Ты моя ошибка (СИ)

Она резко встала, осознав наконец, что находится совсем в другом месте. Огляделась, преодолевая головокружение. Её взгляд наткнулся…на Софью, что сидела рядом с ней на краю кровати.
— Где я? — Мила не узнала свой охрипший голос и потянулась рукой к горлу. — Что случилось? Почему я здесь?
— Ты заболела. Рафик не отходил от тебя. Хорошо что Миша позаботился о твоей карте. Оказалось, что тебе нельзя ряд лекарств. — ответила Софья. — Ты не волнуйся, он хороший специалист. Ложись, ты ещё слаба, тебе пока нужен постельный режим.
Мила по прежнему разглядывала палату. Её разум не воспринимал адекватно уютную обстановку комнаты, удобную постель и окно без решёток через которое лился солнечный свет, заставляя забыть о вчерашней непогоде и вчерашнем кошмаре и заточении. Как такое возможно? Что за чудо? А про умиротворяющий и ласковый голос Софьи что и говорить?
— Ложись, тебе нужно лежать… — она ласково погладила обеспокоенную Милу по голове.
Мила уже не ждавшая хорошего отношения к себе, инстинктивно резко отшатнулась от руки Софьи.
— Всё хорошо…
Мила легла обратно.
— Как там моя Анечка?
— С ней всё хорошо, не стоит волноваться. — ответила Софья.
— Я…Так хотела её увидеть… — упавшим голосом сказала девушка и отвернула голову в сторону, уставившись на деревья с разноцветной листвой, которые трепал озорной осенний ветерок за окном.
Зачем ей тепло, уют и забота, если ей не дают видеться с дочкой?
— Я поговорю с Женей… — начала было Софья.
— Нет — горько оборвала её Мила. — Не стоит…У Вас потом проблемы из за меня могут возникнуть. Хотя уже, наверное, возникли…
— Чепуха. Всё будет хорошо. — отмахнулась Софья.
Мила посмотрела на неё, хотела спросить о том, что не давало ей покоя, но тут в палату вошла медсестра.
— Доброе утро, — улыбнувшись, подошла она. — Как Ваши дела?
Мила ошарашенно взглянула на медсестру. Она никак не ожидала, находясь в такой больнице, к ней будут хорошо относится. Будто она лично оплатила услуги клиники.
— Хорошо. — только и смогла ответить она.
— Вот и замечательно. — медсестра с приветливой улыбкой протянула электронный градусник Миле. — Держите. Скоро будет завтрак. Я потом ещё подойду.
Мила молча приняла из её рук градусник и поблагодарив, сунула в подмышку.
— Зачем меня вызвал? — Женя заехал в кабинет Рафика. — Что за срочная необходимость?
— Надо тебя осмотреть. — повернувшись к нему, ответил он, разглядывая его рентгеновские снимки.
— Понятно…
— Ну, что тут можно сказать? Пока без особых изменений.
— Значит всё без толку? — удручённо проговорил сидевший в кресле Женя, глядя на свои ноги.
— Почему же? Всё же терапию нужно продолжить. — возразил Рафик. Он положил снимки на стол и сунул руки в карманы. — Думаю шанс есть, не стоит отчаиваться!
Женя с грустью усмехнулся. Развернулся и поехал было к выходу, но Рафик остановил его.
— Это ещё не всё. Я тебя позвал и насчёт девушки тоже. Мила, кажется?
Женя тут же развернулся к нему.
— Я слушаю.
— Опасность воспаления лёгких миновала. Её можно забрать из больницы. Но у меня ряд условий, Женя. И тебе придётся их принять.
— Что за условия? — недовольно отозвался Женя и уставился на таблицу Менделеева, что висела на стене кабинета.
— Мила ещё не до конца поправилась. А потому можешь забрать её при условии, что ей будет предоставлена комфортабельная комната с отоплением. Нормальная сезонная одежда и полноценное питание. Я всё понимаю, ты этого не хочешь. Если это так, то она останется здесь, до полного выздоровления, под нашим наблюдением. Затем она уйдёт домой. Это вопрос её жизни и смерти. Её лечение далось нелегко…
— Я оплачу затраты, хотя… — процедил Женя.
— …Дело не в деньгах! — резко перебил его Рафик, нахмурив брови. — Это необычная пациентка. Её сложность заключается в том, что многие медикаменты могут вызвать аллергию и даже летальный исход.
Женя медленно поднял на него глаза.
— Меня это меньше всего волнует. — наконец угрюмо отозвался он. — Я её к себе не звал! Она сама пришла. Мне она не нужна. Пусть здесь остаётся, пока не выздоровеет. А потом катится хоть на все четыре стороны!
   
