Моя мачеха – человечка, или Замуж за дракона

Пусть я так и не полюбила балет, но жёсткая школа Розалинды Бессоновой не прошла даром. Я научилась легче переносить «позор», в который окуналась с головой, выходя под софиты.
Позже. Гораздо позже!
Танцевала я сносно (по словам бабушки, и это был неплохой комплимент), но переубедить внутреннего критика не удавалось. Будто Розалинда проросла в меня, стала частью души. Даже после смерти следила за каждым моим шагом, уничижая все достижения.
Пусть я уволилась сразу после похорон, но танец – болезненная часть моей жизни.
Я вспомнила об этом сейчас, когда замерла на пороге, за которым раскинулось безбрежное людское море. Мне предстояло не просто выйти замуж за дракона. Я должна была продемонстрировать себя его подданным. Как сказал Медо́н – одним своим видом вселить в них надежду, которая угасла с гибелью королевы.
Я словно в одночасье стала примой, и это напугало сильнее смерча и предстоящего брака. Я будто снова десятилетняя девочка, которую нарядили в первую пачку и вытолкнули на сцену. Пусть зал был пуст, там сидел самый страшный критик всей моей жизни.
Розалинда Бессонова.
Колени задрожали, затылок оледенел, и музыка потонула в биении обезумевшего сердца, что звучало в ушах. Будто каждый из людей, собравшихся на площади, по обе стороны от алой дорожки из лепестков роз, был моей строгой бабушкой.
Я поняла, что сейчас не смогу сделать и шага – как тогда, впервые на сцене.
И тут сквозь дикий гомон до меня чудом донёсся писк:
– Ма!
Вздрогнув, я обернулась и увидела сжавшуюся в диком ужасе Тотошку. Дракончик выпучил глаза и, зарывшись в подушку, которая лежала на сервировочном столике, трясся всем крохотным телом. В груди у меня потеплело, страх отступил.
Я подхватила малышку на руки и прошептала:
– Не бойся, милая. Я рядом. Всё будет хорошо.
Потихоньку хвостик Тотошки перестал дрожать, а дыхание выровнялось. Лишь тогда я обернулась к толпе. Но идти не спешила, боясь снова напугать ребёнка. Хотела убедиться, что моя крошка будет спокойна, когда мы выйдем из одного здания, чтобы дойти до другого.
– Здесь шумно, да? – с улыбкой шепнула на ушко дракончику. – Представь, что это звук льющейся воды… Водопад. Точно! Я назову тебя Те́тис, как супругу Океана. Немного похоже на Тотошку… Позже я расскажу тебе легенду об этой богине. А сейчас мы неторопливо проплывём до во-о-он той лестницы, у подножия которой нас ждёт прорицатель. Готова?
Глубоко вдохнув, я сделала первый шаг, и площадь взорвалась криками. Я же, прижимая к себе дракончика, делала шаг за шагом, ощущая себя самым главным героем этого дня. Не потому, что ко мне было приковано внимание каждого. А потому, что я защищала беспомощное существо, лишившееся настоящей мамы…
Как я когда-то.
И я стану для Те́тис стеной от жестокости внешнего мира. Подарю защиту и заботу, безо всякой награды. Как делал мой дедушка, спасая брошенных зверей. Это было опасно, ведь многие были хищниками, но он не отступил.
Я тоже выстою.
Выйти замуж за огромного зубастого дракона?
Хорошо.
Не съест же он меня? А если попытается, то подавится. Я бросила балет, но веса так и не прибавила. Как говорил дедушка: одни кости и немного лукавства.
Поглаживая дракончика, я с улыбкой смотрела вперёд и ступала по ковру из лепестков роз. Аромат цветов кружил голову, с двух сторон ко мне тянулись руки. Мужчины кричали, женщины плакали и пытались дотронуться до будущей королевы – стражники с трудом сдерживали возбуждённую толпу.
Я же шла вперёд, больше не испытывая страха. Не опуская головы. Держа спину прямо, как учила Розалинда Бессонова. Будто несла на голове корону…
Потому что с момента, когда взяла на руки малыша дракона, я не имела права бояться. На меня легла огромная ответственность за жизнь беспомощного существа. И я обязана справиться.
И я сделаю это.
Когда достигла подножия лестницы, я остановилась и вопросительно посмотрела на прорицателя. Что дальше?
