Их любимая злодейка (СИ)

— Что это? — я испуганно сглотнула. 
— Первый, — возбуждённо кусая губы, прошептала девушка, предлагавшая мне раздеться. — Интересно, за кем бросится? 
Бросится?
— Скоро и остальные подтянутся.
Остальные? 
Какого Дрота здесь происходило? Это и был знаменитый праздник дурман-огней? Может, меня и этих голых девушек решили принести в жертву лесному монстру? Тогда почему они так радовались? 
Да ну. Бред. Теон не стал бы злить могущественного дракона, приглашая на сомнительное мероприятие. Или... это ловушка? Он понял, прочитал в моих мыслях, что я не та, за кого себя выдаю? Решил избавиться от Мхил Дракар, пока она слаба и беззащитна? И ведьму устранил, и…
Снова звериный вой оглушил ночное безмолвие. К нему присоединился второй, третий. И вот где-то поблизости уже ревела невидимая в темноте стая. Девушки встретили это дружное голодное рычание воплями восторга. Одна даже захлопала в ладоши:
— Там Кайл! Кайл! Спорим, он выберет меня!
Похоже, пришло время отсюда драпать. Только ноги не держали. Колени обмякли, и я прислонилась к сосновому стволу в шаге от того, чтобы потерять сознание. 
Во что я вляпалась? Зачем трогала проклятый золотой шар?  Почему не послушала Кхалэ и приняла подозрительное приглашение? Но я-то думала, что праздник дурман-огней — это бал или светский раут и единственное, что мне грозит, — смертельная скука.
Что ж, действительно смертельная. Но не скука.
На лес обрушилась зловещая тишина. Девушки замолчали, напряжённые, ждущие. Я крепче вжалась спиной в древесную кору, вцепилась в платье, как в спасательный круг.
«Снимай. Всё равно порвут. Это традиция. Убегать от хищников голыми».
Над землёй, над листьями папоротников поднялся туман. Заклубился вокруг моих ног. Влажный, холодный, поднялся до бёдер. Оплёл ели и сосны, скрыл стройные фигуры девушек. В белёсых сгустках вспыхнули зелёные огоньки — сотни крохотных мерцающих точек. Сначала в тумане они висели неподвижно, затем задвигались, заметались в безумной пляске.
— Сейчас начнётся, — донеслось до меня.
Недалеко хрустнула ветка, раздавленная могучей лапой. 
В тумане между деревьями мелькнула лоснящаяся чёрная шерсть.
Глава 35
В клочьях тумана показалась оскаленная морда. Горящие оранжевые глаза с вертикальными зрачками, клыки размером с мои ладони. Я вскрикнула, и чудовище повернуло голову в мою сторону, полностью выйдя из-за деревьев. 
Зверь приближался. Сухие ветки и корни хрустели, ломаясь под мощными лапами. Туман стекал с гладкой блестящей шерсти. Никто из девушек и не думал бежать, а я… Меня парализовало от ужаса. 
Сквозь сумрак кралась гибкая саблезубая пантера высотой с лошадь. Я вспомнила, где видела этого монстра. После встречи с Теоном Кхалэ послала мне мысленную картинку — показала, как оборотень выглядит в животном обличье.
Сумеречный кот. 
Это был сумеречный кот. Опасный кровожадный хищник. 
Последние сомнения отпали. Теперь я знала точно: порт-ключ перенёс меня туда, куда надо, — в лес Владыки, на праздник дурман-огней. 
Означало ли это, что бояться нечего? 
Зверь зарычал, обнажив клыки, и я уронила туфли в траву. Девушки не шевелились — замерли, каждая на своём месте. Опасались спровоцировать хищника движением? Но они не боялись — я это отчётливо видела: вместо страха на лицах читалось жадное нетерпение. 
Воздуха стало не хватать: я обнаружила, что задержала дыхание. Слева зашевелились ветки кустов, и из буйных зарослей высунулась ещё одна клыкастая пасть.
У нового монстра зубы были ещё длиннее. Не зубы — кинжалы. Сумеречные коты оказались страшнее львов, страшнее тигров, страшнее обычных пантер. Дрот и Бездна, да они и на животных-то похожи не были — жуткие твари, словно вырвавшиеся из кошмарных снов, из леденящих душу рассказов, которыми детишки пугали друг друга на ночь. 
Оборотни. Теон мог превращаться в такого. Под этой толстой шкурой, за этими гигантскими острыми клыками, пылающими глазами-факелами скрывался человек.
Не верилось.
И всё же я повторила свою мантру: Владыка не посмел бы напасть на дракона, не допустил бы политического скандала. Шутить с  всесильной безжалостной Мхил Дракар было чревато.
 
