Ты моя, девочка! (СИ)
— Что такое? Снова живот болит? — он игнорирует мой вопрос и наклоняется ко мне. Потом тянется к тумбочке и я слышу короткое пикание. Пульт? Врача позвал?
— Ты не ответил! — восклицаю, и от резкого движения руки всё тело пронзает невыносимая боль. Боже, как же больно. Нестерпимо.
— Женя! Успокойся. Я же сказал, что всё расскажу. Но не сейчас, малыш. Ещё чуть-чуть потерпи.
— Меня вызывали? Что случилось? — врач приходит не вовремя.
Так и смотрю на Алекса не отводя взгляда. Он снова отталкивает меня. Впрочем, как всегда. Хотя мог бы откровенно признаться, какие у него проблемы и почему он вынужден жениться на другой. Но нет. Алекс такой. Закрытый. Решит все проблемы сам, но при этом буду страдать я. Уже пострадала. Меня наказали из-за него, а в чём была вина Гордеева — только Бог знает и Алекс сам.
— Доктор, — обращаюсь. — Хочу услышать от вас честный ответ. Не надо мне давать ложную надежду, если её нет. — горько усмехаясь произношу. Ком жгучей ярости так и стоит в горле. Я боюсь своего вопроса, а ещё больше боюсь услышать ответ, который раз и навсегда может погасить мою жизнь. — Я смогу когда-то забеременеть?
Врач застывает. Плавно поворачивает голову в сторону Алекса. Я не знаю, что Гордеев ему приказывает взглядом, но уверена, врач будет лгать.
— Конечно, — неуверенно сказал, — Вы же ещё молодая.
Он будто забывает о том, что его вызывал сюда Алекс. Чтобы не отвечать на вопросы, просто поворачивается и уходит. Он наврал. Я больше никогда не стану матерью! Никогда!
— Выйди! — заорала я и попыталась подняться. Но словно меня растоптали несколько человек, даже голову повернуть не могу. — Я сказала уходи! Иди к чёрту! Я тебя ненавижу! Ненавижу!
Глава 26. Алекс. Я отомщу!
Алекс
Мне нечего ответить.
Во всём виноват я.
"Ненавижу тебя!" — Женькины слова, словно громом отдаются в голове, стучат в висках.
Молча выхожу. Незачем её злить. И так двигаться не может. Всё лицо в синяках. Так и хотелось погладить её нежную кожу, прижаться, даже лечь рядом и крепко обнять. Не отпускать от себя. Не отстраняться.
Но я лишил себя этого удовольствия. И уверен, больше она меня к себе не подпустит.
Чёрт знает, что хотел сказать врач, но пришлось немного постараться, чтобы просто уверил её.
Что бы тот не говорил…
У нас будут малыши.
Рано или поздно.
Выхожу из палаты и упираюсь спиной к стене возле двери. Подруга Жени смотрит на меня с сочувствием. Легонько пожимая моё плечо руками в знак поддержки, идёт к моей Зеленоглазке. А я достаю из кармана сигареты и направляюсь в дальний угол коридора. Там есть окно.
Нужно поговорить с Гордеевым — майором полиции. Он должен помочь уничтожить этого гада. Из под земли достану и своими руками уничтожу, если первым его не найдёт Тимофей.
— Ник. Ты решил дела с Гордеевыми? — я должен был быть на совещании. Но никакой проект мне не нужен, если моя любимая лежит в больнице и страдает от боли.
— Да. Только закончили. Где тебя, чёрт возьми носит?
— Приезжайте с Тимофеем в центральную больницу. Срочно. Четвёртый этаж, двадцать вторая палата. — игнорирую его вопрос. Мне некогда с ним болтать. Надо вернуться к Жене.
— С тобой всё в порядке? — не умолкает. — Что случилось?
— Не со мной, — коротко бросаю, нервно закуривая.
— С Женей? — после короткой паузы продолжает.
— Да.
— Вашу мать!
Отключаюсь и возвращаюсь к Жениной палате. Прислоняясь к стене около приоткрытой двери, сжимаю кулаки, вспоминая, как этот сука довольный собой ходит по городу.
Нужно поговорить с отцом. Узнать все детали того происшествия. Как он оказался в том месте, встретился с тем мужиком, которого застрелил. Сколько бы я его не любил и уважал, но из-за него я под удар Женю поставить не могу. Она не может страдать из-за нас.
