Наши параллели (СИ)
И вспомнит ли она меня? Я никогда не задумывалась о том, где буду через несколько лет. Буду ли я всё также жить двумя жизнями? Если да, то останусь ли во дворце? А если нет, то что должно произойти вообще, чтобы такое случилось?
Я провела с Софией пару часов и уложила в кровать, когда девочка заснула на моей груди. Кому расскажу, что нянчусь с чужим новорожденным ребёнком — не поверят. Но сейчас, стоя перед деревянной детской кроваткой, я в который раз убеждаюсь, что нахожусь здесь не только из-за обещания, данного Марии, но и из-за самой Софии.
Я мерила шагами комнату. С первого этажа послышался какой-то визг, но я отмахнулась от этого. Наверняка это Лаура. К моему большому удивлению, она была крайне неуклюжей. Могла запутаться в собственных ногах, идя по ровному полу, или потеряться в трёх соснах, когда мы выходили гулять на улицу. Лаура часто обжигалась на кухне об горячие кастрюли или сносила своим платьем вещи. Однажды, она случайно уронила на пол горящую свечу. К счастью, сгорел только гобелен в моей комнате, но остальной дом остался целым и невредимым, как и мы. Конечно, некогда тёмно-красный гобелен пришлось выкинуть, так как от почёрнел и наполовину сгорел, без него пустая деревянная стена смотрелась крайне уныло и голо.
К вечеру должны приехать Бедфорды, Элизабет прислала мне письмо вчера. Я очень надеялась, что их внезапный визит поднимет мне настроение, а заодно я узнаю о ситуации в Уайтхолле. А что касалось небольшого дома, в котором я сейчас находилась, то я бы назвала свою жизнь тихой и размеренной, без дворцовых сплетен и интриг. Конечно, ведь здесь жила только прислуга, двое солдат — Уолтор и Джордж — и мы с Софией. Сплетничать было попросту некому да и не о чем. Мне не очень нравился странный и молчаливый Уолтор, поэтому чаще всего я проводила время с Джорджем или со служанками. В доме было всего два этажа. На первом жили слуги в двух комнатах, а на втором мы с малышкой в одной. Также кроме спален были две ванных, гостиная и кухня. На этом наша роскошь заканчивалась.
В дверь спальни постучали. Я пошла открывать и увидела перед собой Уолтора Брауна. Кстати говоря, он был сопровождающим Вильяма, когда тот нашёл меня на площади. И после этого постоянно ошивался где-то рядом. Я множество раз видела его как и во дворце Раймонда, так и в поместье Бедфордов, но не разу до переезда сюда не говорила с ним. Ему доверяли, поэтому и приставили ко мне. Уолтора прислали ко мне буквально три дня назад, но за это время мы успели привыкнуть друг к другу. Тем более раньше виделись очень часть.
— Джордж пошёл за дровами. — сказал он, тяжело дыша надо мной.
— Хорошо. — кивнула я. — Позови, пожалуйста, Лауру, Софии нужно поесть.
— Она занята.
— Тогда, может быть, кого-нибудь другого? — мне совсем не понравился тот тон, с которым он мне ответил.
— Все заняты. Готовят обед. — сказал, как отрезал Браун.
— Я сказала приведи мне Лауру. Сейчас же. — я слегка повысила голос, придавая звучанию жестокости.
— Она занята. — повторил тот и положил руку на дверь, чтобы я не закрыла её.
Я впилась взглядом в его большую ладонь. Идеальная кожа. Мягкая. По мне пробежались мурашки. Быть того не может. В меня будто угодил заряд молнии, и я застыла как парализованная. Нет-нет-нет. Это смешно до абсурда, а я просто себя накручиваю. Но что тогда Уолтору нужно от меня сейчас? Он тяжело дышал. В голове сразу всплыл наш сегодняшний разговор с Тео. И пазл в голове сложился.
— Проблемы с лёгкими, Уолтор? — дрожащим голосом спрашиваю я, не понимая, почему раньше я этого не замечала? Хотя я никогда и не вспоминала о такой детали, пока Тео не спросил.
— Курю много. — только теперь я посмотрела ему в глаза.
Натянутый злобный оскал был страшнее открытой ярости. Страх быстро распространился по моему телу, меня бросило в дрожь, а сердце на секунду пропустило удар. На глаза будто опустили невидимые шоры, и весь мир исчез, кроме одного человека, которого так долго разыскивали, а он всё это время был рядом. Кровь от головы отлила в ноги, я готова была сорваться с места и бежать, бежать так далеко, как только смогу. Первым моим порывом было резко захлопнуть деревянную дверь, но Уолтор давно опередил меня, придержав её рукой. Я отступила назад, и с первым же шагом я поняла, что в комнате находиться маленький ребёнок. Ни в коем случае я не подпущу его к Софии. Чего бы мне это не стоило.
