Не борись со мной, малышка

– Мужик, ну ты и борзый, – тряся головой, говорит один из моих обидчиков.
– В спасателя решил поиграть? – стонет второй.
– Да ты… Да тебя… – пытается что-то сказать третий.
Всей бандой они поднимаются с земли, поправляют одежду и вроде как готовятся напасть. Однако майор будто ничего не слышит и не видит.
– Ты как? – спрашивает он у меня. – Эти идиоты, надеюсь, не успели ничего сделать?
  
Внимательно осматривает лицо и шею. По одной профессионально, со знанием дела изучает руки.
– Только напугали. Все нормально, – признаюсь, поглядывая на приближающую троицу.
– И совсем заморозили. – Майор растирает мои ладони своими горячими лапами.
Приятно до слез. Почти как все то, что этот самоуверенный наглый мужчина делал со мной прошлой ночью. И чуточку тревожно.
– Слушай, мужик, ты совсем отбитый? – Усатый прихватывает с земли какую-то палку и демонстративно замахивается.
Не знаю, столько остается до удара. К ужасу понимаю, что майор и не собирается защищаться. Закончив с моей правой ладонью, он принимается за левую. А когда палка опускается в его сторону, ловко сдвигается влево.
– Шустрый, – злобно цедит усатый. Второй раз поднимает палку. Но вместо еще одного замаха ловит свое орудие зубами и улетает назад.
– Сука! Ты мне ответишь! – рычит трезвый и тоже идет на нас.
В свете фонаря вижу потемневшие от ярости глаза и сжатые кулаки. Однако майор больше не уклоняется. Достав из кармана удостоверение, он тычет им в лицо ублюдку и легко, как кеглю в боулинге толкает его на землю.
– Звезда вам! Нападение на сотрудника. Группой лиц, да еще в состоянии алкогольного опьянения, – короткими, словно выстрелами, предложениями произносит майор. – Сейчас все у меня кататься поедете! Далеко и надолго.
– Блядь, мент… – Несмотря на двойной полет в стену, усатый реагирует быстрее всех. – Валим! – кричит так громко, будто собрался эвакуировать всех гостей клуба. И, не поднимаясь, ползет назад.
– Заранее не мог сказать?! – с обидой возмущается трезвый и, подняв руки вверх, пятится к машине.
Это не самая героическая картина побега. Подонки так спешат уехать, что чуть не сбивают своего третьего товарища. Но мне от всего этого становится хорошо.
На радостях губы сами растягиваются в улыбку, а затем и вовсе… тянутся к колючему подбородку.
– Не туда ты, сладкая, целуешь! Ой, не туда! – мой вчерашний амбал-неандерталец звонко цокает и сам исправляет мою ошибку.
– Я… – хочу сказать, что не собиралась его целовать, но шустрый язык уже во рту, а загребущие лапы уверенно мнут несчастный зад.
Именно этого я боялась целый день. Именно об этом вспоминала каждую свободную минуту.
– Охренеть, какая ты вкусная… – оторвавшись от меня, хрипит майор.
– Я не пирожное и не конфета.
В голове вата, за ребрами перезвон.
Прижимаю ладонь к горящим губам и вздрагиваю от контраста.
– Вот я тоже не распробовал! – оскаливается мой эротический маньяк и глазами указывает в сторону своей машины.
На этот раз вопросительно! Словно я равная и действительно имею право возразить.
В напичканных адреналином извилинах тут же рождается ответ «нет». Воображение услужливо подкидывает мне картинки с заждавшимися клиентами и вопящим старшим администратором.
Но небольшая заминка на все эти размышления оказывается фатальной.
– Молчание знак согласия, – радостно перебивает меня майор и несет безвольный куль из куртки и моей обалдевшей тушки в машину.
***
На заднем сиденье тесно, неудобно и темно. Я конечно сопротивляюсь. Не позволяю целовать себя в губы, запрещаю прикасаться к груди и залазить в трусы.
Борюсь и с собой, и за себя.
– Не смей! Только попробуй! – повторяю этому похотливому монстру, но он мастерски обходит все запреты и сопротивление.
– А если так? – целует за ухом. – А давай ты сверху?! – посасывая мочку, усаживает меня на свои бедра.
Мысленно кричу ему: «Нет!»
Клянусь внутреннему голосу, что ни за что не стану слушаться мерзавца. И сама не замечаю, как начинаю постанывать.
– Это незаконно, – хныкаю, когда язык ныряет в ушную раковину, окончательно разжижая мой мозг.
– Мы сейчас быстро разок потрахаемся. Спустим пар. А потом ко мне. – У майора, как обычно, наполеоновские планы. – Обещаю дать поспать.
– Снова отпросишь меня у Касьянова? – До боли закусываю губу.
Умоляю себя держаться. Напоминаю, что я мама маленького мальчика и вообще приличная женщина, хоть и в бегах.
Однако не реагировать на растущий бугор между ног с каждой секундой все труднее и труднее.
– Он не откажет.
Оставив в покое мои изнасилованные уши, майор переходит к груди. Взвешивает ее в своих огромных ладонях. Гладит сквозь платье и, как настройку громкости, покручивает пальцами позорно набухшие соски.
– Может, босс еще и чаевые начнет мне платить? – Я все еще пытаюсь быть серьезной. – Это, между прочим, половина моего дохода.
– Я отработаю чаевые. Качественно. – Сволочь так сладко облизывает свои упругие губы, что внизу живота все сжимается.
– У тебя совести нет. Знаешь об этом? – Откидываюсь на переднее сиденье.
Мне просто необходима передышка. Хоть несколько секунд не чувствовать жар сильного тела и не слышать запахов. Нужно очнуться и сбежать отсюда.
– Мне совесть по долгу службы не положена. У офицера есть только честь.
Майор читает меня как раскрытую книгу. Не успеваю отдышаться, как он расстегивает ширинку и спускает трусы. Красивый везде. Аполлон на максималках.
– Честь значит?.. – Сглатываю. Уже и не верится, что его штуковина способна во мне поместиться.
– Она самая… – Гад повторяет фокус с презервативом. Снова незаметно и быстро раскатывает по стволу латекс. – А сейчас моя честь требует выебать твою честь до звезд перед глазами.
Горячие руки ложатся на мои бедра и, сдвинув белье, тянут вперед. Натягивают меня на член как резиновую куклу. Мучительно-медленно, по миллиметру… до упора.
– Боже… – выдыхаю я, закатывая глаза. – А… – шалею от полноты и наслаждения.
– Пиздец, как в тебе хорошо, – раздается в самое ухо. – Так бы и остался в этой влажной, тесной норке. На ПМЖ.
 