Люди, которые только что сходили с ума, как фанаты на концерте рок-звезды, неожиданно притихли. По площади будто прокатилась волна ожидания чего-то важного. Я немного заволновалась, предчувствуя, что вот-вот произойдёт что-то необычное.
 
– Вы прекрасны, – поклонился Медо́н. Выпрямившись, смахнул покатившуюся по сморщенной щеке слезу. – Я и не рассчитывал на то, что Её Высочество будет присутствовать на торжестве. Это великолепно!
«И полезно для укрепления духа подданных», – догадалась я.
– Мне подняться? – не получив дальнейших инструкций, холодно спросила я.
Хотелось как можно быстрее унести малышку внутрь, скрыть с глаз толпы. Но Медо́н покачал головой.
– Придётся немного подождать.
– Что? – нервно усмехнулась я. – Жених опаздывает?
«Может, он передумал?» – мелькнула надежда.
– Его Величество скоро прибудет, – дипломатично заметил прорицатель и, глянув вверх, радостно добавил: – А вот и он.
У меня ёкнуло в груди.
В сказках и фильмах принцесса идёт к своему избраннику, который терпеливо ожидает её у алтаря. Сияя радостью, он любуется своей невестой, а та несёт красивый букет, как обещание вечной любви…
В жизни всё оказалось совершенно наоборот.
Нет, дракон не нёс в зубах букет. И на свадьбу не спешил.
Сделав круг над притихшими людьми, он…
– Улетел? – не поверила я глазам и убрала ладонь с головы дракончика, которого машинально прикрыла, когда в небе появился король. – Что это значит? Мне можно возвращаться? Свадьбы не будет?
– Нет, – удивился Медо́н. – Его Величество будет ждать вас у алтаря.
Он протянул руку.
– Обопритесь. Ступеньки очень крутые.
– Спасибо, сама справлюсь, – с лёгким разочарованием отказалась я.
И, вздохнув, начала подъём. Впрочем, передумать и попросить помощи пришлось почти сразу. Оказалось совершенно невозможным одновременно держать дракончика и приподнимать подол платья, чтобы не споткнуться.
Прорицатель молча предложил свою руку, причём так, чтобы вес малыша пришёлся в основном на него.
Я выдохнула с облегчением, преодолев лестницу, но это было лишь первым испытанием на пути к алтарю. И как бы ни хотелось на нём и остановиться, пришлось долго и с улыбкой принимать поздравления знати.
– Позвольте выразить восхищение вашей красотой и добротой, – поклонился мне высокий незнакомец, чем-то напоминающий синеглазого короля.
«Кузен Его Величества», – неожиданно прозвучало в моей голове.
Я от внезапного испуга едва Тотошку не выронила – хорошо, что Медо́н подстраховал меня. Уставившись на прорицателя, поверить не могла, что тот только что залез в мою голову. Старик же молча указал взглядом на мужчину, который всё ещё ожидал моего ответа.
«Скажите, что вы рады знакомству. И будьте с ии́ром как можно осторожнее».
– Польщена, – с трудом пролепетала я и нервно улыбнулась.
Мужчина удивлённо переглянулся с молодой роскошно одетой женщиной и снова поклонился мне.
– Это для меня большая честь, Ваше Величество…
– Не забегайте вперёд, ии́р Ка́лхас, – прервал его прорицатель и, подхватив меня под локоть, повёл дальше.
– Ты видела её руки? – услышала я голос кузена короля.
– Люди говорят правду, – громко прошептала его спутница. И театрально ахнула: – Поверить не могу, что ведьма станет нашей королевой!
– Это позор для драконов, – процедил Ка́лхас.
Я понимала, что разговор был спланирован и сценка разыграна специально, но постаралась сделать вид, что глуха и слепа. Медо́н – умный человек и не стал бы предупреждать понапрасну. Стоит прислушаться к советам прорицателя.
Но больше голос в моей голове не возникал. Мне представлялись ии́ры всех возрастов, а их спутницы держались поодаль, из чего я сделала вывод, что в этом мире, скорее всего, патриархат. Ещё отметила, что никто не прикасался ко мне, кроме Медо́на, но руки мои были предметом большего внимания, чем дракончик в них.
Тотошке всё происходящее явно не нравилось. Малышка постоянно пыталась сунуть нос мне под мышку и обнимала крылышками, словно пыталась распластаться на мне и стать как можно незаметнее.