— Это ты. — я собрала остатки силы в кулак, пытаясь заговорить Брауна, параллельно соображая, что я могу сделать в этой ситуации. — Ты меня хотел утопить.
— Я. — его признание, словно вонзило мне нож в горло. А ведь только вчера я сидела с ним за одни столом и пила чай с пирогом. — И не только утопить. Я много раз пытался тебя убрать, но ты всё так-то ускользала прямо из пальцев.
Я вспоминаю те самые моменты, когда мы оставались одни. Он прав. Мужчина толкнул дверь и медленно надвигался на меня, как хищник на жертву. Он был как живая гора, которая вот-вот меня придавит. Я судорожно сглотнула, смочив сухое горло, и осторожно попятилась назад. Мои глаза бегали по спальне, пытаясь найти достойное оружие, чтобы защититься, но это не оружейная лавка и никто не рассчитывал, что мне придётся отбиваться от такого громилы с прямым настроем убить меня.
— Зачем? — мой голос предательски дрогнул, а я заприметила стеклянный и тяжёлый графин с водой на столе около окна, котором я часто пользовалась, когда просыпалась среди ночи.
— Глупый вопрос, девчонка. — хохотнул он, не убирая с лица безумную улыбку. — Кроме меня никто не заметил… Никто.
— Что не заметил? — я завела руки за спину и попятилась к окну.
— Ты ведьма. — на полном серьёзе проговорил тот, и в другой ситуация я бы рассмеялась, но сейчас я едва ли не умирала от ужаса. Было совсем не до смеха. Всем же известно, что в это время ведьм сжигали? — Я всё время наблюдал за тобой, следил. Ты подобно змее, заполсшей в дом. Отравляешь всё вокруг. А ещё ты грязная лгунья. — он говорил это с такой ненавистью, а глаза горели ярким пламенем. Я едва сдерживалась, что бы не заплакать, ведь отчасти он, чёрт возьми, прав. — Если бы не ты, то меня повысили. Но тут из воздуха образуешься ты, про меня забывают. А ведь я сын рыцаря! Мой отец служил ещё король Эдмунту, его боготворили. А что со мной? Конечно, лучше помогать пробиваться в свет никому не известной шлюхе и лгунье, чем уважаемому человеку со знаменитыми предками. Я бы предпочёл сжечь тебя на погребальном костре. Но я так давно этого ждал. Мне даже оружие не нужно. Я задушу тебя голыми руками. — разум Уолтора заслонила дикая зависть, а я в это время упёрлась спиной в подоконник. — Ты украла моё место!
— Ты хотел быть фрейлиной? Мог бы сразу сказать. Прости, но я слабо представляю тебя в платье.
Моя правая рука сильно сжимает тяжеленный графин, а Браун подсаживается на крючок, который я специально закинула ему, и яростно рыча, бросается прямо на меня. Я со всей силы делаю резкое движение рукой, и стекло разбивается прямо об лоб громилы. Вода и осколки летят на пол, прямо под ноги. Моё сердце бешено колотиться, я в мгновенье оказываюсь у детской кроватки, хватаю на руки ребёнка, пока Уолтор приходит в себя. Я знаю, что он гонится за мной, но я не могу оставить Софию в одной комнате с этим монстром. Я выбегаю с плачущей девочкой из спальни, закрыв дверь прямо перед кривым носом Уолтора. Слышится глухой удар. Это он влетел головой в дверь. Не мешкаясь, я бегу на первый этаж, чтобы найти хоть кого-нибудь из прислуги. Ноги не слушаются и заплетаются, я боюсь упасть с лестницы. Страх пронизывает меня изнутри, но я пытаюсь успокоить Софию, шепчу ей на ухо хорошие слова, закутывая в одеялко. За моей спиной слышится хруст дерева и тяжёлые шаги. Уолтор следует за мной по пятам. Но в это время я уже на первом этаже.
— Помогите! — кричу я, забегая на кухню, где сейчас должны трудиться все слуги, и замираю в немом шоке, а голос срывается на пронизывающий до костей крик.
Я стою в луже тёплой, вязкой алой жидкости. У моих ног, также как по всей кухни лежат неподвижные тела. Лаура покоилась на обеденном столе, перепачканном кровью. Её глаза закатились под веки, а на шее чётко виднелись фиолетовые следы от больших пальцев. От увиденного меня кидает в ступор, и пока мозг осознаёт всё это, сердце стучит быстрее.