Андромеда. Противостояние. Полёт Кассиопеи
Елена Бабинцева
Андромеда. Противостояние. Полёт Кассиопеи
***
Почему так светло, я сообразила не сразу. Как неприятно свет от ламп бьет по глазам…адская головная боль. Где я…? Что со мной? Мне холодно…чьи– то чужие руки, по– медицински жёсткие, неприятно давят на живот. Я делаю попытку отмахнуть от этой боли, но рук не чувствую. Неужели…могла ли я при взрыве потерять руки?!
Я лихорадочно скашиваю глаза туда, где должна находиться одна из моих конечностей. От сердца сразу отлегло. Рука была на месте. Я не стала повторять попытку осмотра и с другой рукой, так как почувствовала, что к горлу подкатила дурнота.
– Довольно. На сегодня все, господа. Понимаю ваше замешательство и восторг, но нашей гостье, надо отдохнуть.
Этот голос…
Послышались удаляющиеся шаги и голоса. Я смутно видела силуэты в белых халатах. Как их много…врачи? Ученые? Кто это?
Надо мной нависла тень, и я не сдержала облегченного вздоха. Глаза сразу же различили черты лица моего гостя.
– За…Зайтар…– просипела я.
Эоранец услужливо подал мне стакан воды с трубочкой.
Я не стала упрашивать себя. Оказывается, мне дико хотелось пить. Зайтар терпеливо ждал, когда я закончу, и откинусь на жесткий, холодный стол.
Эоранец усмехнулся.
– Поразительное дело, Андромеда Сергеевна, что может творить сыворотка, изготовленная вашей матушкой. Уже через три часа после близости между эоранцем и потенциальной носительницей будущего плода, она перестраивает и моделирует клетки. Создает идеальные условия для зачатия. И делает будущую мать невероятно устойчивой к внешним раздражителям. Но что еще важнее, эта сыворотка вырабатывает у будущего ребенка иммунитет к земной атмосфере. Понимаете, о чем я?
Понимаю ли я?! Я уже ничего не понимала. Голова просто раскалывалась. Видя мое замешательство, Зайтар любезно согласился пояснить.
– Я рад поздравить вас, Андромеда Сергеевна. Вы станете матерью эоранца.
Я расширила глаза и готова была сорваться на крик, но голос не подчинялся мне. Я беременна?! Как …? Почему так быстро?! Нет, нет, нет! Это чья– то дурацкая шутка! Не может этого быть! Я не хочу, чтобы так было!
– Прошу вас, не впадать в панику,– довольно серьезно проговорил Зайтар.– Жизнь в вашем животе, самое ценное, что есть у нашей расы. Не думайте, что вас подвесят под потолком и будут ставить опыты. О нет. Вас определят в специальное помещение. Блок с пятью комнатами, был выделен для вас личным указом Его светлости Шаена Улутари. Ваша утроба должна стать идеальным полем, для существования, будущего ребенка.
Зайтар говорил что– то еще…и еще…но, я уже не слышала. Я сжала челюсти, и, прикрыв глаза безмолвно плакала. Я погибну здесь…вот и все. Мой конец предопределен. Я не найду маму…я не смогу полететь с Шоном к звездам…я не скажу Сайдарису…Сайдарис!
Откуда я только нашла в себе силы…но моя онемевшая рука, вцепилась в белый рукав халата советника, заставив его замолчать на полу слове.
– Где…где Сайдарис?!
– Дезертир находится там, где и следует находиться таким, как он, – сухо пояснил Зайтар.
– Он жив? Прошу скажите мне…
– Сайдарис Улутари ожидает суда и окончательного приговора. Его светлость не будет церемониться с окончательным решением. Во все времена с предателями поступали одинаково. Вам ли этого не знать…
Я обессиленно повалилась обратно на спину. Сайдарис жив. Значит не все потеряно. Значит, еще есть шанс.
– Я замерзла…
Эта фраза видимо поразила Зайтара, потому, что в следующее мгновение, он махнул рукой, и меня тут же подхватили под тело пара сильных рук. Меня переложили на теплую каталку, и сразу накрыли одеялом.
Зайтар давал какие – то распоряжения насчет меня. Молодые эоранки серьезно кивали и сурово держали руки на груди. Я так полагаю, по сравнению с ними, Лезари ангел…
Каталку со мной начали катить по каким– то коридорам. Я могла различать лишь лампы над головой. В голове творился настоящий бардак…как про нас узнали? Кто донес? Неужели мы сами себя раскрыли…если бы только, я могла связаться с Шоном!
