Надуй щеки! Том 10 (СИ)

— Я. А что вы хотели?
— Я Чхве Сонъюн. Прибыл по поручению Юми Нам в ваше общежитие, а тут какой-то дурдом творится! Всё перекрыто и теперь меня не выпускают! А где вы?
— В заложниках, — ответил я. — Но надеюсь это ненадолго.
— А мне-то что делать? Я должен был только забрать какие-то предложения и уехать!
— А вы пока подумайте над креативным подходом к продаже тыквоуток, — ответил я, понимая, что весь этот звонок в данных декорациях кажется лютым сюрреализмом.
  
— Вытащи меня отсюда!
— Как только освободимся сами. Форс-мажор, дружище, ничего не поделаешь.
Он хотел мне сказать что-то ещё, но у меня не было времени. Ситуация развивалась слишком стремительно, поэтому нужно было заниматься совершенно иными делами.
Я скинул номер, после чего отправил его временно в ЧС, чтобы не мешал мне сосредоточиться на текущем.
Следом я сразу же набрал Юми. Всё это я делал в дальнем углу и старался не кричать, но всё же не был уверен, что меня не слышат. Это было не очень хорошо, однако выбора у меня просто не было.
— Привет, Гису, — голос у Юми был уставший и какой-то сильно повзрослевший, как будто я уже разговаривал с молодой женщиной, а не беззаботной девчонкой.
— Привет, Юми, — ответил я, стараясь, чтобы мой голос звучал, как обычно. — Мне нужна твоя помощь.
— Что-то случилось?
— Да, нас тут со всеми олимпийцами взяли в заложники, но ты не переживай, с нами всё в порядке.
— Что⁈ Как там Чан? Дай мне его немедленно!
— Сейчас дам, подожди, я тебе по серьёзному делу звоню.
— Да что может быть серьёзней⁈ — однако она перестала требовать Чана немедленно, и это уже было плюсом.
— Итак, вместе с нами в университете находится племянница президента. Это конфиденциальная информация и находится она тут не под своим именем, а под псевдонимом.
— Срань господня.
— Не совсем, но президент попросил меня присмотреть за ней. Однако, она уже успела сбежать из своей аудитории, и не исключено, что она уже в лапах бандитов.
— Охренеть!.. — Юми на некоторое время замолчала и только дышала в трубку, не зная, что и сказать. — Так, а я-то чем могу помочь? — спросила она через минуту.
— Мне нужно, чтобы ты задействовала все свои ресурсы, а желательно и ресурсы отца, чтобы дать максимальное оповещение по всем СМИ о том, что племянница президента находится тут, в здании университета.
— Зачем? — судя по тону, Юми вообще не понимала, чего я хочу добиться и каким образом это может помочь.
— Надо, чтобы бандиты точно знали, у них под носом находится очень жирный кусок. Я про статус, разумеется.
— Но, если она и так у них в руках…
— Этого они, скорее всего, не знают, иначе мой план не сработает.
— Гису, я в шоке, если честно. И от того, что у тебя есть план, тоже.
— Так вот, ты вместе с сообщением передашь приметы племянницы президента. Запоминай их как следует…
* * *
Вечер прошёл в томительном ожидании. После того, как сумерки окутали университетский комплекс, внизу зажгли прожекторы, которые направили на наши окна. Я так понимаю, освещение тоже было круговое, чтобы ни одна мышь не проскользнула.
Мне даже стало интересно, а они также перекрыли все коммуникации? Даже по моим скромным данным отсюда наружу вело около десятка разных туннелей. Если бы речь шла только о моей с Чаном жизнях, я бы давно выбрался и оказался далеко. Вот только вышло так, что интересы наши пока были внутри.
Сейчас выходы волновали меня совершенно по другой причине. Дело в том, что я кое-кого ждал.
Практически весь мой день прошёл в созвонах и координации действий нужных мне людей. Если у нас всё получится, то существовал не иллюзорный шанс, что все сопричастные резко поднимутся в статусе. А это уже было мне максимально на руку.
И вместе с тем, мне не совсем было понятно, почему медлят спецслужбы. Видимо, действительно президент дал команду просто оцепить здание, никого не выпускать и никого не впускать. Но они же могли вывести всех учеников и, скажем, прогнать всех сквозь фильтрацию.
