Придворные памфлеты (СИ)

Даже зимой в наших оранжереях зрели ананасы и бананы, а мой маленький Никита игрался в саду с золотыми рыбками, плескавшимися в тёплом пруду с лотосами и лилиями. Наши специально выписанные из Швейцарии коровы круглый год давали необыкновенно вкусное молоко, из которого мы начали делать знаменитые пикантные сыры Бестужевых, и теперь у меня их регулярно заказывали к самому царскому столу!
Так вышло, что пока мой беспутный граф Бестужев совершенно по-скотски развлекался со всеми девками, которых только мог покрыть, я с головой ушла в хозяйство, добившись необыкновенных высот в этом деле, и сама этого не желая, заработала определённую репутацию деловой женщины и невольно привлекла к себе внимание всего королевства и знати.
И если раньше мы жили совершенными затворниками в своей глуши, то теперь весть о моём необыкновенном хозяйстве облетела всю империю, и к нам посыпались, как плоды из рога изобилия, бесконечные визитёры и гости, которые мечтали заключить с нами выгодные сделки и выведать секреты ведения хозяйства, которыми я со всеми охотно делилась. Потому что не было никакого секрета: вся моя жизненная энергия и нежность, которые должны были быть направлены по праву на моего супруга, текли по другому руслу, приумножая моё богатство.
  
Охота. Глава 3
 
Не могу сказать, что я не уставала от бесконечных гостей. Но, с другой стороны, всё, что шло на пользу моему делу, я принимала с великой радостью. И с тщательностью рачительной хозяйки давала званые обеды, чтобы ещё больше поразить деловых людей своими возможностями и размахом.
Я получила в браке беспутного развращённого мужа, но и преумножила наше состояние в несколько раз, по праву надеясь, что моему сыну Никите достанется солидное наследство.
Я совершенно перестала думать о себе как о женщине, предпочитая в своей повседневной одежде сдержанные тёмные цвета и более чем скромные фасоны, полагая, что обольщать мне совершенно некого, а громкую славу я сникала благодаря своей деловой хватке, а отнюдь не женским прелестям.
Поэтому я весьма была удивлена, когда в один прекрасный день ко мне пришёл целый поезд великолепных модных нарядов, сопровождаемый портным, который представлял весь этот бесполезный для меня груз. Я была вынуждена оторвать своего беспечного супруга от обычных увеселений и вызвать его на разговор:
— Потрудитесь объясниться, сударь, — в гневе начала я. — Откуда были выписаны все это дорогие наряды! И для кого, позвольте узнать!
— Ах, моя дорогая сердитая жёнушка, — со сладкой улыбкой на устах стал приближаться ко мне граф, и я вся мысленно сжалась от отвращения, опасаясь, что он начнёт свои обычные домогательства. — Я решил, что вам не пристало одеваться как обычная домоправительница. Тем более, когда к нам едут такие знатные и изысканные гости.
— Какие гости? — не поверила я своим ушам. Всех посетителей усадьбы принимала я лично, и не предполагала, что я кого-то смогла позабыть.
— Ах, расслабьтесь, моя милая Китти, — проворковал мой супруг, вальяжно развалившись в кресле. — Я решил, что раз уж мы стали такой достопримечательностью, то неплохо бы устроить небольшой приём для высшего общества в нашей усадьбе. К тому же, я уверен, это пойдёт на пользу вашим деловым контактам.
— Но позвольте, Серж, какой приём! — даже не заметила я, как назвала своего мужа именем, которое позволяла только в самом начале нашего брака и только в самой интимной обстановке.
— Китти, вы там много всё время трудитесь, что я решил дать вам небольшой отдых, — поднялся мой супруг с кресла и нежно взял мою ладонь в свою. — В конце концов, небольшой приём никому не помешает, — галантно поцеловал он мою руку и задержал свои губы на моей коже чуть дольше, чем того требовали приличия и обстоятельства.
И более ничего. И на какую-то долю секунды мне вдруг померещилось, что если бы не его постоянный беспросветный блуд и кутёж, у нас, возможно, что-то и могло получиться… Но я тут же отринула эти бесполезные сентиментальные мысли в сторону.
  
