Мой хитрый Лис. Принцесса в Академии Оборотней (СИ)
Ее движения и жесты поражали отточенностью и чисто звериной, кошачьей грацией, а тембр голоса, бархатный и ровный, едва звенел странным холодом, спрятанным очень глубоко.
— Умение создавать артефакты и вливать в них силу даётся не многим, и я буду искренне удивлена, если хотя бы половина из вас сдаст мой предмет в конце семестра с первого раза. Но всегда есть возможность дополнительных занятий, однако, скажу сразу, что мое время крайне ценный ресурс, разбрасываться которым я не намерена. Мисс Томсон, дайте определение артефакту.
Услышав фамилию, с которой рассталась ровно год назад, я вздрогнула. Любопытно. Профессор просто ошиблась, или...
— Я жду, ну же, — поторопила она меня, а пальцы Миллс вдруг впились в столешницу, отчего она едва слышно затрещала.
Ну что ж, ответ я знала.
— Артефакт — немагический изначально предмет, впитавший магическую силу и проявивший вследствие этого определенные свойства.
— Допустим, — с легкой досадой в голосе проговорила женщина и ловко спрыгнула на пол, даже не пошатнувшись на внушительных каблуках. Я слышала, как сзади принялись перешептываться. — В руках неопытного артефактора свойства могут проявиться самые непредсказуемые, поэтому каждую вашу дилетантскую поделку я буду проверять лично.
Какое-то время она рассказывала о своих работах, которые выкупали еще на этапе проекта сами альфы кланов, а во мне росло и ширилось, как воздушный шарик, плохое предчувствие.
— Мисс Томсон, а что скажете по поводу классификации артефактов?
— Мне кажется, профессор, вы ошиблись, — подал голос Эван. — У Дианы другая фамилия.
Ох, мило. Значит, близнецы уже навели обо мне справки. А мне было приятно думать, будто для них я еще одна обычная студентка. И тем не менее, поддержка этих двоих помогла мне набрать в грудь воздуха.
— Не знаю, не знаю, — пройдя к своему столу, Миллс взяла в руки черную записную книжку, открыла, и пробежала по странице глазами. — У меня записано Томсон. Я, конечно, уточню у ректора этот момент, но точно не сейчас. Вы знаете ответ на мой вопрос или нет?
— Ограниченные по времени воздействия и не ограниченные, — отчеканила я. — Так же можно сплести ограничение по площади воздействия и силе.
— И как это сделать? — Тут я растерялась. Моих скромных познаний, которые я почерпнула от мамы, хватало лишь на общие определения. Но вот способ... Этому ведь нас и должны учить на курсе, разве нет? Пока я смотрела на сцепленные в замок ладони, покоящиеся на столе, Миллс нависла сверху и не отходила ни на шаг. — Ответ, Томсон, я жду.
— Я не знаю. Но если вы считаете, что фамилия, с которой я родилась, мне не приятна, то вы ошибаетесь.
— Да, так я и думала, — не нужно было видеть, чтобы понять, что алые губы растянулись в победной ухмылке. Кажется, мой выпад ее лишь позабавил. — Отличный пример, когда мозги не идут в комплекте с голубой кровью.
Тут уже понадобилось все мое самообладание, чтобы унять огонь внутри, вызванный этим заявлением.
— Спокойно Ди, — шепнул Ивар, подаваясь вперед как только Миллс отошла и принялась вещать. — Она тебя провоцирует.
— Я это и сама поняла, не дура — зашептала я в ответ. — Вот только зачем? Я ее вижу первый раз в жизни.
— Ревнует, — тут же отозвался он, поражая своим умозаключением.
— Это к вам что ли?
— Без понятия. Мы, конечно, огонь, но чтоб настолько...
Я хмыкнула. Огонь, как же. Для меня, скорее, близнецы были двумя шикарными проблемами. Хотя...
Догадка лениво коснулась мозга, но тот вцепился за нее и не думал отпускать.
Ректор! Я видела этих двоих на балу, и профессорша явно оказывала оборотню знаки внимания. И могла заметить, что похожие знаки он оказывал мне. Да меня ведь поселили рядом с ним, буквально повесив на лоб черную метку! Чертов Аарон Ромеро уже начал портить мне жизнь!