Хотя, возможно, это в кино было бы легко, а в жизни есть много разных нюансов, которые надо учитывать.
Вместе с тем была ещё позиция преступников. Что им нужно? Ну, разумеется, выбраться из помещения, прихватив с собой реагент. Почему они этого до сих пор не сделали?
И вот именно ответ на этот вопрос и давал мне определённые перспективы.
Когда уже совсем стемнело, и в животах у многих принялись «петь киты» от голода, в дверь тихонько поскреблись. Это можно было бы вообще принять за случайный звук, если бы он не был условным, оговоренным мной сигналом.
Открыв дверь, я увидел уже знакомую мне по одному прошлому делу девушку по имени Лиза. В руках она сжимала довольно объёмный рюкзак, покрытый пылью и паутиной.
— Катакомбы тут так себе, — сказала она вместо приветствия.
— Ты выяснила то, что я просил?
— Разумеется, — кивнула Лиза. — Есть три самых нормальных варианта. Я, собственно, потому и задержалась.
— Отлично.
— Вот еда и вода, — девушка стремительным профессиональным взглядом окинула собравшихся в аудитории старшеклассников из разных школ. — Как ты и просил. Когда начинаем?
— Ты знаешь, что гласит первая заповедь французской проститутки? — спросил я, видя, что в прибывшей девушке просто кипит жажда действия.
— Откуда бы?
— Так вот, первая заповедь французской проститутки гласит: не суетись под клиентом, клиент потеет, соскальзывает.
Тут засмеялись все, кто меня слышал, но смех был явно нервным. А я подумал, что можно было бы разрядить ситуацию и устроить что-нибудь вроде марафона анекдотов. Правда, затем вспомнил, что в Корее этот жанр не особо развит. Ладно, будем выкручиваться по ситуации.
— Ситуация должна настояться, — проговорил я, обращаясь к Лизе и к Чану, который стоял рядом и впитывал каждое слово.
После разговора с Юми он стал гораздо более собран, но и молчалив тоже.
— Как мы узнаем, что пора?
— Будут знаки, — хмыкнул я.
Тем временем рюкзак с едой занял место в центре аудитории, и все участники из нашей группы с жадностью набросились на сендвичи, бургеры и прочий фастфуд, который принесла с собой Лиза.
Мне оставалось только гадать, каких усилий ей потребовалось, чтобы протащить это внутрь. Но главное было не в этом. Лиза по моей просьбе разведала сразу несколько туннелей, по которым реально было уйти из здания прочь.
Теперь осталось только дождаться сигнала.
— Ты узнала что-нибудь о преступниках, — спросил я Лизу после того, как она прошлась по аудитории, и прикинула, где находится относительно внешней обстановки.
— Да. Точнее, узнала не я, но вот вводные: это представители так называемого Движения Свободы. На деле — обычные беспредельщики. Вбили себе в голову, что должны освободить Корею. От чего именно — хрен их знает. Но для своих действий им нужно было мощное оружие. Именно его они тут и собираются захватить.
— Я примерно так и предполагал, — я кивнул и откинулся на спинку неудобного стула, однако в глазах собеседницы вновь увидел нетерпение.
— Ты так рвёшься в бой?
— Я давно не участвовала в больших замесах, — она покачала головой. — Скучно.
— Или одиноко? — поинтересовался я.
Лиза внезапно отвела глаза. И как будто бы хотела что-то ответить, но не стала.
— Если нравится, не отвергай, — проговорил я едва слышно. — Он теперь совсем другой.
— Да я…
Её прервал телефонный звонок. Тот самый, который я и ожидал.
— Гису, — раздался взбешённый голос президента, — какого хера ты творишь⁈
  
Глава 20
   
— Что-что ты хочешь, чтобы я сделал? — Юми впервые слышала голос отца таким обескураженным.
Несмотря на всё то, что происходило в их отношениях в последнее время, девушка решила обратиться за помощью именно к нему. После разговора с Гису она чётко поняла, что просто не имеет пока таких возможностей, чтобы осветить ситуацию быстро и глобально по всей стране.