Невинная женщина, оказавшаяся не на том месте, не в то время.
— Марин, ты не понимаешь, — изнутри доносится хриплый голос Зеленоглазки. — Во мне была частичка его. Нам не быть вместе. Никогда. Но, хотя бы был малыш. Он женится. А как же я?
Сердце пронзает невыносимая боль. Словно удар молнии наэлектризовывает всё тело. "Нам не быть вместе" — она так думает? Да я весь мир вверх дном переверну, если она не станет моей. Если она не будет моей женой!
— Ты же не думаешь, что это он сделал? — вопрос Жениной подруги вынуждает сосредоточиться и внимательно слушать в ожидании ответа.
— Не думаю. Но из-за него!
Конечно из-за меня. Ведь она жила спокойной жизнью, после меня обрела маленькое счастье, как сказала сама, а я всё растоптал.
Ещё какое-то время сижу в коридоре. Мне нужно сделать паузу. Бросить всю работу, послать к чёртовой матери и заботиться о ней.
Охренеть как быстро очухался!
Влюбился.
Но, мать вашу, почему всё так сложилось?
Отвлекаюсь на рингтон телефона.
— Да, — отвечаю на звонок Тимофея.
— Там есть охрана у палаты? Мои ребята приехали, сейчас поднимутся. А ты спускайся на первый этаж, кабинет возле стойки регистрации. Поговорим.
Дождавшись парней, направляюсь к друзьям. Прикрывать отца было самой большой ошибкой. Убить человека — не простое дело. Нужно отвечать за свои поступки, дабы не сдохнуть от угрызения совести.
Но… Разве я не убил бы из-за Жени? Да прямо сейчас, если Фёдор попадёт мне под руку, я его просто задушу! А потом сдамся ментам, а не стану всю жизнь вздрагивать на каждый телефонный звонок, в котором будут просить деньги за молчание.
— Что с ней? — спрашивает Ник, как только захожу в кабинет.
Пожимаем руки друг другу, присаживаюсь на кресло напротив друзей.
— Избили. Шлюпки Фёдора. Потеряли ребёнка.
— Блять!.. — Ник пошло ругается, — И что дальше?
— Сочувствую. — грустно говорит майор, — Расскажи всё по порядку.
— Тимофей, отец убил человека. Много лет назад. И у этого скота есть видео. Он шантажирует папу уже долгое время. А он от страха отдал всё, что мог. Так ещё и гад, оказывается, настраивал против меня собственного отца, который верил ему, не подозревая, что именно Анашкин его шантажирует.
— Когда ты узнал?
— Недавно. Пару дней назад. Я должен был жениться на его дочери — таково было его условие. И чтобы я долго не думал, решил избавиться от бага, который нас связывает с Женей — малыша. Да только он не рассчитал. Нас не только малыш связывал. Я её бросать не стану.
— И не надо. У тебя есть доказательства того, что он шантажировал вас? — спрашивает.
— Да. В кабинете есть камера. Всё снято. В том числе и то, когда он показывал мне видео и предъявлял условие.
— Ясно, — усмехается майор. — Нихрена он не сделает. Он и сам схлопочет не малый срок, если вы напишите заявление о его шантаже. А отца никто не посадит, пока видео не будет в наших руках. Впал в панику — вот и делал всё, что просит его дружок.
— Я знаю. И плюс круто меня, сукин сын, подставил. Жене привет от Гордеева передали, когда… — не могу договорить, словно тугой узел, слова застревают в горле. Представляю ту картину, где руку на неё поднимают, холодный пот по позвоночнику течёт.
— Успокойся. Уже ничего не изменить, — Ник, заметив мою ярость, пытается успокоить. Но не знает, что я сейчас чувствую. Не может понять.
— Тим, найди его. Если я найду раньше, просто застрелю не задумываясь! — я твёрд и уверен в сказанном.
— Ага. Сделаешь легче Жене? Пойдёшь сдашься, а потом за решёткой будешь любоваться фотками её жизни с другим. Умник, блять!
— Ник прав. Успокойся и возьми себя в руки. Я не эгоист, знаю, что такое потерять ребенка. Не усложняй ситуацию, я найду его.
— Я всё равно никуда в ближайшее время не собираюсь. Буду работать отсюда, пока её не выпишут. Ладно, парни. Мне пора.
— Не волнуйся насчёт компании. Я справлюсь. — ворчит Ник. — А ты, давай, иди к своей Зеленоглазке.