Водный Феникс. Книга четвертая (СИ)
Но главное — это сработало. Впервые я увидел на лице Теона чувства, которые не были завязаны на его эгоизм. Если он боялся, то за СЕБЯ, если злился, то потому что ЕГО задели. И Григория он собой не собирался прикрывать, когда запахло жареным… Но старшего сына Теон действительно любил. Впервые я попал ему не просто на больную мозоль, а в самое сердце.
И эту угрозу он определенно воспринял со всем вниманием и ответственностью. Больше он ничего не вякал, а его голова поникла. Катю он не тронет, в этом я теперь был уверен. Возможно, мне даже стоило с этого начинать. Но кто ж знал…
Здание ресторана мы с девушками покинули в полной тишине.
Глава 30
На обратном пути в гостевой дом на Ане совершенно не было лица. Но девушку хотя бы поддерживали друзья, которые пусть и не до конца понимали причин ее печали, злости и страха, поскольку ничего не знали о смертельной отраве, однако всецело были на ее стороне. Только поэтому я позволил себе отложить наш разговор до тех пор, пока мы не вернемся в гостевой дом и не останемся наедине. Нам предстоит принять непростое решение.
Ну а пока… Я воспользовался остатками времени, в течение которого еще мог контролировать клона, чтобы поговорить с Олей и Катей. Только сначала пришлось объясниться с Хвостовым. Однако преподавателю за вечер оказалось вполне достаточно собственных проблем, так что ему хватило такта не расспрашивать меня о причинах, по которым я задержался на Северном континенте и каким образом вдруг оказался поблизости… Хотя он явно знал о моих способностях больше, чем тот же Теон, так что должен был понимать, что этим вечером я нагло блефовал. Но излишнего любопытства Хвостов не проявлял, а просто поблагодарил меня от души за помощь. После чего я догнал Катю с Олей.
Девочка и сама за сегодня здорово напереживалась, но вела себя прямо как взрослая: именно она нас всех выручила в ресторане, и Олю от отца тоже прикрыла она. Да даже сейчас — отдала подруге свой пушистый «антистресс», которого Громова крепко прижимала к себе как игрушку, периодически им же и утирая слезы…
— Вы большие молодцы! Я вами очень горжусь!
Я подошел к ним со спины, поэтому девушки еще не видели меня, но среагировали на голос синхронно:
— Симон! — ненадолго я заменил собой Гюнтера в качестве манекена для утешительных объятий.
И если в случае Кати такое поведение было вполне нормальным, даже ожидаемым, с точки зрения всех посторонних, то вот насчет Оли ситуация была самую малость сложнее…
На нас глазели. Не прям уж все разом, но определенное внимание студентов мы с ней все же привлекли, чего усиленно старались избегать ранее. Однако сейчас это казалось не таким уж важным, а поддержать и успокоить Олю еще как хотелось. К тому же, можно было сослаться на то, что все же я ей помог этим вечером и девушка просто благодарна…
Хотя перед кем нам оправдываться? Ну их всех к черту!
Я крепко прижал к себе обеих девчонок.
— Вы молодчины, слышали? Мы сегодня совершенно не были готовы к подобному, и это целиком моя ошибка, но все же справились! Так что нечего теперь расстраиваться. Все будет хорошо!
— Спасибо. Спасибо вам обоим! Простите, что от меня столько проблем. Обещаю, в следующий раз я найду в себе силы, чтобы сама… — помимо избытка эмоций Олю съедало изнутри и чувство вины.
— Я и так видел, что ты готова была встать со мной плечом к плечу, если бы дошло до побоища. Но хорошо, что этого удалось избежать. Однако сегодня я лишний раз убедился в том, что на вас обеих могу полагаться как на себя самого. Какой бы ни был враг — вы все равно останетесь на моей стороне и будете помогать до самого конца. Я это видел и очень ценю…
Похвалы для них сейчас явно не будут лишними, а уж если еще и от всего сердца, то тем более. Но отдельного упоминания, конечно, заслуживала моя ученица.