Глава 12
 
За несколько лет в браке и в период редких свиданий до замужества у меня никогда не было секса в машине.
Муж предпочитал спальню с жестким матрасом и закрытыми дверьми. А прежние ухажеры не продвинулись дальше поцелуев.
Я была приличной женщиной с тремя П: правилами, принципами и проблемами.
Однако с майором от этих ППП не остается и воспоминаний. Он грандиозно расширяет мой кругозор и заставляет забыть почти все принципы.
Теперь я знаю, насколько неудобно заниматься сексом на заднем сиденье. В курсе, как больно биться головой о потолок и локтями двери. А еще научилась приводить себя в порядок с помощью бутылки воды и рулона туалетной бумаги.
Впрочем, последнее было необязательно.
Согласись я на еще одну ночь вместе, майор увез бы меня в свое логово, и утром я выползла бы из его душа уставшая и чистая.
Одна часть меня – пульсирующая и влажная – так и вопила: «Останься!» Ей было плевать на клиентов, администратора и вообще весь ночной клуб. Но другая, вменяемая, заставила сделать невозможное.
Пока нахальное чудовище хлопало ресницами и тяжело дышало после мощного оргазма, я осторожно снялась с его члена и вылетела на улицу.
Холодный ветер тут же облизал голые ноги в изодранных чулках. По внутренней стороне бедер разлились вязкие ручейки спермы. Но я мгновенно взяла себя в руки.
– Сумасшедшая, вернись! – раздалось в спину.
– Мне нужно работать, – произнесла я скорее для себя, чем для моего любовника. – Ра-бо-тать, – повторила по слогам и ускорилась.
  
Не представляю, услышал майор или нет. К счастью, ему хватило ума не выбегать за мной со спущенными штанами и дубиной наголо.
***
После такого насыщенного начала смены остальная часть ночи проходит как в тумане.