Мститель
Например, по суммарному весу бортового залпа русская эскадра превосходила турецкую в два с половиной раза. Причем на вооружении русских кораблей имелось семьдесят шесть тяжелых 68-фунтовых орудий, стрелявших разрывными бомбами, смертельно опасными для деревянных кораблей. Подобное оружие на тот момент было сравнимо с современными ракетами «Калибр», оно считалось новейшим и прорывным по своим характеристикам. У турок же ничего подобного просто не было.
Если добавить к этому, что подготовка личного состава в турецком флоте была из рук вон плохой, то адмиралу Нахимову оставалось лишь грамотно использовать все свои преимущества. Что он и сделал, причем сделал блестяще. Образно выражаясь, Синопский бой поставил точку в многовековой истории парусных флотов и предвосхитил наступление новой эпохи – эпохи брони и пара. Если по-простому, то наши вломили туркам, потому что были лучше вооружены и лучше подготовлены, а то, что они были в численном меньшинстве, уже не столь и важно.
По сути, хорошо укрепленный дот всего с одним пулеметным расчетом может с легкостью сдерживать наступление целого батальона, особенно если наступают на него в чистом поле и без поддержки артиллерии. Тогда соотношение вообще получится два к тремстам.
Решение атаковать турецкую эскадру в Синопе было крайне рискованным. Ведь оно дало Западу прекрасный повод «проучить» неуступчивого российского императора, внешняя политика которого очень не нравилась Лондону. Вообще, невольно возникает мысль о том, что Синопское побоище было спланировано заранее, и не без участия английских советников. Ведь самые боеспособные турецкие корабли, в том числе все линкоры, и почти все опытные моряки остались в Босфоре. В Синоп же отправили эскадру из слабых и устаревших судов, к тому же укомплектованных неопытными рекрутами – вчерашними крестьянами.
Наличие на эскадре Осман-паши сухопутных войск, якобы перевозившихся на Кавказ (об этом неоднократно упоминалось в разных публикациях), документами не подтверждается. То есть все говорит о том, что уничтоженная в Синопе эскадра – всего-навсего приманка, заведомо отправленная на убой.
Ну а что произошло потом, хорошо известно. Коалиция западных государств – Великобритания, Франция и королевство Сардиния – объявляют России войну. В Черное море входит англо-французский флот, в Балаклаве высаживается десант. Затем сражение на Альме, осада Севастополя, самозатопление Черноморского флота, гибель адмиралов Нахимова, Корнилова, Истомина… Парижский конгресс, на котором Россия признавала свое поражение… Между прочим, в рядах антироссийской коалиции под флагами Запорожской Сечи маршировал и Славянский легион под командованием Михаила Чайковского, или Садык-паши, как звали его турки.
Итак, что же тогда Синопское сражение? На мой взгляд, его наиболее взвешенная оценка выглядит так: в тактическом плане – это бесспорная военная победа, в стратегическом – промах, приведший к поражению России в войне. Однако это промах ни в коем случае не русских моряков и не адмирала Нахимова. Это промах тогдашних российских политиков и дипломатов, которые в области интриг оказались не в состоянии противостоять своим искушенным коллегам из Лондона и Парижа.
Нельзя забывать и еще об одном итоге Синопского сражения – о произведенном им моральном эффекте. Разгром турецкой эскадры вызвал небывалый подъем боевого духа у русских солдат, матросов и офицеров. Без этого последующая оборона Севастополя вряд ли была бы столь упорной, а потери нападавших – настолько велики.
В общем, если провести аналогию с событиями стосемидесятилетней давности, то на нашем месте должен был бы быть отряд спецназа, который по лазерному целеуказанию навел бы залп ракет «Калибр», выпущенных с корабля Черноморского флота России. Вот тогда можно было бы сказать: десять морских спецназовцев при огневой поддержке фрегата проекта 11356 (более известного как «Адмиральская серия») Черноморского флота РФ, уничтожил стоящие в порту турецкого города Синоп многочисленно превосходящие по количеству вражеские корабли. Ура, товарищи! Ура!
