды. Потом отдышался. Врач же предложил ему госпитализацию в их клинике, на что Иван отвечал решительным отказом, но он согласился на дополнительные обследования, которые проходил весь остаток дня. Проведя это время в мыслях о своей болезни, Иван позабыл о Светлане и ребенке. Уже вечером, вернувшись в Звездный городок, он увидел на мобильном с десяток пропущенных звонков от нее.
– У тебя всё в порядке? – спросила она с беспокойством.
Он помедлил с ответом, но затем выдавил из себя:
– Да-да, хорошо.
– Ты весь день не отвечал, и я стала волноваться.
– Извини, дорогая, я просто забыл телефон дома. Так что, завтра за тобой заехать?
– Нет, не надо, я останусь здесь, с Эммануэлем, – сообщила она. – Представь, такая кроха! Я смотрю на него издалека, но мне пообещали, что вскоре я смогу взять его на руки. Жду с нетерпением этого момента…
Они еще немного поговорили, а потом Иван упал на кровать и провалился в забытье. В ту ночь ему снова снились кошмары, – он видел какое-то серое существо с большими черными глазами, которые были устремлены на него пристальным немигающим взглядом, что, казалось, проникает в самую глубь души. Иван не раз просыпался в холодном поту…
В последующее время он пытался жить как прежде. Но день ото дня ему становилось всё хуже и хуже. Он принимал препараты, назначенные доктором, которые давали временное облегчение его страданиям, но бледность лица, выступившие скулы и круги под глазами уже было невозможно спрятать от окружающих, подступавших к нему с расспросами. В ответ всякий раз он выдавливал из себя болезненную улыбку и ссылался на последствия легкого отравления: просто съел что-то не то.
Неделю спустя Иван вновь явился к врачу, который сообщил ему о результатах нового обследования:
– В вашем организме не выявлено признаков радиоактивных элементов. И это хорошая новость…
На мгновенье повисла пауза.
– Но, стало быть, есть и плохая, – догадался Иван Демидов. – Доктор, скажите всё, как есть: что со мной?
– Обследование показало изменения, произошедшие в вашем организме на генетическом уровне.
– Что это значит? Поясните, – потребовал Иван.
– В структуре ДНК наблюдается аномалия, произошел какой-то сбой в работе клеток, что приводит к их массовой гибели. И этот процесс невозможно остановить, – не глядя на своего пациента, проговорил врач.
Иван стал бледнее восковой свечи.
– То есть… Вы хотите сказать, что я обречен?
Эскулап посмотрел на него без тени жалости в глазах.
– Увы, медицина зачастую бессильна, когда речь идет о наследственных заболеваниях.
– Наследственных? – переспросил, гневно повысив голос Иван Демидов. – О чем вы говорите? Я родом с Алтая, и у моих родителей было отменное здоровье. Они дожили до преклонных лет. Я и сам ни на что не жаловался вплоть до последнего времени.
– Я понимаю ваше состояние, но прежде всего сейчас вам надо успокоиться. Лишний стресс вам навредит и станет только хуже…
– А что может быть еще хуже?! – мрачно усмехнулся Иван. – Вы мне сообщаете, что я скоро умру, потому что мой организм сошел с ума, по какой-то причине запустив программу самоликвидации… Вы ведь понятия не имеете, что со мной!
В кабинете врача на некоторое время воцарилась тишина.
Наконец Иван Демидов поднялся с места. Доктор молча протянул ему новые рецепты на сильнодействующие препараты, которые должны были облегчить страдания умирающего человека. Иван взял эти листочки, после чего хотел было разорвать их на мелкие кусочки, чтобы бросить ему в лицо, но в последний момент взял себя в руки и двинулся к выходу. Уже у дверей он остановился и, с трудом сдерживая слезы, осведомился у врача:
– Сколько времени мне осталось?
– Мы до сих пор не сталкивались ни с чем подобным. Быть может, счет идет на недели или даже дни. Советую вам забыть про космос и провести это время со своей семьей.
***
Иван Демидов не помнил, как остановил такси и доехал до Звездного городка. Иван опомнился лишь когда оказался в своей квартире, – там он рухнул на диван в гостиной и некоторое время часто-часто дышал. Боль пронзала, словно лезвиями, всё его тело, в котором, казалось, не осталось ни одного места, что не причиняло бы мучительного страдания. Дрожащей рукой Иван полез в карман брюк, где был прозрачный флакон с лекарством и опрокинул его: на ладонь высыпалась целая горсть таблеток, – он взял две из них и тотчас проглотил, не запивая водой. Оставшиеся на руке пилюли Иван хотел положить обратно в пузырек, но внезапно остановился – в тот момент он чувствовал себя настолько плохо, что пришла отчаянная мысль: будет лучше покончить со всем разом, приняв убийственную дозу этого сильнодействующего препарата…