– Прошу вас, не дергайтесь.
Какая – то суровая эоранка, взяла мою руку и мигом нащупала вену. Я даже охнуть не успела, как мне в руку вонзился шприц. Лекарство проникло в тело, и я почувствовала, что очень сильно хочу спать.
***
Сайдарис сидел в темной камере. Энерго – щит на дверях его камеры мерцал бледным синеватым светом, вылавливая его лицо и делая будто восковым.
Сайдарис требовал к себе отца. Он не ел и не пил. Больше всего его волновало, где Андромеда, и что с ней. Как могло такое произойти? Почему Шон не сообщил о диверсии? Не успел? Или просто не стал? Эти вопросы не давали Сайдарису покоя.
Его обыскали и забрали все, что казалось подозрительным. В том числе и ключ от ворот, где стоял блок для Кассиопеи, голограмму Туманности Андромеды. Хорошо, что во время обыска он, успел положить карту Млечного пути в рот. Голограмма была небольшой, и отлично там уместилась… Что теперь делать было, не ясно. Можно смело наплевать на план Шона. Сейчас важнее спастись самим…
В тюремном блоке послышался звук отпираемых дверей. Одна за другой…
Сайдарис встал. Шаги, которые эхом разносились по коридору, были ему знакомы. И он даже не удивился, когда перед его камерой встал отец. Они долго смотрели друг на друга, но Шаен не выдержал первым.
– Я разочарован, Сай.
– Могу только посочувствовать, – в тон ему, ответил Сайдарис.
– Ты не понимаешь, насколько важно наше выживание, – сухо продолжил верховный консул. – Ты отвернулся от своей расы. Ты предпочел нам, людей. Низшую форму жизни.
– Эта низшая форма жизни обитала на этой планете многие тысячелетия.
– Только потому, что мы это позволили!– мрачно напомнил Шаен.
– Тогда мы не имеем права решать, когда им умирать, – проговорил Сайдарис. – Все, что было на Эоре – Персей 9, и здесь на Терре… это не мои мечты отец. Все это сделал ты. Я не хочу быть причастным к этому безумию.
– Ты мой сын!
– И я всегда жалел об этом! – выкрикнул Сайдарис.
Наступила тишина. Шаен сжал зубы и, вздохнув, вытащил из своего длинного одеяния голограмму Туманности Андромеды.
– Узнаешь, не так ли?
Сайдарис хмуро кивнул.
– Я был удивлен твоей просьбе. Ты никогда ни о чем таком меня не просил. Но что еще меня удивило больше, так это твоя поразительная привязанность к земной самке. И за пару дней до твоей просьбы, я вставил жучок в голограмму. Услышал много интересного…
– Я так и думал…
– А что ты хотел? – развел руками Шаен. – Думал, что меня можно так легко обмануть? Право же, Сай…не думал, что ты можешь быть такого мнения обо мне.
Сайдарис сжал кулаки, но промолчал.
– И что это за странный план… – насмешливо продолжал консул. – Вернуться на Эору – Персей 9. Планета мертва, Сай.
– Оттуда идут слабые сигналы.
– Сбой в работе старых блоков.
– Они имеют периодичность,– возразил Сайдарис. – Машина, могла сломаться окончательно за последние двадцать лет. Но сигнал все равно идет! Планета жива, отец. Прошу, послушай…давай, оставим этот мир. Вернемся домой и…
– Наш дом, Терра.
Сайдарис шумно выдохнул и прикрыл глаза.
– Эта планета погибнет окончательно, если ты не прекратишь травлю человеческой расы!
– Я делаю этим примитивным животным шанс на существование в новом, идеальном мире. Они должны быть благодарны.
– Они не доживут до твоего нового мира!
– Естественный отбор никто не отменял.
– Ты рассуждаешь, как убийца!
– А кто ты есть сам, Сай?
Этот вопрос заставил Сайдариса дернуться, будто от пощечины.
– Ты ничем не лучше меня, – продолжал консул. – Ты прибыл со мной на эту планету. Ты помогал мне в делах.
– Пока не узнал правду!
– Как бы то ни было, ты помогал мне Сай. Ты такой же убийца, – подытожил Шаен. – И что? Небо рухнуло? Или земля ушла из – под ног? Нет? Тогда не надо делать трагедию, Сай. Мы сильнее, люди нет. Вот и вся истина.