Ты моя ошибка (СИ)

Она резко встала с дивана и стала ходить по комнате, делая круги как заведённая.
— Надо вспомнить! Ну же, вспоминай! — бормотала она себе под нос. В порыве вновь от накатившей на неё волны отчаяния, она подошла к двери, захлопнула её, закрыв на замок, и облокотилась на неё.
Нотариус!
Девушка посмотрела в окно. За окнами стояла ночь.
Сейчас уже бессмысленно идти туда. Контора закрыта.
Она наведается туда завтра! И не уйдёт, пока не выяснит, где этот господин Каменский обитает!
И, не дай бог, он что-то сделал с её дочкой. Она камня на камне не оставит!
Сначала нотариус, а затем снова в полицию.
  
Глава 6
 
— Виктор Алексеевич! — обратилась секретарь, заходя к нему в кабинет и внося очередные документы. — Вас дожидается вчерашняя особа. Требует, чтобы Вы её приняли.
Нотариус оторвался от бумаг и вопросительно уставился на Ирину. Он не сомневался о ком речь, удивился, что она быстро пришла опять.
— Вот как?
— Она настаивает. Что ответить?
— Ну, раз требует и настаивает. Просите!
Ирина кивнула головой.
— Возьмите вот эти документы. Нужно распечатать в трёх экземплярах. Но это не к спеху. Можете сейчас отлучиться на обед. Пока Вы мне не понадобитесь.
— Хорошо, Виктор Алексеевич.
Едва секретарь открыла дверь, чтоб выйти, в кабинет влетела Мила, чуть не сбив её с ног.
Ирина бросила изумлённый взгляд на девушку, а затем на Виктора Алексеевича.
Он в ответ помахал руками, мол, всё в порядке, и Ирина, недовольно фыркнув, удалилась под озлобленный взгляд Милы, которая перехватила глазами их немой диалог и стояла посреди кабинета, нахмурившись.
— Добрый день, Мила Витальевна! — нацепив на лицо дежурную улыбку, поприветствовал её нотариус и жестом пригласил сесть.
— Не думаю, что для меня это утро доброе! — вместо приветствия мрачно бросила Мила, сдвинув брови и не сводя своего недоброго взгляда с Виктора Алексеевича. — Не думаю так же, что оно станет добрым и для Вас, Виктор Алексеевич! — подойдя вплотную к его столу, и опершись двумя руками об него, сквозь зубы процедила она, увидев и прочитав информацию на его бейджике.
Улыбка испарилась с его лица под хмурый и тяжёлый взгляд Милы.
— Я слушаю Вас, Мила Витальевна.
— Это я Вас слушаю, Виктор Алексеевич!
— Что-то случилось? Что Вы хотите услышать?
— Не валяйте дурака! Вы прекрасно понимаете о чём я! И Вы прекрасно понимаете зачем я пришла! — в поле зрения Милы попал канцелярский антикварный нож. Она медленно взяла его со стола в руку и направила его в нотариуса. — Советую Вам сказать, где искать вашего господина Каменского! Вы же знаете, где его искать?!
— Во-первых, успокойтесь. — спокойно ответил он, взглянув на её боевой настрой. — Может, скажете что случилось?
— Вы сами всё прекрасно знаете! Вы же с ним заодно!
— Я бы не советовал Вам… — косясь на свой раритет в её руке, подбирая слова, сказал нотариус, а сам рукой полез под стол, к кнопке вызова. Но он пока не стал жать её, стараясь держать сложившуюся ситуацию под контролем. — …Быть столь резкой и категоричной на Вашем месте. Давайте, спокойно поговорим…Я думаю, мы найдём выход из создавшегося положения.
Мила недоверчиво направляла в него безобидную безделицу, которая в одночасье превратилась в опасное оружие и выжидательно молчала, размышляя, что же делать дальше? Как заставить этого паршивца сказать, где этот гад, который так жестоко разлучил её с дочерью.
— Ваши советы оставьте при себе. Я жду! — наконец ответила она, сузив глаза. — И руки на стол положите! Живо! Я только из полиции, мне терять нечего! На меня уже заявили о моём неадекватном поведении. Одним заявлением больше будет, одним меньше, мне всё равно! Так что, это я Вам советую быть порасторопнее и быстро взять в руки ручку и написать мне адрес и телефон. Немедленно! — она приблизила острие ножа почти вплотную к лицу Виктора Алексеевича и он тут же, так и не успев нажать кнопку, решил не спорить с девушкой, которой на ум может прийти всё что угодно.
 