Я почти успокоилась.
И всё-таки зачем меня сюда позвали? Хотели приобщить к местным традициям? Что сейчас должно было случиться?
Ответа не пришлось ждать долго. Один из оборотней, круживших рядом с неподвижными девушками, выбрал добычу — оскалившись, бросился на брюнетку с кудрявыми волосами до талии. Та метнулась в лесную чащу с быстротой недоступной обычной смертной. В скорости она почти не уступала своему преследователю, хотя, в отличие от него, бежала на двух ногах. И как ловко перепрыгивала через ямы и корни! А оборачиваясь, весело, завлекающе улыбалась. Словно не зверь её догонял, а любовник. Вместе они скрылись за туманной завесой. Часть зелёных огоньков устремилась следом.
Судя по беззаботному лицу беглянки, моё волнение было напрасным: никто никого жрать не собирался, и сейчас я наблюдала не что иное, как брачные игрища сумеречных котов.
Фух. Прямо от сердца отлегло. Я даже нашла в себе силы отлепиться от дерева.
Зря. Ох, зря я это сделала. Лучше бы и дальше изображала статую. Стоило пошевелиться, зашуршать листьями папоротника, и второй оборотень резко повернул ко мне лоснящуюся морду. Прищурился. Прижал уши к голове, пригнувшись, как перед прыжком.
Тихо, хорошая киса, не надо на меня нападать. Я не из ваших хвостато-усатых. Смотри, какая худая и не аппетитная. А главное, хрупкая.  
Киса меня не слушала — крутила попой, как делал  Рукагрыз, собираясь наброситься на игрушечную мышку. В нашем случае в роли мышки выступала я. 
Бежать? Дёрнусь — на меня тут же кинутся. Может, притвориться мёртвой? Читала, опоссумы при виде опасности так и делали. Только, боюсь, актёрские способности опоссумов были не в пример лучше моих. Подумав, я решила замереть. 
Не помогло. 
Киса прыгнула. Мой испуганный вдох утонул в шелесте листьев над головой. Сверху, с ветки дерева, под которым я стояла, соскочил на землю третий сумеречный кот, ещё страшнее, огромнее. Ощетинился, выгнув чёрную блестящую спину, — заслонил меня от угрозы.  Соперника он ударил лапой прямо в полёте — прежде чем тот успел приземлиться.
Боги, среди хвостатых я пользовалась нешуточной популярностью — кто бы мог подумать? Уже два кота сражались за мою тщедушную тушку. Рычали, скалились, наматывали возле меня круги. Третий — так я назвала оборотня, спрыгнувшего с дерева, — не подпускал ко мне соперника. Пытался достать лапой. Несколько раз даже стукнул его по морде, оставив косые кровоточащие царапины от когтей.
Чувствовать себя ценным призом, из-за которого свирепые твари готовы перегрызть друг другу глотки, было не сказать, что приятно — жутко до тошноты, тем более я не знала, что именно сделает со мной победитель. Сожрёт или… «Или», пожалуй, пугало даже больше.
Я не стала дожидаться, чем закончится схватка. Осторожно обогнула сосновый ствол, прижавшись спиной к коре, и — ну дура же! — не выдержала, побежала. И чем только думала? Первый же корень заставил меня поздороваться с землей. Вступить с ней, так сказать, в тесное взаимодействие. Полагаю, не стоило упоминать, что звук моего падения был оглушителен и привлёк внимание хищников, до этого занятых друг другом. Оглянувшись, я поняла, что пробежала не больше метра. 
Но где Теон? Могла ли я рассчитывать на его помощь? Может, позвать его, сказать зубастикам, что я дорогая гостья Владыки и не гожусь на роль добычи, что всё происходящее — большое недоразумение?
 
Я попыталась подняться на ноги, но свалилась обратно, запутавшись в длинном платье: концы подола, которые я ранее предусмотрительно обмотала вокруг бёдер, развязались.
Оба хищника бросились ко мне. Я зажмурилась, притворившись мёртвым опоссумом. Когти у меня тоже имелись, да только ни в какое сравнение не шли с изогнутыми кинжалами сумеречных котов. Тем не менее сдаваться я не собиралась. Сейчас приблизятся и…