А так – десяток бродяг, три спецназовца, татуированная деваха, дюжина освобожденных из плена сербов, столько же армян и греков, напившись ракии, под предводительством командира ломанулись освобождать генерала Корнилова и…
– Бро, ты чего задумался? – вырвал меня из мысленного оцепенения вопрос Ивана. – Только что доложились танкисты, у них все готово. Хохол готов раскатать турецкий эсминец. Так что, начинаем?
– Начнем ровно в указанное Винтом время. И хорош тут трындеть на русском, запалишь нас!
– Ага, запалю, – пробурчал себе под нос Керчь. – А ты нас не запалишь, сидя в кресле за столиком посреди автострады и попивая кофе с коньяком?
– Гэт ин зе кар! – командирским голосом рявкнул я на Ванька.
– Чо? – шепотом переспросил Иван.
– Сел в машину и не отсвечивай тут, – так же шепотом прорычал я.
Кресло и столик, за которым я сейчас сидел, действительно, стояли посреди двухполосной дороги на вершине холма. И то, что вокруг ходили турки – редкие жители – и гости Синопа, меня ни капли не смущало. Да мне по фигу на них. До порта, где сейчас были сконцентрированы основные силы турецких военных, больше пяти километров, вся бронетехника там, а сюда ни один патруль не заедет.
А если даже кто-то из турецких военных или местных ополченцев и заявится, то у нас на машинах и на форме пришпандорены эмблемы «великого и ужасного» господина Барака, пусть его в аду черти хорошенько прожарят! Так что мне ни капельки не страшно, что нас могут спалить из-за моего пристрастия к хорошему кофе.
Между прочим, для местных беев и важных людей это вообще нормально – рассесться на улице за столиком, пить кофе, играть в тавлу (так турки обзывают наши нарды) или в «сто одно» (это карточная игра вроде нашего «дурака»). Короче, хочешь спрятаться в лесу – превратись в листик на дереве, не можешь в листик – стань деревом. Так ты точно будешь незаметен.
Диспозиция у нас была следующая. Отряд разбили на несколько групп. Группа номер раз – Винт, двое его подручных, Лейла, Серега-пулеметчик, Женева и Косой. Они должны пробраться к турецкой тюрьме, где содержится Корнилов со свитой, и, когда начнутся замес и веселье, отбить его у турок.
Группа номер два – расчет двух 120-миллиметровых минометов HY-12Di, они же лицензированные французские MO-120RT, с которыми приходилось работать Миславу во время Югославской войны. Хоть на каждый такой агрегат и положено шесть человек боевого расчета, наш бравый здоровяк-серб заверил, что они справятся вчетвером и с двумя минометами. А между прочим, вес одной мины – шестнадцать килограммов.
Минометы привезли на грузовике, с помощью лебедки сгрузили их во дворе дома, где жил один из работников Барака. С крыши дома открывался прекрасный вид на форт, прикрывающий Синопскую гавань. Если повезет, то группа Мислава сможет высадить весь бэка – сотню осколочно-фугасных мин. Прикрывал минометчиков боевой расчет из двух армян, вооруженных пулеметом.
Группа номер три – два танка Leopard 2A4TR, они же просто «Леопард-2». Между прочим, чисто немецкие машины, истинные арийцы, мать их так. Вооружены немцы гладкоствольной 120-миллиметровой пушкой, в боекомплекте снаряды БОПС DM43 и кумулятивно-осколочные DM12. Бронебойный оперенный подкалиберный снаряд, он же БОПС – это тип снарядов для ствольного оружия, стабилизируемых в полете оперением за счет аэродинамических сил (аналогично стабилизации в полете стрелы). Подобный снаряд способен пробивать броню в четыре раза мощнее, чем толщина борта у современных военных кораблей. Так что затея с расстрелом эсминца из танковых пушек должна сработать.
Оба танка привезли на тягачах и, не разгружая, загнали в огромный ангар на дальней оконечности бухты. Вся изюминка в том, что, если открыть ангар, танковые пушки смотрели прямиком на противоположную оконечность бухты, где как раз и располагалась причальная стенка, возле которой сейчас должны стоять турецкий эсминец класса «Самсун» и два небольших корвета. А на якорной стоянке в бухте Синопа расположились два сухогруза сопровождения, один из которых, скорее всего, использовался как мобильная АЗС. Двигаться танки не могли, они должны были расстрелять свой БК, стоя на платформах тягачей. В этой группе были Хохол, два серба и грек с армянином.