— Видимо произошло недопонимание в нашей вчерашней встрече, Мила Витальевна. Позвольте мне Вам всё объяснить… — снова дружелюбно попытался вразумить нотариус взбесившуюся особу.
— Я не нуждаюсь в ваших объяснениях! — перебила его Мила. — Поторопитесь!
Нотариус, выдержав её взгляд, взял в руки ручку и листок. Затем протянул его ей.
Мила взяла его и, посмотрев на запись, стала отходить назад, держа на мушке мужчину. Он спокойно смотрел на неё и ничего не предпринимал. Дойдя до двери и распахнув её, она бросила ему нож и покинула контору.
Мила шла быстрым шагом. Она сама была в шоке от своего внезапного порыва у нотариуса, что теперь думала, как он так легко и слишком быстро дал ей то, что она потребовала?
На него не было похоже, что он из пугливых. А вдруг он обманул её? Может успел всё таки вызвать полицию? Такой, как он, вряд ли работает без охраны.
Она шла по скверу и всё время оглядывалась, ей казалось что её могут преследовать, как преступницу, снова напавшую на человека. И она не просто напала, а ещё использовала безделицу в качестве оружия, угрожала ею!
До чего довело девушку отчаяние и попытка раздобыть адрес и телефон человека, у которого возможно находится сейчас её дочь. А ещё чувствовать что её преследуют.
Мила снова оглянулась. Нет. Никого.
От слишком быстрого шага закололо в боку и она остановилась немного передохнуть.
Она была всё еще под впечатлением. На что способен человек в её состоянии? Если бы два дня назад ей сказали, что она будет, вот так, таскать за волосы одного человека и направлять нож, хоть и канцелярский, на другого, у неё волосы на голове встали бы дыбом, а по спине пробежала бы дрожь.
Мила прислушалась к себе. А ведь она сейчас именно это и ощущает. Дрожь. А ещё тихо подкравшийся страх.
Мила снова оглянулась.
Нет, она не видела за собой погони.
Она почувствовала, что за ней наблюдают. Держат на мушке.
Она собиралась идти в полицию. Но почему-то она вдруг испугалась. Огляделась. В её поле зрения попало сразу несколько машин, что стояли припаркованные у обочин улиц перекрёстка.
Какая из них?
Посмотрела на людей. Кто?
Страх не дал сосредоточится на конкретном объекте своего внимания.
Она снова сорвалась с места и, добежав до дома, влетела в квартиру.
А что если это будет ошибкой? Ошибкой идти в полицию?
Ей надо подумать.
Она сегодня прогуляла работу. Впервые. И вероятнее всего, что её уволили. Ну и пусть. Это её как раз волнует меньше всего.
Ей нужно дочку найти. Во что бы то ни стало.
У Милы сжалось сердце. Она не хотела думать о плохом.
Анюта жива. Конечно жива! Она найдёт её. И всё будет хорошо. Она посмотрела на листик, что до сих пор сжимала в руке. Расправила её и вновь посмотрела на то, как красивым почерком была сделана запись. Адрес и телефон. А ещё приписка — Каменский Евгений Анатольевич.
Стоя посреди зала, она вдруг снова остро ощутила что за ней наблюдают.
Мила резко повернулась к окну и увидела за тонким тюлем во дворе припаркованную чёрную машину.
Она медленно подошла к окну. Машина стояла прямо напротив её окна.
У Милы пробежал неприятный холодок по телу.
Она пожалела о том, что живёт на первом этаже. И на окнах нет решёток.
Она поймала себя на страхе. У неё что начинается паранойя?
Мила тряхнула головой, словно пыталась избавить себя от таких мыслей и страха.
Она снова посмотрела в упор на машину. Сквозь лобовое стекло попыталась рассмотреть того, кто сидел за рулём. Тюль отодвинуть не хватило мужества. На неё вдруг напало оцепенение. Она преодолевая его, спряталась у стены, отойдя от окна в сторону. Глубоко прерывисто вздохнула, сложив руки на груди, пытаясь избавится от неприятных ощущений.
 
"Неужели, я чувствую страх? Твой страх, детка? Или нет?"