Ну что ж, сцепив зубы, я приняла твёрдое намерение терпеть ее ядовитые уколы, которые сыпались, как из рога изобилия. Злость на Ромеро помогала мне держаться почти до конца лекции.
Почти.
— Хорошо, сегодня мы попробуем влить несколько искр силы в заготовку, из которой в последствии сделаем простенький артефакт шумоподавления. Работать он должен в пределах одного конкретного помещения и ровно шестьдесят минут.
— П-ф-ф. Что можно успеть за шестьдесят минут? — насмешливо протянули за спиной. Кажется, у меня скоро разовьется аллергия на шутки Эвана. — Даже не разогреться толком.
О да, уж братья точно поняли назначение этого артефакта. Позёры, блин! Но нужно отдать им должное, мое напряжение, как и всех остальных, слегка ослабло. Послышались взволнованные шепотки типа: “А мы сможем потом его оставить себе” или “давайте сделаем несколько”. В условиях общежития по большей части похотливые оборотни явно оценили полезные свойства артефакта.
Раздав всем по небольшому осколку прозрачного кварца и пресекая разговоры, Миллс прохаживалась вдоль рядов и настойчиво совала нос в работу каждого. И я бы порадовалась ее интересу к другим, если бы у меня хоть что-то получалось! А получалась лишь дырка от бублика. Ноль, полный и беспросветный!
Черпать искру магии можно лишь у проявившегося зверя, который копил ее до совершеннолетия, а потом и с каждым новым полным оборотом. А с этим у меня были огромные, просто колоссальные проблемы. И они увеличились, когда профессорша с неотвратимостью ледокола приблизилась ко мне.
— Ну что, — она взяла кварц и посмотрела сквозь него на солнечный свет, льющийся из окна. Хмыкнула и вернула на место. — Неужели не выдали ни капельки? Давайте, мисс Томсон. Хоть искру. Даже бездарность может черпать магию у второй ипостаси.
— Мне нужно еще время, — сквозь зубы прошептала я, сцапала несчастный камень и вновь стиснула в руках.
— А мне нужен результат. Как прикажете обучать вас, если вы не в состоянии освоить такую простую вещь?
— У меня получится, можете не сомневаться.
— Отлично, — она будто вцепилась в меня когтями и не отпускала. — Это мне и надо. Покажите.
Надо было выдохнуть, успокоиться, но ничего не путного выходило. Я и не заметила, как руки предательски затряслись, выдавая мое болезненное напряжение с головой. Пришлось прикусить щеку изнутри, вновь сосредоточиться и постараться отрешиться от ее насмешливого голоса, которому вторил гомон и хихиканье некоторых студентов сзади. Уверена, среди них злорадствует Наисса и ее свита, упиваясь возможностью лицезреть мои страдания.
Чертов этот внутренний зверь! Где ты лазишь, когда так нужен?! Меня из-за тебя прилюдно распинают, а я ничего не могу сделать, потому что в этом бессильна!
Пальцы побелели. Внутри, как бешеное, забилось сердце, а неровные грани кварца, казалось, навсегда отпечатаются на моей ладони.
Бух!
Я резко вскинула голову до боли в шейных позвонках и успела заметить мусор, оседающий на пол, и урну, которая точно минуту назад стояла в нескольких метрах, у двери.
В следующее мгновение произошло так много всего, что я потом еще долго приходила в себя, восстанавливая события этой минуты.
Все осколки кварца, кроме моего, взлетели к потолку. Даже те, которые студенты держали в руках. Кто-то пытался подпрыгнуть, залезть на парту и достать свой будущий артефакт, но лишь хватал пальцами воздух.
Потом, под удивленные выкрики, камни закружились в дьявольском хороводе, отражая и преломляя свет, льющийся из окон. Миллс лишь ошарашенно хлопала глазами, отходя на несколько шагов и вжимаясь тылом в свой собственный стол.
Начался хаос. К камням добавились и чьи-то тетради, разбрасывая в воздух листы. Я крутила головой и не понимала, что вообще происходит и кто за это ответит. Хоть бы не я! Я вообще ни при чем!