— Я глубоко ценю вашу заботу, граф, — снова напустила я на себя привычные холодность и сдержанность. — Но позвольте узнать, когда же вы мне собирались сообщить о планируемом приёме? — задала я резонный вопрос. — К тому же мне необходим список всех гостей, чтобы распорядиться о том, чтобы их всех разместить в нашем поместье с подобающими их званиям и рангам почестями.
— О, об этом не беспокойтесь! — с улыбкой отвечал мне мой супруг, снова вальяжно развалившись в кресле французской работы. — У вас есть целая неделя, чтобы подготовиться к достойной встрече. А что касается гостей, совсем немного, Китти, несколько друзей моего детства, пару фрейлин, один французский герцог и князь Пышкин… — начал он беззаботно перечислять самые именитые титулы империи, и тут у меня уже щёки вспыхнули от гнева:
— Всего несколько князей и герцогов, милорд?! Я понимаю, что за вашими легкомысленными занятиями вам недосуг размышлять, чего стоит принять, достойно встретить и разместить весь этот цветник придворной знати, — начала я свою гневную тираду, уперев руки в боки, но граф Бестужев перебил меня:
— О Боже! Вы только посмотрите на себя, Китти! В кого вы превратились! — сокрушенно покачал он головой, — из юной утончённой графини, прекрасно образованной и воздушной — в базарную девку, помещицу, которая целыми днями пересчитывает в амбарах мешки с зерном! Ах, мне жаль, что вас это известие так потрясло! Я ведь хотел вас немного развлечь и отвлечь от ваших беспрестанных трудов! Прошу, дайте себе шанс, — с улыбкой проговорил он, уже выходя из кабинета.
Оставив меня раскрасневшуюся и учащённо дышащую от гнева стоять в одиночестве, размышляя над его словами. Возможно, на этот раз мой супруг прав? И я в действительности превратилась в одну из этих вечно недовольных несчастных жён, не способных вызвать интерес у кого бы то ни было, включая и своего супруга…
Ну что же, в тот день я занималась нелёгким трудом: подгонкой и сортировкой всех этих невообразимых нарядов, которые мой беззаботный супруг назаказывал мне в подарок. И в тот вечер я решила опровергнуть его слова, чего бы мне это не стоило.
В одном из сундуков я нашла прелестные тончайшие шёлковые чулки с чёрными бархатными завязками сверху, и глядя на них размышляла, когда же я позволяла себе подобные наряды.
— О, мадам, это очень модная штучка, — подобострастно стал объяснять мне француз-портной, прибывший вместе со всем этим ворохом нарядов. — Все дамы высшего света при дворе французского императора нынче носят такое, — продолжал он. — Поговаривают, что даже фаворитка… — было начал он, но я сдержанно прервала его излияния:
— Хорошо, а теперь займёмся подгонкой вот этого изумрудного платья.
Но вернувшись в свои покои одна, я заперлась и сняла с себя всю одежду и встала перед большим зеркалом совершенно обнажённой, внимательно рассматривая себя. И мои руки сами помимо моей воли потянулись к шёлковым чулкам, и я натянула их на свои стройные ножки, завязав бархатные подвязки бантами…
  
Охота. Глава 4
 
В ту ночь я не спала. Я лежала поверх своего покрывала с открытыми глазами, полунагая, и чувствовала, как пылает под тончайшим шёлком моё разгорячённое тело. И возможно, в первый раз за все годы своего брака я задумалась, что же так привлекает моего мужа и многих женщин в этих странных занятиях любовью.
Но чего бы мне это ни стоило, в тот вечер я твёрдо вознамерилась это узнать и испытать на себе. Я прислушивалась, когда затихнут все звуки в нашей огромной усадьбе, когда все слуги и челядь разлягутся по своим местам и коморкам, чтобы совершить немыслимое. Самой прийти ночью к своему мужу и отдастся ему.
И хотя я понимала, какой это непристойный поступок, моя жизнь и удары, которые я постоянно получала от судьбы, весьма сильно закалили мой характер, а постоянное общение с деловыми людьми и купцами очерствили мою тонкую нежную душу, и поэтому в тот вечер я бы не побоялась ничьих оценок и пересудов.