Вендетта (СИ)

— Так пушки готовить, али как, ваше высокоблагородие? — к офицерам подошел Ильин.
— Али как, — передразнил его полковник. — Пушки не надобно, а вот приготовиться принимать моряков обессиленных, вот тут готовься, а ты беги в казармы, нам скоро все свободные руки понадобятся.
Он проводил взглядом Давыдова и отосланного бойца, вытащил свою трубу и приник к ней глазом. Так уж получилось, что он знал эти корабли и сразу опознал их, несмотря на отсутствие флага. Теперь же, когда они подошли ближе, можно было убедиться в том, что он ничего не напутал. Да, это точно «Стремительный» — флагман небольшого флота из семи кораблей, которые почти два года назад вышли из Ревельского порта, чтобы самостоятельно по картам, которые Криббе привез из Голландии, попытаться до Индии дойти. Сейчас-то куда проще это сделать, форты по Западному побережью Африки как грибы росли после дождя. На их заселение, укрепление и защиту государь средств не жалел. До того дошло, что облавы повальные устраивать начали полицейские, недавно реформированного полицейского управления. Сгребали всех, и женщин падших, и всех мелких воришек, беспризорников опять же. Тем, кто не был в тяжких лиходействах замечен выбор давали: уехать из России на постоянное поселение в страны дальние, где им и землицу подкинут, и возможность честно жить, а женщинам семьи праведные завести, или же в Сибирь родную, снег разгребать. Многие выбирали переезд. Потому что не все из пойманных с рождения в бандах городских ошивались, были и те, кто не от веселой жизни на улице оказались. Так что форты строились, людишками пополнялись. И кораблям российским сейчас было куда как комфортнее в Индию и Китай по морям ходить. Еще бы в Черном море порты были. И Кондратьев, держа обратный путь, должен был вполне себе без проблем до дома дойти. Вот только явно что-то пошло не так. Корабли были в ужасном состоянии. Как вообще сумели дотянуть, вот в чем вопрос. То ли действительно в такой суровый шторм попали, то ли... еще чего приключилось. И вот этого «еще чего» Аверьянов боялся, как огня, почти так же, как и непредсказуемую реакцию Петра Федоровича, которая непременно последует, как только ему станут известны подробности.
— Так, надо бы к высочайшему визиту приготовиться. Приедет же. Сам примчится, не сможет усидеть, — пробормотал комендант и быстрым шагом направился с поста, чтобы хотя бы попытаться в условиях скорой неразберихи и хаоса подготовиться к встрече императора.
* * *
Я в кое-то веки решил устроить расширенное заседание глав ключевых образований, которые в скором времени хочу снести к чертовой матери, чтобы учредить привычные мне министерства с четкой вертикалью подчинения.
Новостей из Москвы пока что не было, а вот полицейские быстро отреагировали на реформу. Словно ждали ее и, в общем-то, были готовы, а то и сами подумывали о создании чего-то подобного. Значит я все правильно делаю, пока что.
Главой полицейских я поставил Татищева. Дядька он жесткий, порой даже жестокий, но на период становления другого ставить и нельзя, иначе на затее можно сразу крест ставить.
Сейчас, кроме сыскного отдела, в подчинение у Татищева находились младшие чины — к ним как раз дворников отнесли, как по моей памяти и было когда-то устроено. Они же, что вездесущие бабки, все знают, все видят, да и мужики не из робкого десятка в случае чего и скрутить могут. Собственно, такие функции у них и до этого были, но сейчас приобрели официальный вид.
Отдельно шел отдел по расследованиям финансовых преступлений, тут должны быть специфические навыки, которых у простого опера может и не оказаться. Отдельно шел отдел, занимающийся бандами и связанными с ними преступлениями. Я прекрасно понимаю, что полностью избавиться от этой напасти невозможно, но можно сделать их максимальную управляемость. А пример использования в случае нужды, Турок всем прекрасно продемонстрировал во время своего вяленького, но вполне запоминающегося бунта, который позволил Ушакову выявить все ошибки, которые он допустил на своем уровне, а также заняться их своевременным устранением. Теперь очередь дошла разбирать все детали Татищеву. Учить будущих специалистов было некому, не было еще пока подобных знаний, накопленных и систематизированных. Полицейская академия — это то, что нам предстоит создать. Так что учиться придется нам всем вместе, потому что я тоже в этой кухне не так чтобы ориентируюсь.