Глава 49
 
Когда Женя вернулся домой, его поджидал Миша. Женя завидев его, не стал останавливаться и решил проехать мимо. Общаться с ним желания не возникало, тем более не собирался слушать, что ещё он ему скажет.
— Женя! — окликнул его Миша, наблюдая за тем, как Женя избегает его, направляясь в свой кабинет.
— Не сейчас Миш, у меня много дел. — буркнул Женя.
— Я насчёт ребёнка. Анюты Евгениевны. — Миша снова сделал упор на имени и отчестве девочки и приподнял брови, давая понять ему, что от разговора не уйти.
— Что с ней? — остановился Женя и развернулся к нему.
— Она отказывается есть. — развёл руками Миша.
— Ничего, проголодается — поест.
— Она уже второй день, как ничего не ест! Сидит на кровати, не реагирует на просьбы и уговоры. Сидит и молчит. — предупредил Миша. — Если так дальше пойдёт, то тоже окажется на больничной койке!
— И эта туда же! — мрачно изрёк Женя, закатывая глаза. — Похоже они обе решили вывести меня из себя! Я не пойду у ней на поводу!
— Девочка лишь хочет видеть мать. — объяснил ему Миша. — Позволь им увидеться. Иначе исход непредсказуем…
— Нет! — отказался Женя. — Пусть поймёт наконец, у неё теперь новая жизнь и мамы в ней не будет! Всё, я сказал! А чтобы ей было хорошо, так это забота няни и Софьи, а не моя. Где она кстати?
— Уехала в клинику. — ответил он.
Женя злобно вздохнул и проскрипел зубами.
— Хорошо. Как приедет, пусть ко мне зайдёт!
— Непременно! — язвительно вставил Миша.
Женя стрельнул взглядом исподлобья на дворецкого, отметил, что тот лишь невинно развёл руками, снова развернулся и поехал в сторону кабинета.
Миша посмотрел ему в спину и усмехнулся.
— Что мне твои приказы?…
— Мила, послушай, тебе нужно поесть. Голодовкой не решить проблему. Я обязательно что-нибудь придумаю. Просто Женя совсем рехнулся в своём горе. Ищет виноватых. Я не знаю, с чего он решил тебя обвинить во всём. Как выяснило следствие то, что ты уходила последней в тот день из гаража, когда Женя с Верой попали в аварию и возилась всё время с машиной Никиты, не говорит о твоей причастности. А Женя уверен в обратном. Нужно возобновить расследование…Но только, как? — торопливо говорила Софья, в раздумьях трогая подбородок.
Мила недоверчиво повернулась к ней и посмотрела в упор.
— Вы правда так думаете?
— Ну, конечно! А тебе нужно поесть, набраться сил. Пойми, Анечка очень расстроится если узнает, что ты моришь себя голодом. — Софья меж тем сидя на краю кровати, встала. Помогла Миле принять удобное положение, подоткнув под её спину подушку и затем дала ей в руки тарелку с жарким. Мила вздохнув, взяла в руку ложку и поднеся было её ко рту, вновь опустила в тарелку.
— Я правда, не хочу. — её голос становился всё больше бесцветным, а выражение глаз печальным.
Софья, убеждавшая девушку вот уже битых полчаса поесть, даже не знала, что ещё предпринять.
— Знаешь, возможно есть зацепка в том, что твой отец и, тем более, ты, тут не причём. Есть кое что, чего Женя никак не хочет брать в расчёт…
— И что же это? — спросила Мила.
Но продолжение мысли так и осталось невысказанным на губах Софьи.
В эту минуту за дверью послышалось какое-то толи шушуканье, толи шуршание. И она распахнулась. Мила и Софья с удивлением уставились на пришедших.
 
На пороге стоял Миша, держа за руку девочку.
— Мама! — радостно воскликнула Анечка, всплеснула руками и бросилась к Миле.
— Аня?…Анечка?… — тихо прохрипев и растерянно улыбнувшись, не веря в то, что видит перед собой свою малышку, Мила крепко обняла её.