Трудный ребенок 2

— Ну, что тут ответишь?
— Ура! Получилось! — радости Джуниора и Трикси, да и Эни с мистером Хилли тоже не было предела.
Совершенно противоположные чувства испытал при виде сына, страстно обнявшего очаровательную медсестру, Большой Бен.
Убедившись, что с Ниппи ничего не случилось, старик тут же вспомнил о свадебном ритуале, который стоил уйму денег. Старина Хилли бросился разыскивать непутевого наследника, сбежавшего от богатой невесты.
— Что, черт возьми, ты делаешь? Иди сейчас же и соскреби свою невесту с ковра.
— Какую невесту, папа? Я не собираюсь жениться на Луанде. Я нашел себе другую жену. Посмотри, какая она!
— Кому какое дело, кого ты нашел! Ну, красивая… Луанда Дюмор — это золотая жила. Она стоит миллионы.
— Папа, если она тебе так нравится, ты на ней и женись.
— Что, я? А и правда, почему бы и нет. Действительно…
И моментально возненавидев оставшегося близ Луанды очкастого толстяка, Большой Бен тут же позабыл о сыне, о его новой невесте и даже о Ниппи. Он вихрем бросился вниз.
Указав на удаляющегося с реактивной скоростью отца, мистер Хилли с гордостью заметил:
— Ну, каков у меня старикан? Молодчина!
— Я думаю, мисс Дюмор он понравится.
— Да, у нас в семье мужчины хоть куда. Джуниор, да подойди ты сюда. Знаешь, я хочу за все извиниться. Ну, что я тебе не верил, и там всякое другое. Луанда действительно не любит детей. Спасибо, ты меня выручил!
— Ну что ты, папа. Ни для кого другого я бы этого не сделал. Мы бы этого не сделали, правда, Трикси?
Внизу, там где застыл Камень Любви, придавив многотонным весом Луанду Дюмор, мистер Смитт пытался в одиночку сдвинуть тяжеленную глыбу. Он мог провозиться, вызволяя госпожу, до вечера. Но тут подоспел Большой Бен.
— Раз, два, три, взяли! Пошел, пошел!
Камень медленно, словно нехотя качнулся раз, еще раз — и откатился в сторону. Побледневшая, но со счастливой улыбкой на дорожке лежала Луанда. Камень вдавил в мягкий песок, на который была уложена ковровая дорожка, ее ягодицы. Вот это был напор! Теперь, возможно, мисс Дюмор могла дать этнографам интересную версию, почему шар назвали Камнем Любви и как этим гигантским предметом пользовались индианки. Никакой мужчина не способен дать те ощущения, которые вызвала в возбужденной женщине тяжесть, медленно вдавливающая в податливую теплую землю ее тело.
— Позвольте, я помогу… — мистер Смитт с обожанием глядел на похорошевшую госпожу. Но несчастлива была судьба секретаря мисс Дюмор: быть всегда рядом, но никогда — вместе.
— Отойди, болван, я сам помогу, — Большой Бен оттолкнул толстяка и легко, как пушинку, поднял богатую невесту, вырвав ее из углубления в ковровой дорожке.
Мисс Дюмор, однако, проявила совсем не много радости по случаю своего избавления:
— Уберите руки. Я ненавижу всю вашу семью!
— Ну, Луанда, ну перестаньте, Я же не такой, как они. В отличие от них, я люблю вас! — и Большой Бен обхватил женщину за талию.
Почувствовав железную крепость объятий, мисс Дюмор задрожала, как в лихорадке. Только что испытанное чувство повторялось. С уважением посмотрев на седовласого красавца, Луанда решила, что он положительно более сексапилен, чем его неблагодарный отпрыск.
— Вы сказали, что вы меня любите? О, обнимите меня! Крепче!
Так в один день в маленьком Нортвиле обрели счастье сразу две пары молодоженов. Каждый получил то, что хотел, нашел то, что искал.
Но картина будет неполной, если забыть упомянуть, что даже в такой момент оба трудных ребенка, Трикси и Джуниор, не стали благоговейными свидетелями того, как обыденно понимается счастье взрослыми. Ведь куда веселей, если рядом взмывает вверх свадебный торт, в небе разваливается на две половинки, одна из которых падает на Луанду и старика Бена, а другая — на Эни и Бенджамина Хилли. Вот тогда всем действительно весело.
Технология же фокуса проста до изумления: нужно подложить под громадный торт взрывпакет и поджечь фитиль. Вот так-то!