 
Были также отделы общественных нужд, это прообраз знакомых мне участковых и патрульно-постовых служб, и отдел собственной безопасности, ну куда уж без нее. Эту службу все всегда и во все времена, как только она была придумана, ненавидели лютой ненавистью, но ничего пускать на самотек я не был намерен, поэтому этот одел стоял в моем списке отдельной строчкой. Зато теперь было хотя бы приблизительно понятно, кто должен был заниматься Московскими событиями — а Ушаковское ведомство, которое тоже в спешном порядке создавало следственное подразделения, выделяя его в отдельную структуру. Потому что там реально дело касалось внутренней безопасности.
Еще один отдел занимался беспризорниками. Вот они-то меня сейчас и интересовали. Я находился в состоянии ожидания, которое меня уже вымотало до состояния нервного срыва, поэтому я решил заняться делом, которым, по правде говоря, готовился заниматься позже, в идеале, после окончания войны.
— По вашему приказу, ваше величество, уже много таких детей поймано. Мы их разделили: мальчиков и девочек отдельно. Все они до двенадцати лет включительно. Что нам теперь с ними делать? — Татищев посмотрел на меня. Я только вздохнул. Нет, конечно, все это для всех в новинку, но, мать вашу за ногу, неужели так сложно подумать самим?
— Полагаю, детей нужно осмотреть лекарям, — я повернулся Ивану Фролову, ученику и ближайшему помощнику Флемма. Эх, Давид-Давид, как же ты не сумел уберечься-то? Как мне порой не хватает твоих сумасбродных идей. — Выявить всех больных и изолировать. Всем здоровым поставить прививки. Ну а далее приступить к обучению. Отец Викентий, у вас все готово? — молодой священник вздрогнул и кивнул. Он откровенно терялся в столь блестящем обществе, которое собралось в специальном зале заседаний в Петропавловской крепости. Но, когда я искал того, кто будет учить этих детей, то мне он показался самой подходящей кандидатурой. Конечно, не Макаренко, но где, вашу мать, я здесь Макаренко возьму?
— Могу я полюбопытствовать, а чему вы собираетесь учить этих безродных детей, да еще и за казенный счет, ваше величество? — Я пока что, скрепя сердце, назначил Воронцова вице-канцлером, но это только до тех пор, пока не найду ему адекватную замену. После ареста Бестужева, он начал высказывать совершенно не понятные мне мнения, и у нас даже начали возникать разногласия по поводу некоторых политических аспектов. Например, он начал настаивать на более тесном сотрудничестве с Францией и Австрией. И вообще выступал за скорейшее завершение войны с Фридрихом. При этом он разругался со своим братом Романом, который готовился к тому, чтобы отплыть в Новый свет с Минихом и начать осваивать Калифорнию. Флориду испанцы мне не уступили, хотя я почему-то думал, что будет наоборот. Ну да ладно, главное, что сработало правило, работающее всегда и при любых обстоятельствах — проси много, как можно больше и в итоге получишь то, что хотел без особых напрягов. — Ваше величество? — я с раздражением посмотрел на Воронцова. Неужели у него мозгов совсем нет? Вон, другие сидят, головами кивают, давно все поняли.
— Михаил Илларионович, могу я полюбопытствовать, а вы кого хотите посылать на освоение тех территорий, которые поедет совсем скоро осваивать ваш брат? А также тех, которые я все же намереваюсь забрать в Новом свете, под шумок, так сказать, потому что нашему царственному брату Георгу станет резко не до того, чтобы защищать территории, которые совсем недавно отнял у голландцев.
— Крестьян, казаков... — Воронцов пожал плечами. — Да какая разница, кого именно?
— Потому что разница есть, и она огромна! Мы можем лишних крестьян, например, ваших, раз вы так настаиваете, отправить покорять Сибирь, или же Астрахань и близкие к ней районы. Как только с лихорадкой окончательно разберемся и санитарные кордоны начнем устанавливать. А вот за океан я никогда не пошлю настолько ненадежных людей. Это должны быть специально обученные, умелые, хорошо мотивированные и глубоко религиозные люди. И детей в том числе и девочек, будут учить различным языкам, потому что там кишмя кишат иноземцы. — Я перевел дыхание, а затем продолжил. — Этих детей будут учить доить коров, выращивать животных и выращивать хлеб и овощи. Они уже к пятнадцати годам должны уметь заколоть и освежевать свинью или бычка. И их будут учить стрелять, и по потребности организовывать оборону и даже планировать атаки. В том числе и девочек!