— А ты, Кать… Ты сегодня просто превзошла себя! Да ты всех превзошла! Еще до обеда совершила столько подвигов, сколько не каждый взрослый может совершить за долгие годы. И, уверен, твоя семья очень высоко оценит твою помощь… Но то, как ты повела себя этим вечером — просто выше всех похвал! Признаюсь честно, даже я, как оказалось, тебя недооценивал и подобного не ожидал. Приношу свои извинения!
Уставшая девочка после моих слов разве что не светилась от счастья и гордости.
— Спасибо! Но я бы, наверное, никогда не решилась на такое, если бы не сегодняшнее выступление перед всей Школой ремесленников. Я поняла, что хочу быть как ты! Чтобы меня не судили по возрасту или моему происхождению, а считались с моими способностями. Хочу всегда иметь собственное мнение, даже если оно противоречит убеждениям большинства. И не бояться даже самых страшных противников, потому что в опасных ситуациях почти любое действие лучше, чем бездействие, верно?..
Оля смотрела на девочку с открытым ртом. Кажется, она только что тоже полностью пересмотрела свое мнение об этой малышке, которая ее сегодня, между прочим, успела спасти от отца-тирана.
— Бояться — это нормально. Мне тоже сегодня было страшно, и ничего плохого в этом нет. Главное — не позволять своей голове из-за страха отключаться, хоть это порой и весьма непросто. Ты сегодня бесспорно героиня дня. Только слишком уж не возгордись, продолжай работать над собой, а я через годик-другой загляну да проверю твои успехи!
Наверное, не стоило мне напоминать о скором расставании, но зато хотя бы удалось переключить внимание девушек с этого злосчастного ресторана и его паскудного владельца.
И через некоторое время настроение беседы пришло в норму. А еще Катя нас здорово повеселила, поделившись историей об увольнении Хвостова, которую он ей сам и рассказал во время их визита в академию Вершинина.
— … вот он и сказал мне, когда я призналась зачем просила аудиенции самого господина Вершинина. Представляете, на Фиона Аристарховича оказали сильное давление с разных сторон, требуя сместить Хвостова с должности. Родители студентов, письмо от чиновников из четвертой палаты Совета Магов, обращение от основных спонсоров Баевской академии… И ректор все же выполнил их условие. Но только в своей фирменной манере! Он действительно официально уволил Степана Викторовича. Вот только всего через минуту назначил его собственным заместителем! А поскольку в рядах преподавателей образовалась брешь, то по возвращении из этой поездки, попросил его «временно» взять на себя занятия по боевой тактике для студентов! Ха-ха!
Я был рад, что девочки смогли немного расслабиться и успокоиться, но, к сожалению, разделить их спокойстие не мог: самая большая проблема все еще не решена — Аня в смертельной опасности. И как только мы вернемся в гостевой дом, я просто обязан этим заняться, несмотря на слабость и усталость. Вариант, при котором мы с Аней просто погибнем от яда этого ублюдка, я даже не рассматривал. Этого не будет, и точка!
В этом вопросе ставки и риски гораздо выше, и в таком ключе я определенно готов преступить закон в любом виде, лишь бы сохранить жизнь подруге. Да и себе тоже, чего уж тут.
Но был еще один момент, который не давал мне покоя.
Сколько мы шли от ресторана, столько я ощущал неожиданные и необычные порывы ветра. Резкие, весьма заметные, но не слишком уж сильные. И что удивительно — направлены они были всегда точно в мою сторону, а исходили со стороны Максима Баева, притом никто больше их особо даже не замечал.
Случайностью здесь и не пахло. Ар-Фан жаждал моего внимания, причем срочно. Пусть общались мы и недолго, но я успел сделать определенные выводы: без необходимости он бы и вовсе не пытался начать диалог первым, а если уж и захотел продолжить нашу беседу, то предложил бы это гораздо вежливее.
Вот только мне сейчас было совершенно не до него. Однако чем дольше эти «дуновения» аватара продолжались, тем труднее было их игнорировать. И в конце концов, я не выдержал.
Оставив повеселевших девушек одних, я быстрым шагом направился прямиком к Максиму.